Мера отчаяния - Донна Леон

На следующее утро Бонино предоставил ему машину и водителя, и в девять тридцать комиссар подъехал к фабрике «Интерфар» — большому низкому зданию, которое располагалось посреди промышленной зоны, находившейся рядом с одной из многочисленных автострад из Кастельфранко. Корпуса, лишенные даже намека на красоту, стояли метрах в ста от дороги и были окружены со всех сторон машинами сотрудников, словно кусок тухлого мяса муравьями.

Брунетти попросил водителя найти какой-нибудь бар и предложил угостить его кофе. Он не выспался и чувствовал себя вялым и раздражительным. Кажется, вторая чашка помогла — кофеин ли стал тому причиной или сахар, но он понял, что сможет продержаться еще несколько часов.

Он вошел в офис «Интерфара» в начале одиннадцатого и заявил, что хочет поговорить с синьором Буонавентурой. Секретарша попросила его назвать себя, Брунетти представился, и она стала звонить шефу. Ответ последовал незамедлительно; она положила трубку, встала и повела Брунетти по коридору, покрытому светло-зеленым ковролином.

Она остановилась у второй двери справа, постучала, открыла и отступила в сторону, пропуская комиссара в кабинет. Буонавентура сидел за столом, заваленным бумагами, брошюрами и буклетами.

При виде посетителя он встал, но навстречу не пошел, а когда Брунетти подошел ближе, улыбнулся ему и пожал руку. Они сели.

— А вы забрались далеко от дома, — сказал Буонавентура любезно.

— Да. Я здесь по делу.

— Полагаю, по какому-нибудь полицейскому?

— Да.

— Я имею к нему отношение? — поинтересовался Буонавентура.

— Вы угадали.

— Если все действительно обстоит именно так, то это самое потрясающее событие из всех, когда-либо случавшихся со мной.

— Не уверен, что понимаю вас, — произнес Брунетти.

— Несколько минут назад я говорил с начальником производства и намеревался звонить карабинерам. — Буонавентура взглянул на часы. — Всего пять минут назад — а вы уже тут как тут, показались у меня на пороге, словно прочли мои мысли.

— Могу я спросить, почему вы собирались им звонить?

— Чтобы сообщить о краже.

— Что украли? — спросил Брунетти, хотя не сомневался, что ответ ему известен.

— Пропал один из наших грузовиков, водитель не явился на работу.

— Это все?

— Нет. Начальник производства говорит, вроде бы значительная партия товара тоже отсутствует.

— Примерно столько, сколько вмещает один грузовик, верно? — заметил Брунетти ровным тоном.

— Ну, раз грузовик и водитель пропали, это вполне логично. — Он еще не разозлился, но в распоряжении Брунетти было достаточно времени, чтобы довести его до нужной кондиции.

— Кто водитель?

— Микеле де Лука.

— Давно он у вас работает?

— Не знаю, примерно около полугода. Я сам такими вещами не занимаюсь, но он попадался мне на глаза на протяжении нескольких месяцев. Сегодня утром начальник производства сообщил, что фуры нет на парковке и водитель тоже не появился.

— А пропавший товар?

— Де Лука уехал отсюда вчера днем полностью груженный. Предполагалось, что он вернет фургон на фабрику, прежде чем отправится домой, а потом утром, в семь часов, снова прибудет сюда и заберет еще один груз. Но он так и не появился, а фургона не оказалось на той парковке, где ему полагалось быть. Начальник производства позвонил ему, но его мобильный не отвечал, так что я решил сообщить карабинерам.

Реакция Буонавентуры на происшествие показалось Брунетти слишком бурной: ведь служащий вполне мог просто опаздывать на работу. Правда, потом комиссар вспомнил, что Буонавентура так и не позвонил в полицию, так что он оставил свое удивление при себе и стал ждать продолжения спектакля.

— Да, понятно, — сказал он. — А о каком грузе идет речь?

— Разумеется, о медикаментах. Мы ведь их здесь производим.

— Куда планировалась поставка?

— Я не знаю. — Буонавентура взглянул на бумаги, которыми был завален его стол. — У меня где-то здесь накладные.

— Вы можете их найти? — поинтересовался Брунетти, кивая в сторону документов.

— А какая разница куда? — спросил Буонавентура. — Важно найти этого человека и вернуть груз.

— О работнике можете не беспокоиться, — сказал Брунетти, подозревавший, что Буонавентура лжет касательно своего намерения вернуть груз.

— Что это значит?

— Он был убит в перестрелке с полицией прошлой ночью.

— Убит? — повторил Буонавентура, и в голосе его послышалось искреннее изумление.

— Полицейские хотели допросить его и явились к нему домой, а он открыл огонь. Они проникли в квартиру и застрелили его. — И, резко сменив тему разговора, Брунетти спросил: — Куда он должен был доставить груз?

Сбитый с толку внезапным поворотом событий, Буонавентура какое-то время колебался, однако наконец ответил:

— В аэропорт.

— Аэропорт был вчера закрыт. Авиадиспетчеры бастовали, — сообщил ему Брунетти, но по выражению лица собеседника понял, что тот в курсе. — Какие у него были инструкции на случай, если доставка окажется невозможной?

— Такие же, как у всех водителей: вернуться обратно и поставить машину в гараж.

— А мог он поставить ее в свой собственный гараж?

— Откуда мне знать, что он мог и чего не мог?! — взорвался Буонавентура. — Фургон пропал, а водитель мертв, если верить вашим словам!

— Фургон не пропал, — мягко произнес Брунетти, наблюдая за реакцией собеседника на эти слова. Тот попытался скрыть изумление и изобразить на своем лице облегчение, но это ему плохо удалось.

— Где он? — спросил Буонавентура.

— На данный момент в гараже полиции. — Буонавентура промолчал, и тогда Брунетти добавил: — В кузове мы обнаружили ящики.

Буонавентура снова постарался не подать виду, что потрясен, и снова потерпел неудачу.

— В Шри-Ланку они не попали, — констатировал Брунетти. — Может быть, теперь вы поможете мне найти эти накладные, синьор Буонавентура?

— Конечно. — Тот начал рыться в бумагах. Вяло, безвольно он перекладывал документы с одного угла стола на другой, потом собрал их в стопку и стал просматривать по одному. — Странно, — произнес он, покончив с этим делом, и взглянул на Брунетти, — я не могу их найти. — Он поднялся. — Пожалуйста, подождите, я попрошу секретаря принести их.

Но прежде чем он успел сделать хоть шаг по направлению к двери, Брунетти тоже встал.

— А вы ему позвоните, — предложил он.

Буонавентура улыбнулся:

— Накладные ведь у начальника производства, а он сейчас на погрузочной платформе.

Он попытался было пробраться мимо Брунетти, но тот положил ему руку на плечо:

— Я пойду с вами, синьор Буонавентура.

— В этом нет никакой необходимости, — уверил тот комиссара и снова попытался улыбнуться.

— Думаю, что есть, — только и ответил Брунетти. Он понятия не имел, насколько далеко простираются его полномочия здесь, имеет ли он право удерживать Буонавентуру или следовать за ним. Он сейчас не в Венеции, даже за пределами провинции Венеция, а против Буонавентуры не выдвигалось никаких обвинений. Однако все это для Брунетти уже было неважно. Он отошел в сторону, предоставляя Буонавентуре открыть дверь кабинета, и двинулся за ним в коридор, протянувшийся в дальнюю часть здания.

Дверь, которой оканчивался коридор, вела на длинную цементную погрузочную платформу. Возле нее задом стояли два больших фургона с открытыми дверьми кузовов, четверо рабочих катили к ним по платформе тележки с картонными коробками. Увидев возникших на пороге людей, они подняли головы, но тут же вернулись к своей работе. Внизу, между фургонами, стояли, засунув руки в карманы, и разговаривали двое мужчин.

Буонавентура подошел к краю погрузочной платформы. Мужчины посмотрели на него, и он обратился к одному из них:

— Нашли фуру де Луки. Груз по-прежнему в ней. Этот полицейский хочет посмотреть накладные.

Едва он успел произнести слово «полицейский», как один из мужчин, тот, что повыше, отпрыгнул в сторону от своего собеседника и вытащил из кармана куртки пистолет. Но Брунетти, заметив его движение, отступил обратно, за дверь, все еще остававшуюся открытой, и вынул свой пистолет из кобуры.

Ничего. Ни шума, ни стрельбы, ни криков. Он услышал шаги, потом хлопнула дверь одной машины, за ней — другой, и мощный мотор пробудился к жизни. Вместо того чтобы возвращаться на платформу и выяснять, что происходит, Брунетти побежал по коридору, выскочил на улицу через главный вход к машине с незаглушенным, чтобы не выстуживать салон, двигателем, где ждал его водитель, читавший «Газеттино делло спорт».

Брунетти распахнул пассажирскую дверь, запрыгнул в машину. Шофер перестал паниковать, как только узнал комиссара.

— Фургон сейчас выезжает из дальних ворот. Обогните здание и следуйте за ним! — задыхаясь, произнес Брунетти.