Убить Хранителя (СИ) - Марсель Кермт

и хранился в подпространстве. В любую секунду я мог внести в него свои мысли и прочитать, находясь как внутри миров, так и между ними.

Еще несколько дней назад я умирал в палате центра «Рассвет», а сейчас пытался разобраться, как приглядывать за тремя измерениями. На Земле в последние дни даже встать с постели не мог без посторонней помощи, а сегодня обладаю могуществом, пределы которого до сих пор не известны.

Можно сказать, что жизнь сделала крутой поворот. Но нет. Она наделала спиралевидных витков и улетела в космос. Записывать некоторые моменты своей жизни и мысли я стал не только по причине сильных перемен. Как часто бывает, и тому множество примеров из истории, многие великие фрагменты прошлого, достойные не простого внимания, а знания в абсолютных деталях, страдают в памяти потомков неполноценностью, иногда даже вымыслом историков, которым приходится «дописывать» потерянные страницы прошлого. И вся проблема в источниках. Пусть мой дневник станет тем самым источником, который бы полностью раскрыл все, что я понимаю в Хранителях и их деятельности.

Я сел в кресло в треугольной комнате, зависшей между мирами. В нее переместился сразу, как только вышел из райского особняка Рондала Вэбера. Внутренний взор расстелил передо мной зеленое колдовское поле. Я вызвал дневник, который представлял то в виде фолианта, то в виде свитка. Форма не имела значения. Суть метафизического хранилища информации от этого не менялась.

Я начал записывать.

«7 августа.

Еще не отступился от своей идеи.

Решив не идти на поводу и позволив упрямству взять верх, я задумал непростое дело. Возможно, опасное. Скоро мое «троеличие» перестанет существовать. Независимо от того, постигнет предприятие успех или крах.

План прост.

Две мои личности — та, что в Каулоре и та, что в Междуозерье — будут «выкрадены» из своих тел и помещены в иные: помогут мне в том друзья из тех же миров — Быстрый Стрелок и Мэлдаф.

Далее следует действовать по объяснению Рондала, когда он говорил о помощниках. То есть, держась за руки, пройти по Огненной Лестнице. В итоге я поделюсь могуществом с Мэлдафом и Быстрым Стрелком. Но по той причине, что в них будут находиться родственные мне сущности, созданные из одного корня (а, по сути, все родственное так или иначе стремится к единению), то они должны притянуться и образовать единую духовную субстанцию. Моим друзьям ничего грозит. Но лишь в случае успеха. Потом их тела спокойно отправятся туда, где родились и должны обитать в настоящее время.

В случае неудачи — исход совершенно для меня неизвестен».

Пора было действовать незамедлительно — отправиться через порталы в Каулор и Междуозерье за Мэлдафом и Быстрым Стрелком.

32

ОГНЕННАЯ ЛЕСТНИЦА почувствовала меня.

Черные ступени, будто вытесанные из огромных пластов обсидиана, заполыхали синим пламенем. С каждым шагом огонь становился выше, пляска его — безудержнее. Как будто Лестница демонстрировала таким образом радость от встречи. Но, конечно, нет. Она не умела радоваться. А что умела? Что могла уметь конструкция, которая обладала странной силой и чем-то, похожим на разум, но им не являющимся? Сложный вопрос.

Если Хранитель казался божеством, то Огненная Лестница — своего рода прародителем божества. При этом сама она божественными способностями не обладала, а только наделяла других. Мог ли я ее уничтожить? При должной подготовке, выйдя на пик могущества, наверное, да. Стала бы она сопротивляться? Конечно. И совершенно не обязательно, что в противостоянии верх одержал бы именно Хранитель. Рисковать я бы не стал. К чему приведет ее уничтожение? К разрушению Треугольника? Эта комната, зависшая между мирами, несомненно как-то была связана с Огненной Лестницей — одной из самых сложных загадок Вселенной.

Я вытянул вперед руку и приласкал огни. Синие всполохи начали медленно утихать, пока совсем не исчезли. Ступени из обсидианового превратились в бледно-золотые. Они ярко блестели, словно поднимались к мощному источнику света. Но вокруг Огненной Лестницы ночевало пустое пространство. Она сама являлась этим самым источником.

Двое юношей безучастно стояли рядом со мной. Они не интересовались происходящим, не задавали вопросов. Ни о чем не думали и ничего не чувствовали. С висящими, как плети, руками и поникшими головами стояли у первой ступени и смотрели под ноги остекленевшими глазами. Мэлдаф и быстрый Стрелок.

Я вырвал своих друзей из Каулора и Междуозерья, затратив чуть больше сил, чем требовалось. Перенес в Сердце Вселенной, в пространство между мирами. Запер их личности в самой глубине разума, как в клетке, погруженной на дно океана, внутри которой так любят спускаться под воду адреналиновые маньяки, чтобы испытать ужас от вида проплывающих мимо белых акул.

Я усыпил разум своих друзей, поэтому сейчас они больше напоминали марионеток, чем живых людей. Они несли в себе две мои сущности, которые я тоже перенес сюда из двух миров. Сущности находились в спящем состоянии и никак себя не проявляли. До поры до времени. Но Огненная Лестница заставит их очнуться, забиться в новом ощущении жизни и, наконец, слиться воедино.

— Ну, что, друзья, вы готовы к опасному путешествию? — спросил я и посмотрел Мэлдафа с Быстрым Стрелком.

Они, конечно, не ответили. Ничего не слышали, не видели и не чувствовали.

— К путешествию по ступеням искаженных реальностей, — добавил я и взял их за руки, силой мысли заставив тела двигаться.

Мы сделали синхронный шаг вперед. В этот миг даже я, Хранитель, не знал, что произойдет, и какой урок преподаст нам Огненная Лестница.

33

ПЕРВАЯ СТУПЕНЬ распростерла перед нами ледяную пустыню.

Белая, ровная, как лист чертежной бумаги, и удивительно спокойная равнина искрилась серебром. Светлое небо замерло без каких-либо признаков солнца и облаков — словно кто-то растянул бесконечную белую простыню. Ни малейшего дуновения ветра в колючем морозном воздухе. Блестящий лед и тишина.

Я повел друзей вперед. Вдалеке светилась голубоватая полоса горизонта. Так можно было шагать целую вечность.

Шли мы долго, но при этом никакой усталости не чувствовалось.

Прошли километра три. Уже стало казаться, что Лестница отправила нас в бесконечное путешествие, как вдруг ландшафт стала преображаться. Ровная поверхность ледяной пустыни начала менять форму, но очень странным образом. Слева и с права от нас появились кремово-розовые стены. Они возводились без чьего-либо участия и росли на глазах, будто сотни трудолюбивых невидимок клали кирпичик за кирпичиком на свои фантасмагоричные постройки. Стены строились и кренились, как Пизанские башни, пока наконец не встретились и не сомкнулись, образовав свод над нашими головами. Новообразованный кремово-розовый тоннель повел прямиком в