Песнь первая. Дитя Грозы. - Тиа Атрейдес

Принц привык во многом полагаться на сестру. Это не означало, что он стремился спихнуть на неё все свои проблемы, и жить за её спиной. Ни в коем случае. Но принц знал, что она всегда поддержит и поможет, и безусловно доверял ей. И он понимал, что ему очень повезло. Будь Шу такой же, как Ристана, жизнь Кею точно бы мёдом не показалась. Его Высочество достаточно хорошо знал историю, чтобы не питать иллюзий насчет братской любви в правящих семействах. Интриги, заговоры, убийства всегда были нормой для принцев и принцесс. Не один доверчивый наследник падал с лошади или травился изысканным вином. И самовлюбленная, властная и жесткая Ристана не выделялась на общем фоне. Взять хоть Императорскую семью. Четверо законных сыновей Императора постоянно устраивали друг другу мелкие и не очень гадости, и от братоубийства их удерживал только страх перед отцом. Наверняка, представься одному из них возможность провернуть что-либо втайне от Императора, ни на секунду бы не усомнился в том, что трон стоит жизни всех его родственников до пятого колена.

Их отношения с Шу явно были исключением. Они любили друг друга с самого его рождения. Сколько Кей себя помнил, Шу всегда была рядом, всегда играла, разговаривала с ним, учила его. Все восемь лет, проведенные ими в крепости Сойки, брат с сестрой были вместе. За исключением, разве что, пресловутого похода Шу с генералом Дуклийоном. Кей вообще считал, что лучших друзей, чем у него, в природе не существует. Один Закерим чего стоит. В какие только проделки они не встревали втроем! Иногда Кею казалось, что Зак - его рука. Или отражение. Или близнец. Если с Шу он временами спорил, и хотел стукнуть её чем-нибудь тяжелым за её упрямство, то с Заком у них с самого начала установилось полное и безоговорочное понимание. Как бы один из них ни нашкодил, другой непременно его прикрывал. Даже если был не в курсе проделки, что, правда, случалось совсем редко. В любое приключение Кей готов был влезть обеими ногами, если с ним будут Зак и Шу.

И сейчас, стоя среди напыщенных аристократов и мотая на ус методику витья из них веревок - мастер класс Дарниша и Дукриста дорогого стоит! - Кей чувствовал себя гораздо спокойнее и увереннее рядом с сестрой. Жаль, что Зака нет поблизости, он благополучно слинял с приёма с час тому назад, справедливо рассудив, что от него всё равно в общении с политиками помощи будет мало. Наследник с преогромным удовольствием последовал бы за ним, но... приходилось терпеть. Похоже, совсем недолго осталось. Кей продолжал вежливо отвечать на обращенные к нему вопросы и делать многозначительное лицо, несмотря на то, что у него уже всё плыло перед глазами. К счастью, Дарниш наконец посчитал достаточным пребывание Наследника среди благородной публики, и, пока маркиз Дукрист отвлек внимание важных лиц обсуждением имперских политических новостей, хитрым маневром вывел их с Шу из гомонящей толпы.

Кею уже не верилось, что этот бесконечный день всё же закончился. Принц благодарно улыбнулся Дарнишу, отправившемуся обратно, героически прикрывать их отступление. Сил разговаривать уже не было, и даже Шу, вечная ехидна и трещотка, провожала его до комнат молча. 'Ну ничего, - думал Кей, укладываясь спать, - завтра я всё из неё вытрясу, не отвертится...' И уснул, не успев додумать фразу до конца.

Глава 13.

235 год от Основания Империи. Второй день Праздника Каштанового цвета. Суард.

Шу проснулась от запаха роз. Сладкий аромат казался настолько густым, что его хотелось намазать на хлеб вместо варенья. 'Интересно, - подумала Шу, - когда же они успели расцвести? Вчера бутоны были совсем крохотные... или я ничего не понимаю в цветах, или что-то здесь не так'. С трудом открыв глаза, принцесса обнаружила прямо перед собой огромную полураспустившуюся кремовую розу. Она нахально расположилась на подушке, распространяя головокружительные волны благоухания и блестя капельками росы на полупрозрачных лепестках. Принцесса улыбнулась недоуменно, и дотронулась до холодного упругого листа, проверяя, не иллюзия ли это. И лист, и роса оказались самыми настоящими. Под розой обнаружилась записка. Маркиз Дукрист спрашивал, не согласится ли Её Высочество отобедать с ним? Вот записка вовсю отдавала магией. Развеселившись, Шу ответила вслух: 'Наше Высочество согласится. А где?' На листке тут же сменился текст: 'Если Ваше Высочество изволит выйти в три часа в Голубую Гостиную, то я буду иметь честь проводить Вас в одно чудное местечко в Старом городе'. Шу согласно кивнула в ответ, и записка, тихонько звякнув колокольчиком, испарилась.

Шу уткнулась в лепестки, вдыхая нежный запах, и погрузилась в приятные воспоминания. Надо же, всё оказалось вчера далекое не так ужасно, как она опасалась. От Рональда удалось отвертеться, с герцогами и прочими графами управился Дарниш, из зубов Её Неотразимого Высочества её так удачно спас Дайм. При мысли о его бирюзовых глазах Шу мечтательно зажмурилась. Она и не смела и надеяться, что кто-то вдруг начнет за ней ухаживать, тем паче настоящий светлый маг. Она чувствовала совершенно определенно, что интерес к ней маркиза гораздо глубже и серьёзнее, чем требуется для его дипломатической миссии, и чем он бы сам желал. Понятно, что Дайм явился в Суард не для того, чтобы потанцевать на праздничном балу, и что он прямо заинтересован в ней. И что он обязан сделать всё для того, чтобы Шу не спелась с Рональдом. И предложение Придворного Мага вполне закономерно, будучи его ученицей, Шу даст ему возможность поставить Ристану на место и без малейших усилий прибрать власть в провинции к рукам. Чем больше Шу обдумывала эту идею, тем отчетливей понимала, что так просто Рональд от неё не отстанет. Дайм прав, надо срочно приручать Закатную Башню, а до тех пор увиливать, увиливать и увиливать. Шу надеялась, что сегодня за обедом маркиз хоть немного подскажет ей, как поступить с Башней.

Шу вполне разделяла его невысказанное мнение о сочетании приятного с полезным. Она не собиралась строить из себя кисейную барышню и прикидываться слабой, ранимой и капризной неженкой. Принцесса слишком хорошо видела истинные побуждения и эмоции, чтобы обманываться на предмет человеческих взаимоотношений. Сколько она себя помнила, никогда она не питала иллюзий ни по поводу любви (то есть её отсутствия) к ней отца и матери, ни, тем более, всех остальных обитателей дворца. До шести лет, пока они с Кеем не переехали в Сойку, единственным человеком, любившим её, был брат. Она привыкла быть сама по себе, ни на кого не полагаться и никому не доверять. Каково же было её удивление, когда она обнаружила, что совершенно посторонние люди - Фрай и Бертран Дуклийоны - приняли их с братом как родных. В первые же дни в Сойке Шу открыла для себя нечто новое и необыкновенное. Оказывается, кто-то может её любить! Просто так, искренне и бескорыстно. И потом, когда она познакомилась ближе с Закеримом и Эрке... сразу двое друзей, которым можно доверять, которые готовы за неё и за Кея в огонь и воду... Невероятно!