Комдив - Александр Айзенберг

и после этого в действие вступали наши гаубицы, которые и начинали утюжить выявленные места расположения немецких артиллеристов и миномётчиков. Очень скоро, после того, как немцы понесли большие потери, они прекратили обстрелы наших позиций в ответ на снайперский огонь. А мои снайпера заставили немцев прятаться, стреляя по всем, кого только они видели. Попытка противника вести антиснайперскую борьбу с треском провалилась по банальной причине, у нас просто было больше снайперов, да и по уровню мастерства они немцам не уступали, хотя тоже временами несли потери. Всё же война есть война и удача не бывает только на одной стороне, но вот тут как раз и сказалось количественное превосходство. Вот так стоя во втором эшелоне нашей обороны мы тем не менее принимали самое активное участие в боевых действиях. А вскоре пошли и данные от моей разведки, для начала разведчики действительно должны были работать исключительно тихо, в первую очередь изучая район действия и вместе с ними пошли и диверсанты, но исключительно для разведки. Они пару недель изучали территорию, намечая возможные пути передвижения, все препятствия и места возможных лёжек, которые кстати и оборудовали. Чем убегать от преследователей, так лучше оторвавшись от них, залечь в таком укрытии и обождать, пока немцы просто не пройдут мимо, что бы затем оказаться в их тылу и спокойно уйти, а немцы пускай дальше ноги стаптывают в поисках моих орлов. Тут спешить не стоит, немцев в округе, как блох на барбоске, так что влипнуть в неприятности при спешке и неподготовленности можно на раз. Организовав процесс, я задумал сделать немцам большую пакость, только в одиночку это было не сделать и по любому прежде следовало дождаться доклада разведки о том, кто нам тут противостоит и какими силами.

Глава 10

Глава 10

Моя машина с охраной заехала на стоянку организованную рядом со штабом армии, она представляла из себя свободные места под деревьями, над которыми ещё были натянуты маскировочные сети. Единого места заезда не было, заезжали и выезжали как хотели, зато и колеи не накатают. Конечно со временем станет видно, но к тому времени думаю и мы пойдём вперёд. Открыв бронированную дверь, я вылез из своей командирской машины, тёплый ветер с запахом леса обдул меня, а сверху шуршали кроны деревьев и внизу по земле скакали солнечные лучи, словно играя. Охрана осталась в машинах, вернее ребята вылезли из них, но остались стоять рядом с ними. Кто-то пользуясь случаем растянулся на земле, благо лето, земля тёплая, так что они ловили момент. Расположенные между деревьями землянки были хорошо замаскированы, при их строительстве сначала аккуратно снимали дёрн, а затем, после строительства, этот дёрн клали назад. Обильно его полив, через несколько дней уже нельзя было сказать, что тут снимали дёрн. Также сверху высадили кусты, и особенно кустами замаскировали выходы из землянок, а потому даже на бреющем полёте невозможно было сверху обнаружить наш штаб. Неподалёку тарахтел генератор, который и снабжал штаб электричеством. В своё время мы захватили у немцев в качестве трофеев пару десятков таких мобильных генераторов на базе грузовых машин и сейчас пара таких машин обеспечивала электричеством штаб армии. Работали они попеременно, что бы можно было их обслуживать, у меня в штабе дивизии также была пара таких машин, да и в других дивизиях тоже и кое в каких полках. Севастьянов был на месте, вот я к нему и прошёл.

-Что хотел?

Совсем не любезно поприветствовал меня Севастьянов.

-Да задумка одна есть, только мало того, что мне самому её не осуществить, так и нашей армии тоже, вернее требуется разрешения командующего фронтом и содействии обороняющихся дивизий.

-Ты что задумал?

-Немцы же сейчас как оглашенные рвутся вперёд, вот я и хочу им устроить пакость. Сделаем вид, что им удалось прорвать наши позиции, их действия?

-Рвануть вперёд, на оперативный простор и начать громить наши тылы, в первую очередь склады и штабы.

-Правильно, только разумеется выпускать их на оперативный простор я не собираюсь, подобрать подходящую местность и дав им возможность продвинуться на 10 – 15 километров устроить им огневой мешок, одновременно с этим мощным фланговым ударом перерубив им пробитый коридор.

-Задумка интересная, но тут ты прав, один я такой вопрос решить не смогу, надо с командующим фронта посоветоваться, ты иди, я как только что станет известно свяжусь с тобой.

В целом я остался доволен разговором с Севастьяновым, по крайней мере он меня спокойно выслушал и обещал поговорить об этом с командующим фронтом, так как без него ни чего не получится, слишком операция крупной получается. А Севастьянов, после того, как полковник Прохоров уехал к себе в дивизию, сначала сам ещё раз очень тщательно прокрутил в голове состоявшийся разговор. В общих чертах вполне реальный вариант, который может получится, немцы тут непуганые, подобные трюки с ними не проводили, а потому может и получится. Взяв телефонную трубку, он велел связистам соединить себя с командующим фронтом. Пришлось прождать почти полчаса, так как командующего не было на месте, наконец раздался телефонный звонок.

-Здравия желаю Николай Фёдорович, это вас генерал Севастьянов беспокоит, у меня только что был полковник Прохоров, у него есть интересная идея, как устроить немцам неприятный сюрприз.

-День добрый, наслышан я про полковника Прохорова, вот что, судя по всему тут не в двух словах это обсуждать, так что езжай пожалуй ты ко мне в штаб фронта, там спокойно и обсудим, что твой полковник опять придумал.

Севастьянов положил трубку, с одной стороны ему не хотелось ехать в штаб фронта, а с другой стороны, это действительно не телефонный разговор, не дай бог информация к немцам уйдёт, тогда последствия могут быть совершенно непредсказуемыми. Вызвав свою машину и охрану, Севастьянов поехал в штаб фронта, куда и приехал хоть и без приключений, но уже под вечер. Ватутин оказался свободен, а потому позвав ещё начальника штаба и члена военного совета, он и выслушал Севастьянова.

-Добрый день товарищи, генерал Севастьянов, командир 4-ой гвардейской армии, сегодня ко мне обратился командир одной из моих дивизий, полковник Прохоров.

-Генерал, это не тот Прохоров, что осенью 41-го вывел из Киевского котла штаб генерала Кирпоноса? – Спросил его генерал-лейтенант Павлович, исполнявший обязанности начальника штаба Воронежского фронта.

-Он самый, хотя сам ещё очень молод, но голова у него варит отлично.

-Так что