Литературная Газета 6453 ( № 10 2014) - Литературка Литературная Газета

Среди персонажей такие известные исторические личности, как святитель Фотий Константинопольский, Кирилл и Мефодий, князья Рюрик, Аскольд и Дир, норвежский король Харальд Прекрасноволосый и другие. Книга выделяется в потоке фэнтезийной альтернативной истории и будет полезна не только для сердца, но и для ума подростков. Кстати, их родители хорошо помнят и любят эту повесть, о чём свидетельствуют отзывы в интернете:

Сергей

Читал в десятилетнем возрасте, 25 лет назад, перечитывал и помню до сих пор. Прекрасная детская книга. Отличное сочетание познавательности и увлекательности, особенно для тех, кто неравнодушен к истории и приключениям. С удовольствием бы купил сейчас для детей...

Старый Ворчун

...Помню до сих пор – значит, очень хорошая книга... Только надо учитывать одно обстоятельство – мне (в детстве) ) она показалась довольно жестокой: младенцы на копьях, рабы и т.п.

Ирина

В детстве эта книга произвела на меня огромное впечатление… Много лет не могла найти в продаже… Советую всем прочитать.

Теги: Юрий Вронский , Необычайные приключения Кукши из Домовичей

Неизвестный Горький

Л. Спиридонова. Настоящий Горький: мифы и реальность. - М.: ИМЛИ РАН, 2013. – 440 с. – 500 экз.

Горького называли властителем дум, "знаменем" целого поколения, вечным полуинтеллигентом, убогим мещанином, проповедником доморощенного ницшеанства и вседозволенности и в то же время поражались его эрудиции. Прозаик, драматург, публицист, критик, основоположник соцреализма в литературе, политический и общественный деятель, издатель, основатель нескольких издательств в России и за рубежом, просветитель, организатор культурного и научного процесса в СССР[?] Его то боготворили, то низвергали, исключая произведения из школьной программы. Такие противоположные оценки, порождающие мифы, не случайны. Он был беспокойным, противоречивым человеком. Необычность биографии и личности писателя, его фантастическая одарённость и потрясающее трудолюбие создали феномен, который критики называют легендой по имени Горький. Автор монографии пытается показать истинный облик этого неординарного человека, развитие его взглядов на мироустройство, творчество, религию, отношение Горького к марксизму и народничеству, его полемику с большевиками, прояснить причины отъезда и возвращения на родину, отношения со Сталиным, раскрыть тайну смерти. Причём его роль и значение анализируются не только в русской литературе конца XIX – первой трети XX века, но и в современном мире. Для решения такой непростой задачи используются впервые публикуемые и малоизвестные архивные материалы. В книгу включено приложение с редкими фотоматериалами.

Теги: Л. Спиридонова , Настоящий Горький: мифы и реальность

Братство филологического круга

И. Лобойко. Мои воспоминания. Мои записки. - М.: Новое литературное обозрение, 2013. – 328 с. – 1000 экз.

Профессор русского языка и литературы Виленского университета Иван Николаевич Лобойко (1786–1861) был эрудированным и разносторонним человеком, занимался историей и языкознанием, библиографией и этнографией. Скандинависты отмечают его вклад в ознакомление русских читателей с древнеисландской литературой, слависты – в расширение и укрепление русско-польско-литовских научных связей, археографы – в создание белорусской археографии, а историографы русской исторической науки пишут о его важной роли в деятельности Румянцевского кружка. Упоминают его и как активного члена Вольного общества любителей российской словесности. Однако жизни и научной деятельности И. Лобойко посвящено лишь несколько работ, изданных главным образом в Литве и Польше, что делает эту книгу особенно ценной. Впервые публикуемые в ней целиком воспоминания профессора освещают малоизвестные страницы истории Российской империи: создание и первые годы существования Харьковского университета, деятельность Вольного общества любителей российской словесности в Петербурге, труды Н.П. Румянцева и членов Румянцевского кружка по собиранию и публикации исторических документов и памятников славянской письменности. Выразительно характеризует автор известных литераторов и учёных – Н. Греча, А. Петровского, Ф. Булгарина, А. Воейкова, А. Мицкевича и др.

Теги: И. Лобойко , Румянцевский кружок

События в Бирюлёво или в Бирюлёве?

После происшествия в этом районе в СМИ возобновилась дискуссия лингвистов о склоняемости топонимов на - ово , - ево , их нормативном употреблении в устной и письменной речи. Прочитав разные мнения, я вспомнила название французского фильма "Жить, чтобы жить".

Разве мы склоняем существительное беспричинно и бесцельно? Причина склоняемости-несклоняемости – чисто грамматическая, и объяснение поэтому должно быть собственно грамматическим.

Сама природа склоняемости-несклоняемости связана со структурным типом нашего языка. Русский язык является синтетическим с элементами аналитизма. Это значит, что большинство своих грамматических значений (рода, одушевлённости-неодушевлённости, числа и падежа) русское существительное передаёт синтетически, в одном компоненте, который изменяется (меняются флексии), т.е. склоняется.

Однако и аналитизм русского языка – не чужеродный довесок, не мода на всё иностранное, а обязательная составляющая его грамматических свойств.

Аналитизм проявляется в том, что грамматическое значение выражается не изменением самого слова, а за его пределами. Именно поэтому несклоняемость существительного – это проявление аналитизма. Например, прочитав предложение: В комнате леди, мы не поймём, сколько там леди и принадлежит ли комната леди или это место пребывания леди . Нужные грамматические значения мы можем выразить аналитически, например, с помощью словоформы красивая ( леди ), которая и находится «за пределами слова».

Но может быть, приведённый пример как раз и говорит о чуждой русскому языку природе аналитизма? Все эти леди , ландо , сомелье , требующие аналитического способа выражения грамматических значений, звучат не очень-то по-русски.

Нет!

Аналитизм укоренён очень прочно и глубоко в грамматической системе русского языка. Обязательные, очень значимые для нашего этнокультурного сознания категории выражаются одновременно и синтетически, и аналитически, т.е. дублируются по способу. Посмотрим, как и сколько раз выражается очень значимое для русского языка и русского сознания значение рода существительного.

Моя прекрасная мама ушла на войну . Четыре раза! Один раз синтетически и даже лексически ( мама ), три раза – за пределами слова, т.е. аналитически.

А значения будущего времени глагола несовершенного вида и значения сослагательного наклонения глагола ( буду читать, читал бы ) вообще не могут выражаться в синтетической форме, т.е. в одном компоненте. Сами формы – аналитические, двухкомпонентные.

Думаю, что самый суровый ревнитель чистоты русского языка согласится с тем, что аналитизм – законное дитя русской грамматической системы.

Вопрос в другом. Какой способ – синтетический или аналитический – в каждом отдельном случае решает свою задачу лучше. Именно ему нормализаторы отдают предпочтение при квалификации грамматических вариантов.

Побеждает обычно тот вариант, который соответствует внутренним законам развития языка, надёжно выполняет свои грамматические функции, не противоречит тенденциям развития грамматической системы и поддерживается внелингвистическими (внешними) факторами.

С этой точки зрения предпочтителен несклоняемый вариант топонимов на -ово , - ево .

Этот вариант поддержан внутриязыковым законом аналогии (слово не склоняется по аналогии с иноязычными топонимами типа Палермо , Ровно ). Он исключает неразличение однокоренных топонимов мужского и среднего рода, как это имеет место в случае со склоняемым вариантом, т.е. он лучше выполняет смыслоразличительную функцию. Город Пушкин – посёлок Пушкино: в Пушкине (если склонять – одна форма), НО в городе Пушкине и посёлке Пушкино (если не склонять топонимы на -ино).