Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

В этом и был весь Мэт. Он всю зиму ходил тучей и бурчал, что раз над ним все смеются, то в следующий раз он не станет никого спасать. Пусть себе тонут. Но едва увидев, что кто-то в беде, он тут же забыл обо всём и бросился на помощь. Эгвейн хорошо помнила как долговязый Мэт, спотыкаясь, выбирался из воды, а маленький Джер с глазами, полными непритворного ужаса, цеплялся за своего спасителя, хватая ртом воздух.

Джер ушёл под воду беззвучно. Эгвейн и не подозревала, что так бывает — что тонущий человек не кричит, не барахтается и не зовёт на помощь. Он просто скрывается под водой, тогда как всё остаётся спокойным и мирным. И только Мэт был начеку.

«Он пришёл мне на помощь в Тирской Твердыне», — мелькнула у неё мысль. Разумеется, ещё он пытался спасти её от Айз Седай, не желая верить в то, что она стала Амерлин.

Так что же происходит? Тонет она или нет?

Мин спросила: «Насколько ты доверяешь Мэту Коутону?»

«Свет. Я доверяю ему абсолютно. Пусть я глупа, но это так». Мэт может ошибаться. Он часто ошибался.

Но когда оказывался прав, то спасал людям жизнь.

Эгвейн заставила себя подняться на ноги. Она пошатнулась, и Гавин возник рядом, чтобы поддержать её. Эгвейн похлопала его по руке и отстранилась. Она не позволит, чтобы армия видела свою Амерлин такой слабой, что та не способна стоять без поддержки.

— Какие новости с других фронтов?

— Сегодня их немного, — ответил Гавин. Он нахмурился. — Вообще-то, сегодня довольно тихо.

— Илэйн должна сражаться в Кайриэне, — произнесла Эгвейн. — Это важное сражение.

— Может, она слишком занята, чтобы прислать весточку.

— Я хочу, чтобы ты отправил через врата посыльного. Мне нужно знать, как проходит эта битва.

Гавин кивнул и торопливо вышел. После его ухода Эгвейн неспешно побродила по шатру, пока не увидела Сильвиану, которая разговаривала с парой Голубых сестёр.

— Что с Брином? — спросила Эгвейн.

— Он в шатре-столовой, — ответила Сильвиана. — Мне только что сказали. Я отправила к нему посыльного с просьбой оставаться там и ждать вас.

— Идём.

Она направилась к столовой — самому просторному шатру в лагере — и едва вошла, сразу же заметила генерала. Он был занят не едой, а картами, расстеленными на походном кухонном столике. От столика пахло луком, который, по всей видимости, на нём постоянно резали. Юкири поддерживала открытыми врата в полу, показывающие поле боя сверху. Едва вошла Эгвейн, Юкири тут же их закрыла. Врата старались не держать открытыми слишком долго, поскольку шаранцы за ними следили и держали наготове плетения, чтобы ударить через них.

Эгвейн очень тихо прошептала Сильвиане:

— Собери Совет Башни. Позови всех Восседающих, каких сможешь найти. Приведи их как можно скорее прямо сюда, в этот шатёр.

Сильвиана кивнула, не подав вида, даже если почувствовала недоумение. Женщина торопливо ушла, а Эгвейн уселась ждать в шатре.

Суан здесь не было. Скорее всего, она снова помогала Исцелять. Это хорошо. Эгвейн не хотелось проделывать задуманное на глазах у Суан. Однако она беспокоилась за Гавина. Он любил Брина, как отца, и через узы она чувствовала его тревогу.

Придётся подойти к делу очень деликатно, поэтому она не хотела начинать до появления Совета Башни. Эгвейн не могла обвинить Брина, но и не могла оставить без внимания слова Мэта. Может, он прохвост и шут, но она ему доверяла. Да поможет ей Свет, но это так. Она бы доверила ему даже собственную жизнь. А на поле боя действительно творилось что-то странное.

Восседающие собрались относительно быстро. Они отвечали за обеспечение нужд фронта и собирались каждый вечер, чтобы выслушать рапорты и тактические разъяснения от Брина и его командиров. Брина, кажется, не удивил их приход, он был занят своей работой.

Многие входящие женщины бросали в сторону Эгвейн вопросительные взгляды. Она кивала в ответ, пытаясь вложить в этот жест весь авторитет Престола Амерлин.

Наконец, когда собралось достаточное число членов Совета, Эгвейн решила, что пора приступать. Время было дорого. Ей было необходимо либо раз и навсегда сбросить со счетов обвинения Мэта, либо принять меры в соответствии с ними.

— Генерал Брин, — произнесла Эгвейн. — С вами всё в порядке? Нам пришлось потрудиться, разыскивая вас.

Он поднял голову и моргнул. У него были покрасневшие глаза.

— Мать, — произнёс он и кивнул Восседающим. — Я устал, но, наверное, не больше вашего. Я всё время был на поле боя, стараясь учесть все детали. Вы знаете, как это бывает.

В шатёр быстро вошёл Гавин.

— Эгвейн, — обратился он с побледневшим лицом. — У нас проблемы.

— Что случилось?

— Я… — он сделал глубокий вдох. — Генерал Башир выступил против Илэйн. Свет! Он — Приспешник Тёмного. Если бы на подмогу не прибыли Аша’маны, битва была бы проиграна.

— Что-что? — переспросил Брин, отрываясь от карт. — Башир? Приспешник Тёмного?

— Да.

— Невозможно, — сказал Брин. — Он много месяцев сопровождал лорда Дракона. Я не очень хорошо с ним знаком, но… Приспешник Тёмного? Не может быть.

— И в самом деле, довольно безосновательно предполагать, что… — произнесла Саэрин.

— Если хотите, можете сами поговорить с королевой, — гордо выпрямляясь, ответил Гавин. — Я услышал это из её собственных уст.

В шатре стало тихо. Восседающие встревоженно переглядывались между собой.

— Генерал, — обратилась Эгвейн к Брину. — как так вышло, что вы отправили к южным холмам сразу два подразделения кавалерии для защиты нас от троллоков и тем самым не только послали их прямо в ловушку, но и оставили наш левый фланг незащищённым?

— Как вышло? — переспросил Брин. — Было очевидно, что вас скоро сомнут. Это было видно даже слепому. Да, я снял охрану с левого фланга, но выдвинул на эту позицию иллианцев из резерва. Когда я увидел, что кавалерия шаранцев разделилась, чтобы атаковать отряд Уно с правого фланга, я отправил иллианцев на перехват. На тот момент это было верное решение. Откуда мне было знать, что шаранцев окажется так много? — он повысил голос, сорвавшись на крик, но спохватился. Его руки задрожали. — Я совершил ошибку, Мать. Я не идеален.

— Это было больше, чем просто ошибка, — сказала Файзелле. — Я только что разговаривала с Уно и прочими выжившими в той мясорубке. Он утверждает, что почуял ловушку, едва направился со своими людьми на помощь сёстрам, но вы обещали ему помощь.

— Я же сказал вам, что отправил подкрепление. Просто я не ожидал, что шаранцы направят туда такие большие силы. Кроме того, у меня всё было под контролем. Я вызвал кавалерийский легион Шончан для усиления наших войск.