Хроники Равалона - Юрий Пашковский

— Дерзости тебе не занимать, Проводник, отрицающий свою сущность. — Маг-Дракон приоткрыл пасть, длинный язык пробежал по зубам. — Однако никто никогда не скажет, что мое племя обманщики. Мы не гордецы боги и не крючкотворцы убоги. Обещание, данное Магом-Драконом, всегда будет выполнено… что только и защищает тебя, дерзкий Проводник.

— Хватит риторики, Высокий. — Уолт ухмыльнулся. — У нас полно неотложных дел. Да и ты, думаю, не откажешься, чтобы я разобрался с тем, кто нацелился на Храм Меона. А то вдруг ты не удержишь Наос и боги получат доступ к Заповедям. Как же тогда Первые вернутся, Великий?

Эльзе показалось, что Урлангур сейчас набросится на Уолта. Маг-Дракон гневно раздул ноздри, сосредоточил взгляд всех глаз на Магистре. Шевельнулись крылья, хвост гневно высек из площадки искры.

— Я следил за тем, кто создавал Великую Жертву. — Урлангур сдержал ярость. — За его действиями. То, что он творил с областями Подземелья и убогами… Скажи, Проводник, тебе это ничего не напоминает? Изменение Полей Сил, подчинение умной энергии. Ведь это тоже — своеобразная аннигиляция связей.

— Я не пойму тебя, Высокий, — Уолт напрягся.

— А ведь и ты попал под действие его чар, когда вступил в Подземелье. А может, кто знает, и еще раньше. Тиэсс-но-Карана повреждена в ключевых узлах, контур трещит по швам, держится лишь на твоей воле. Пусть и не прямое воздействие, как в случае создания зон Инфекции, иначе бы ты уже давно заметил, но оно есть. Сила, превосходящая чары и смертных, и Бессмертных, превосходящая — и подчиняющая их. Не припомнишь, Проводник?

— Я же говорю… — раздраженно начал Уолт.

— Глупый Проводник! — рявкнул, подымаясь, Маг-Дракон, прошелся по площадке, разъяренно поглядывая на Магистров. — Да взаимодействуй ты с Тенью, просто общаясь, уже бы понял, о чем я говорю. Метаон, Проводник! Метаон рвет и перенаправляет Вены Создателя, играя с Онтологическим Эфиром как ему вздумается!

— Метаон? — удивился Уолт. Эльза видела, что он действительно не понимает, о чем говорит Маг-Дракон.

— Метаон… — повторил, словно пробуя слово на вкус, Уолт. И закричал, повалившись на площадку. Схватился за голову, сжал ее, словно пытался раздавить, как клещи палача пальцы преступника. Аура рваными кусками начала проявляться и исчезать, Сила дикими пульсарами рванула из тела боевого мага, чуть не задев Эльзу.

Маг-Дракон удивленно воззрился на Магистра, дыхнул на него лечебными чарами, но Уолт продолжил кричать и истекать магическими энергиями.

— Да что с тобой, Проводник?! — вскричал Урлангур.

Над раскрытой пирамидой сверкнуло алым. Вслед за алым заблестело серебро, и дракон бешено взревел, оборачиваясь к двум пришельцам, посмевшим без разрешения войти на его территорию.

Эльзу опрокинуло потоком Силы, взметнувшимся, когда Урлангур развернул крылья. Подземными Молотами загрохотала вьюга молний, белоснежной сетью падая на пришельцев. Вот теперь Маг-Дракон гремел Словами, сотрясающими реальность, содержащими в себе бездны сокрушительной Силы. Октариновая корона извергла из себя фиолетово-зеленые копья энергии, последовавшие за молниями — убить! уничтожить! отправить в небытие!

Небо, не менявшееся весь путь по Храму Меона, подернулось черными тучами. Проблески голубых перунов, подражая окутавшим крылья дракона сестрам, низринулись хищными птицами на нежданных гостей. Небесные хлысты сошлись в одной точке, потянулись друг к другу стремительно выросшими ветвями энергии. Вслед за видимыми проявлениями магии Урлангура прокатились незримые валы Силы, сомкнулись над пришельцами.

Громыхнуло — на зависть всем Громовержцам Небесного Града!

В ответ один-единственный луч декариновой энергии вылетел из кудели ярившихся молний и гудящим шмелем вонзился в левое крыло Мага-Дракона. Урлангур пошатнулся.

— Четыре Пекатума мне стоила твоя атака, Страж. Ты и впрямь могуч. Хотя меня предупреждали, но я не верил, что не рожденный Бессмертным может подчинить себе такие Силы.

От Таллиса Уберхаммера поднимались юркие аспиды дыма. Грациозный убог презрительно разглядывал Мага-Дракона, словно аристократ валяющегося в грязи нищего. В длинных изящных пальцах мерцала серебристая сфера. Чистая энергия Разрушения, сосредоточение обращающего в ничто могущества.

За последние дни в Подземелье Эльза стала разбираться в строении убоговской Силы лучше, чем за всю предыдущую жизнь. Уроки Франциска Одана ар-Тагифаль и лекции в Школе Магии не давали полной картины сущности Мощи Разрушителей. Познание Эрканов еще больше углубили знания о разнообразии строения и принципах структурирования убоговских энергий.

Что это? Крики воронья, сопровождающего прислужников богов смерти, спешащих туда, где не успевают их господа? Спешащих во исполнение приговора Судьбы, подчиняясь щелканью ножниц Сестер — может, сейчас в божественных пространствах Орны выуживают из медного гобелена нити Эльзы и Уолта, а Жестокосердный Анубияманурис, неумолимый к плачу и стенаниям, готовится обрезать все эфирные волокна, которые связывают душу с жизнью?

Но Магистров Таллис проигнорировал, не удостоив и презрительным взглядом.

— Вон отсюда! — заревел Маг-Дракон. — Прочь, отродье Вторых!

Урлангуру вторило небо, угрюмым раскатом грома поддержав Стража Наоса.

— Ты закончил, Супербий? — Уберхаммер повернулся к прибывшему с ним носителю умной энергии, склонившемуся над стенкой пирамиды-Книги.

— Пару секунд, — отозвался чубастый мужчина, погружая руку в стенку.

— ВОН! — взорвался Маг-Дракон, поливая площадку градом белых молний. Стягиваясь к пирамиде, молнии заключили Уберхаммера и Супербия в подобие кокона. На белоснежных боках расцвели Руны Вечности.

Чудовищный удар Силы!

И за миг до него — алая вспышка внутри кокона. Супербий исчез вместе с частью Книги Инобытия — стенкой пирамиды. Страшно оскалившись, встал навстречу энергиям Мага-Дракона Таллис Уберхаммер. За спиной убога распахнулись тремя декариновыми рядами крылья, протянулись от горизонта до горизонта.

За мгновение до удара шевельнулась и раковина Ангнира. Брызнул из горловины октарин, облегая Эльзу и Уолта зеленоватым сиянием с золотыми и серебряными искорками, словно перчатка руку.

Туман, белесый и плотный туман.

Страж Меона, последний из Магов-Драконов — где он? Где площадка, на которую они так долго поднимались, на которой Уолт хотел получить долгожданные ответы на вопросы, но услышал лишь гордую речь слуги титанов?

Уолт? Уолт рядом, его окутывает свечение цвета майской травы, и Эльзу окутывает такое же свечение.