Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

не могла с собой поделать: даже во время похорон она чувствовала себя счастливой. Ни о каком переезде в Винчестер теперь, конечно же, не могло быть и речи: они с Джеком немедленно должны обвенчаться. Стоя у гроба Альфреда и стараясь казаться серьезной, глубоко скорбящей, она тем не менее ощущала в груди радостное волнение.

Филип, с его удивительной способностью прощать людям предательство, дал согласие похоронить Альфреда на территории монастыря.

Когда пятеро взрослых и двое детей уже стояли у открытой могилы, появилась Эллен.

Филип был недоволен. Этой женщине за ее давнюю безобразную выходку во время обряда венчания вход на монастырский двор был заказан, но приор не смог запретить ей присутствовать на похоронах пасынка. Обряд был уже закончен, и Филип просто молча ушел.

Алина испытала горькую досаду из-за того, что двое этих людей, таких добрых и близких ей, остаются врагами. Хотя добрыми они были каждый по-своему.

Эллен постарела, налицо появились новые морщинки, добавилось седины в волосах, но золотистые глаза ее были по-прежнему красивыми. На ней была только грубо сшитая туника из кожи и больше ничего. Руки и ноги у нее были мускулистыми и загорелыми. Томми и Салли побежали поцеловать бабушку. Джек тоже обнял мать и крепко прижал ее к своей груди.

Эллен подставила щеку, чтобы и Ричард мог поцеловать ее, и сказала:

— Ты правильно поступил. Не казни себя. — Она встала на краю могилы и посмотрела вниз: — Я была ему мачехой. Если бы я только знала, как сделать его счастливым.

Когда Эллен отошла от могилы, Алина обняла ее за плечи. Все вместе они медленно пошли домой.

— Ты останешься пообедать с нами? — спросила Алина.

— С удовольствием, — ответила Эллен и потрепала Томми по рыжим волосам. — Я очень хочу поболтать с моими внучатами. Они так быстро растут. Когда я первый раз увидела Тома Строителя, Джек был таким, как сейчас Томми. — Они подходили уже к воротам монастыря. — Когда стареешь, годы, кажется, начинают лететь слишком быстро. Я думаю… — Она замолкла на полуслове и остановилась.

— Что случилось? — спросила Алина.

Эллен пристально смотрела в сторону ворот. Они были раскрыты. Улица за ними была пустынна, если не считать нескольких мальчишек на другом конце ее; они сбились в кучку и высматривали что-то.

— Ричард! — громко сказала Эллен. — Не выходи за ворота!

Все остановились. Алина наконец увидела то, что так встревожило Эллен. Мальчишки, похоже, следили за чем-то или за кем-то, кто притаился за воротами.

Ричард сообразил быстрее других.

— Это ловушка! — сказал он и без лишней суеты развернулся и побежал.

В следующий же миг из-за стойки ворот выглянула голова в железном шлеме. Потом показался и сам человек. Это был здоровенный воин. Он увидел убегающего в сторону церкви Ричарда, прокричал что-то и кинулся вдогонку. Следом показались сначала три, потом четыре, пять человек.

Похоронная процессия в панике рассыпалась по двору. Но воины не обратили на них никакого внимания, они гнались за Ричардом. Алина была перепугана и обескуражена: кто мог осмелиться открыто напасть на графа Ширинга, да еще прямо на монастырском дворе? Она затаив дыхание следила, как те гонятся за братом. Ричард перепрыгнул через отрезок стены, которую возводили каменщики. Его преследователи сделали то же самое, не обращая внимания, что находятся на территории церкви. Ремесленники в изумлении застыли на месте, с мастерками и молотками в руках. Какой-то молодой и, наверное, самый сообразительный подмастерье кинул в ноги одному из гнавшихся за графом лопатку, и тот, споткнувшись, растянулся на земле. Остальные каменщики не вмешивались. Ричард уже подбежал к двери. Ближайший к нему преследователь выхватил меч и высоко поднял его над головой. Алина вдруг с ужасом подумала, что дверь может быть заперта и Ричард не сможет укрыться за ней. Вояка уже замахнулся, чтобы ударить графа мечом, но тот успел распахнуть дверь и захлопнуть ее за собой. Острие меча с глухим ударом вонзилось в дерево.

Алина облегченно вздохнула.

Остальные воины собрались вокруг запертой двери и топтались в нерешительности. До них вдруг, похоже, наконец дошло, где они находятся. Ремесленники бросали на них враждебные взгляды, поигрывая в руках своими кувалдами и топорами. А ведь их было не меньше сотни против пятерых.

— Какого черта? — крикнул Джек. — Кто это такие?

Чей-то голос у него за спиной ответил:

— Это люди шерифа.

Алина, ошеломленная, обернулась. Голос был ей до ужаса знаком. Там, у ворот, с оружием на поясе, закованный в кольчугу, на горячем вороном мерине сидел Уильям Хамлей.

— Убирайся отсюда, вонючая тварь! — крикнул ему Джек.

Лицо Уильяма вспыхнуло от такого оскорбления, но он не двинулся с места.

— Я должен арестовать этого человека, — ответил он.

— Только попробуй. Люди Ричарда разорвут тебя на мелкие кусочки.

— Когда я засажу нового графа в тюрьму, его уже некому будет спасать.

— Что ты себе вообразил?! Шериф не имеет права сажать в тюрьму графа.

— За убийство — имеет.

Алина испуганно охнула. Она догадалась, что было у проклятого Уильяма на уме.

— Никакого убийства не было! — крикнула она.

— Нет, было, — сказал шериф. — Граф Ричард убил Альфреда Строителя. А теперь я должен предупредить приора Филипа, что он укрывает убийцу.

Уильям