Саламандра - Полевка

в наш дом… как гость. — Сканд при этом так желчно раздул ноздри, что и без слов было ясно, что в отсутствие Сканда ему здесь не будут рады.

— Хорошо, — Чаречаши подал сигнал другу, и они встали с лежанок, — если мы прояснили этот вопрос, то не буду больше надоедать вам. Я уезжаю завтра утром. Лейшан остается, для связи со мной и на случай, если Ламилю что-либо понадобится или захочется.

— Всегда к вашим услугам, — Лейшан наконец подал голос. Он звучал глухо и обиженно, — надеюсь, я успею обустроить свой новый дом до начала сезона бурь, или, как вы его называете, сезона штормов. Мой новый дом через один от вашего. — Крупный здоровяк махнул рукой куда-то в сторону, — и я всегда буду рад увидеть вас у себя в доме.

— Не грусти, Лейшан, — Сканд тоже встал, чтобы проводить гостей, — тебе еще понравится в империи. После сезона штормов начнутся праздники, посвященные богам и новому году, съездим на охоту. Сходим вместе в Колизей, в театре показывают смешные выступления, и на Марсовом поле будут скачки. Поверь, скучать тебе не придется.

— Я не буду вставать, чтобы не будить ребенка, — Лекс махнул рукой, — Чани, насколько я понял, до твоего отъезда мы больше не увидимся? — Лекс увидел, как брат кивнул головой и недовольно нахмурился.

— Я оставляю в доме Лейшана двух жрецов Саламандры, — брат недовольно зыркнул на Пушана, — надеюсь, им не будут препятствовать передвигаться по городу?

— И даже, более того, — Пушан довольно ухмыльнулся, — в новых городских кварталах мы построим храм Саламандры, чтобы ремесленники, которые связаны с огнем, могли оставить на ее алтаре пожертвования. Напрасно ты сердишься на нас, Чаречаши, мы чтим всех богов! И Саламандру полюбили всем сердцем, стоило твоему брату появиться в нашем городе. Сам смотри — знаки Саламандры люди рисуют на своих домах, чтобы удача не оставляла их. И мы этому не препятствуем. Какое еще доказательство нашей лояльности тебе надо?

— Почему жрецов не подпускают к Лексу? — Чаречаши желчно раздул ноздри.

— Когда? — искренне удивился наследник, — были праздники, а потом у твоего брата началась линька. Он только сегодня вернулся в город! Я тоже только сейчас его увидел!

— Все ясно… — Чаречаши недовольно отмахнулся от слов наследника и потопал на выход.

Сканд пошел следом, чтобы удостовериться, что гости наконец покинули родной дом. Если бы он мог, он бы их еще в спину подталкивал, а так пришлось бубнить что-то доброжелательное… Лекс, посмеиваясь, улегся по диагонали на двух лежанках, поджидая, когда вернется Сканд и можно будет опять использовать его вместо подушки.

— Дай хоть посмотреть на тебя, — Пушан сел на лежанку к рыжику и прижал его за плечи к кровати, — какой ты стал… глаз не отвести! Ты ведь должен был быть моим! Ты такой жестокий! Я до сих пор люблю тебя! Не могу выбросить из головы все, что было! Поцелуй меня, обманщик!

Лекс вдруг понял, что Пушан удерживает его достаточно плотно. Нет, он, конечно, мог бы взбрыкнуть и освободиться, но тогда Ламиль может испугаться. А у ребенка и так за последние дни было слишком много стрессов. Два дня в компании Гаури! Одно это заслуживало медали за мужество.

— Отпусти! — Лекс схватился за руки наследника и постарался, сильно не дергаясь, оторвать его от себя, — пусти!

Но сопротивление, похоже, только разогрело Пушана. Зрачки у него расширились, став почти человеческими, а на щеках появился румянец. Стало ясно, что сопротивление его только подстегнуло. Лекс все равно не хотел будить Ламиля, но и целоваться с насильником он не собирался. Он мотнул головой по сторонам, но никого из служанок не было рядом, да и втягивать их в это было неправильно. В углу тренькал Козлик и вместе с сестрой Оливы пел о запретной любви… Да уж, романтическая атмосфера…

Лекс не паниковал, в крайнем случае, Сканд придет, не до города же рыжих он взялся провожать Чачу? Но положение спас, как ни странно, Аши. Детеныш выскочил вдоль тела Лекса из-под покрывала, как торпеда из воды, и злобно щелкнул пастью на Пушана. Тот не ожидал нападения извне и, дернувшись, отпустил свою добычу. Лекс сразу сел и перехватил Ламиля, заворачивая его в покрывало, чтобы ребенок спокойно спал дальше.

— Наглая тварь! — прошипел Пушан и попытался стукнуть ящера, но тот увернулся и спрятался за Лексом.

— Это точно! Ни стыда, ни совести! — согласился рыжик, — ты мой спаситель! — Лекс погладил детеныша и дал ему понюхать, а потом бросил на пол большой кусок мяса, — ешь, мой хороший! Заслужил!

Лимонный хвост только мелькнул в воздухе и спрятался под лежанкой, откуда сразу раздалось урчание и чавканье. Пушан подобрался и опять сел рядом, но рыжик перехватил ребенка и спустился с лежанки. Больше он так не попадется. Он решительно пошел на улицу, и в коридоре ему попался Сканд, вид у того был просто сияющий.

— И что ты такого сказал Чаче, что тебя просто распирает от радости? — Лекс прищурился на мужа.

— Ничего, — Сканд повел взглядом по сторонам, — а ты это куда?

— На улицу, — Лекс поправил спящего Ламиля, — я уже наелся до не хочу. А Пушан там так и остался, — Лекс махнул головой, но тут в коридоре появился Аши, который тащил в зубах недоеденный кусок мяса.

— Он мясо украл! — возмутился Сканд и попробовал перехватить песчаного малыша, но тот мелькнул между его рук и прижался к ногам Лекса.

— Не трогай его! Это я ему дал! — рыжик оттолкнул плечом мужа, а потом ногой подтолкнул детеныша в сторону улицы, — мы будем во дворе. А ты отправляйся к брату. А где Тиро?

— Я его в муниципалитет отправил, переоформлять Ма и девочку.

— Молодец! — Лекс развернулся и пошел дальше, пытаясь не наступить на хвост Аши.

За спиной вздохнул муж, он явно не хотел идти в атриум, но как бросить гостя в одиночестве? На кухне все сидели за столами и ели, было время ужина. Девки выставили на столы свежие лепешки, мягкий сыр и холодное мясо. Вместо каши были отварная фасоль и репа. Лекс сразу изменил путь и уселся на свое место. Олива только руками всплеснула.

— Здесь простая еда, ну что тебя тянет на кухню, как простолюдина? — Олива встала руки в боки и стала похожа на мать.

— Олива, здесь вкуснее, — Лекс обворожительно улыбнулся, — да и лежа есть — только одежду перемазать! Спасибо, что подала на стол мою еду, а не только деликатесы, но лежа и со спящим ребенком, это не еда, а мука!

Олива недовольно фыркнула и предложила забрать спящего