Финалом Злодейки может быть только смерть - Gwon Gyeoeul

в порядке. Теперь у меня есть семья, к которой я могу вернуться».

Я ни о чем не сожалела, однако мое сердце закололо, когда я попыталась своими руками оборвать свою жизнь.

Глубокий вдох.

И когда я принялась стягивать респиратор…

— К-кто ты?! — вдруг кто-то громко взревел.

От удивления я остановилась и подняла голову. Я посмотрела прямо на мужчину средних лет, приподнявшегося на запасной кровати.

— Т-ты… к-как ты сюда пробралась, а? Что ты делаешь?..

— …

— Что ты делаешь с моей дочерью? Немедленно отойди от нее!

Мужчина, спросонья запинавшийся и не понимавший, что происходит, вскочил с места.

— Отец, чего вдруг… Ч-что это с ней? Ты призрак?! — Вдруг проснулся второй сукин сын, посреди ночи дрыхнувший на диванчике.

«Что? Вы меня видите?»

Я тихонько прикусила нижнюю губу. Я собиралась быстренько снять респиратор и тут же исчезнуть, но произошла катастрофа. Я думала, что, как и тогда, когда Зеркало Правды показывало мне прошлое Ивонны, меня не будет видно.

Вот же блядство. Вы же считаете меня внезапно объявившейся иностранкой-убийцей раковых больных, да? Или, возможно, сумасшедшей сукой, сбежавшей из психушки… Эти люди не могли знать, что я — незаконнорожденный ребенок из их семьи, поэтому мне становилось дурно от догадок, за кого они могли меня принять.

Растерявшись из-за того, что меня поймали, я и не подумала убрать с респиратора руку.

Щелк.

Открылась дверь палаты, вошел первый сукин сын с бутылкой воды в руках.

— Отец, что…

Он замолчал, глядя на странное противостояние его семьи со мной, а затем его лицо напряглось, словно он понял, что к чему.

— Кто тебя послал?

В голосе, которым он задал вопрос, не было ни грамма тепла. Я знала, что старший из братьев так себя и поведет. Ведь он производил впечатление человека, в чьих венах текла не кровь, а электричество.

«…Полный бардак».

На мне сошлись три острых взгляда. Пока я мысленно вздыхала и гадала, что мне делать…

— Ты говоришь по-корейски? — спокойно спросил старший из братьев, подходя к стоящему посреди палаты столу и ставя на него влажную бутылку с водой. Вскоре он добавил: — Ну, если бы ты не знала корейский, то не смогла бы проскользнуть мимо охраны и попасть сюда.

— …

— Скажи, что тебе пообещали взамен. Я заплачу больше в три, нет, в десять раз.

Это меня немного удивило. Я не понимала, почему он так сказал.

«С чего ты решил, что мне нужны твои деньги?»

С легкой горечью я задала встречный вопрос:

— Ну. А как по-вашему, чего я хочу?

— Все дело в деньгах? Наркотиках? Или судимости?

— Брат. А разве эту сучку не держали здесь? Тут по соседству психушка! — в этот миг в разговор возбужденно вклинился второй сукин сын, сам чего-то там придумавший.

Старшенький удостоил его взгляда, а затем спокойно сказал:

— Мне не докладывали ни о каких иностранках, содержащихся в больнице. Ты, какой ты национальности?

Обсуждать в такой ситуации национальность. Ну разве ж не смешной вопрос?

Я расхохоталась.

— А это важно?

Мои волосы опасно покачивались над моим же умирающим телом.

— Теперь жизнь этой девчушки у меня в руках.

— Сука безумная, только попробуй ее тронуть. Я тебе этого не спущу!

— Лучше не делай того, о чем пожалеешь.

…Немедленно среагировали на мое хулиганское заявление первый и второй ублюдки. Почему-то старшенький был особенно угрюм и мрачен.

— Мне плевать, кто за тобой стоит. Я сделаю все возможное, чтобы ты больше никогда не увидела неба.

— Хватит! — раздался вдруг крик.

Мы с братьями оглянулись.

— …Хватит.

Мужчина средних лет стоял со странным выражением лица, искаженным волнением и беспомощностью. Мой отец, прервавший перепалку между его сыновьями и женщиной, проникшей в больничную палату, потел и кусал губы.

— Чего ты… чего ты хочешь? Ты же делаешь это, потому что хочешь чего-то.

— …

— Нужно просто передать тебе Тэсун? Нет, я просто умру.

— …

— Если ты дашь мне немного времени, я умру… После этого можешь делать с Тэсуном что хочешь: поглотишь ли ты его или разделишь компанию на части, мне неважно. Поэтому, пожалуйста, не трогай мою дочь. А?

— Отец!

— Отец!

Хором воскликнули братья, услышав слова отца.

Развитию компании Тэсун Энтерпрайз, созданной дедом моего отца, семья посвящала себя всю. Невероятно, что мое тело заслуживает того, чтобы упоминать это название. Ничего не понимаю.

— …У меня к вам вопрос.

Когда я заговорила, не убирая руку с респиратора, мужчина поспешно ответил, возможно, опасаясь, что что-то может произойти:

— К-какой? Спрашивай о чем угодно.

— При чем тут она?

— …

— Я же знаю, что вы не любили ее. Вы хотели, чтобы она исчезла, разве нет?

— Ч-что…

Я попала в цель слишком метко? Трое мужчин выглядели одинаково тупо. Удивительно, но первым все понял и среагировал второй сукин сын.

— Я никогда… Никогда этого не хотел! Я ни разу так не думал! — прокричал он так, словно был очень зол.

Я на миг нахмурилась от звона в ушах и лениво произнесла:

— Тогда почему ты довел ее до такой смерти?

Глава 278

— …Что?

— Почему ты каждый день докапывался до нее со своими гадостями, когда она просто мирно сидела в уголке дома? Почему ты портил рис, который она от голода тайно ела, как крыса?

— …

Мои слова заставили его захлопнуть рот.

Оглядев остальных, я спросила:

— Почему вы не предоставили содержания или карманных денег человеку, который самостоятельно поступил в университет без единого репетитора?

— …

— Почему вы не дали человеку, который больше не мог этого терпеть и съехал, нормальную квартиру?

— …

— Она не выносила этих сраных тараканов и плесень, поэтому пахала на трех работах, возвращалась домой и училась всю ночь. Почему вы ни разу не позвонили ей, жившей такой жизнью?

— …

— Мне это невыносимо любопытно.

Когда Зеркало Правды показало мне, как горевали эти люди, мне стало крайне интересно.

Почему вы сожалеете обо всем том, что вы со мной сделали?

Честно говоря, с учетом того, что мне пришлось пережить в том