Финалом Злодейки может быть только смерть - Gwon Gyeoeul

сонные глаза. Я стояла в странном месте, не в детской.

— Что… Ха.

Нет, может, не в таком уж и странном. Посреди кромешной тьмы, такой, что ни зги не видно, стояло огромное зеркало.

«Зеркало Правды».

Осознав это, я проворчала:

— Нет, кажется, ты еще не исчезло.

Когда я прощалась с Ивонной и спасала Уинтера, разве я столкнулась не с духами древних чародеев или типа того?

Слегка сиявшее Зеркало Правды оказалось потрепанным, испещренным трещинами. Мне было скорее жутко, чем приятно увидеть его впервые за столь долгое время. Думаю, оно знало, что его разбила моя дочь.

— Почему я снова здесь? Что происходит? Какое наказание ты хочешь за ее проступок? — вопрошала я, дрожа от недовольства.

И вдруг потрескавшееся зеркало замигало, что навело меня на другую мысль.

«Ты… покажешь мне реинкарнацию Ивонны?»

В таком случае было бы логично, что оно ни с того ни с сего появилось в моем сне. Но, к моему собственном удивлению, в голове возник еще один вопрос.

«Это ж какое перерождение происходит так быстро?»

Я особо не была в курсе, но, судя по новеллам и фильмам, которые я смотрела в школьные дни, это заняло бы несколько десятилетий.

«Почему этот мир должен чем-то отличаться?»

Оно было все в царапинах, но, в отличие от прошлого раза, зеркало зажглось и показало мне кровать. Современная больничная палата, каких не встретишь в этом мире.

Я увидела лежавшую в постели истощенную девушку, подключенную к различным медицинским устройствам. Из-за недостающего осколка зеркала вместо ее лица была дыра, что мешало узнать ее.

Тем не менее, у меня перехватило дыхание.

— …Ах.

Это была не кто иная, как я в реальном мире.

Глава 277

— К-как ты… — заикаясь, пробормотала я и медленно двинулась к зеркалу.

Я не могла понять, мне это просто снилось, или Зеркало Правды действительно показывало мне правду.

Женщина без лица.

Стоило мне подойти к зеркалу, чтобы взглянуть поближе…

— А?

Что-то скользнуло ко мне в ладонь.

Я рефлекторно посмотрела на свои руки. Не успела я и глазом моргнуть, как в одной из них оказался осколок зеркала. Я узнала его с первого взгляда.

«Это же тот самый осколок, что принесла Джудит».

В смысле, разве такие совпадения вообще бывают?

Какое-то время поразглядывав осколок, я приняла решение и подняла его выше. Я уже знала, что остаться там было бы глупым выбором, но мне все равно хотелось взглянуть.

«Почему, как ты можешь быть все еще жива?»

Находясь в этом мире, я не знала, что в том по-прежнему оставалась в живых.

«Ничего страшного, если я просто посмотрю сквозь зеркало».

Я медленно вставила осколок, что держала в руке, на то печально пустое место, где должно было быть лицо женщины. Кусок подошел идеально. Тут же из вернувшегося на место осколка хлынул белый свет.

— Ух.

Свет оказался настолько ярким, что я со стоном закрыла лицо руками.

Бип, бип, бип.

В какой-то момент свет исчез, в моих ушах зазвучал монотонный механический звук.

Опустив руку, я медленно открыла глаза. И страшно смутилась, вдруг увидев в зеркале собственное отражение. Я стояла в больничной палате.

«Что? Что произошло? Меня затянуло в зеркало? Или… я вернулась?»

Вшу-у — подуло откуда-то холодным ветром, колыхнувшим длинные волосы. Пройдясь по палате, я впервые за долгое время увидела открытое современное окно. Подняв руку, я пригладила свои растрепавшиеся волосы.

К счастью или на беду, в свой изначальный вид они не вернулись. На мою белую ночнушку ниспадали темно-розовые пряди, а руки явно отличались от тех, что были у моего исходного тела. Я по-прежнему оставалась в теле Пенелопы.

А передо мной… Я видела женщину, которая едва дышала благодаря разному медицинскому оборудованию и кислородному респиратору. Это было мое изначальное тело.

— …Так ты и правда еще жива, — пробормотала я так, словно смотрела на кого-то другого.

Возможно, из-за того, что душа давным-давно ушла, тело скорее напоминало труп.

Бип, бип, бип.

Однако при виде поддерживавшего во мне жизнь устройства, что показывало мое стабильное сердцебиение, я мало-помалу осознала.

— Все же…

Несмотря на рак желудка, я по-прежнему была жива.

Отведя взгляд от своего исходного тела, я оглядела палату. Я увидела это, едва здесь оказавшись, однако сделала вид, что ничего не заметила.

На запасной кровати, стоявшей рядом с моей, скрючившись, лежал мой отец. А с другой стороны на диванчике сидел задремавший второй сукин сын. Первый сукин сын, похоже, не пришел. Кажется, они заботились обо мне всю ночь. Однако быть такого не могло.

Я покачала головой и усмехнулась.

Несмотря на то, что показало мне Зеркало Правды, когда я очнулась от Лейлиной промывки мозгов, я никак не могла в это поверить.

«Чуть не довели до смерти, а теперь разнервничались и приползли каяться?»

Да над вами бы дворовая собака посмеялась, если бы проходила сейчас тут. Живя в уголке того дома, я могла себе позволить не больше, чем такая псина.

«Вы по-прежнему беспокоитесь об общественном мнении?» — подумала я, нахмурившись.

Живя в другом мире, я не знала, сколько времени прошло здесь. Однако существовала лишь одна причина для того, чтобы держать своего полудохлого незаконнорожденного ребенка в дорогущей одноместной палате и для вида собираться вокруг него.

Вместо того чтобы прикидываться бедняжечками, проще было бы позволить мне умереть пораньше.

Мой отец, второй сукин сын и мое тело в постели.

Оглядев все это холодным взглядом, я подошла к кровати. Вблизи вся эта поддерживающая жизнь аппаратура производила довольно гнетущее впечатление.

«…Какой смысл так удерживать эту жизнь?»

Я медленно протянула руку и коснулась закрывавшего мое лицо респиратора. Я хотела освободить себя от тела из этого мира. Потому что все время, что я здесь провела, было наполнено усталостью и стрессом.

Как же это нечестно, что до самого конца я оставалась в руках у этих людей. Я даже добровольно умереть не могла.

Моя ладонь на респираторе сильно напряглась.

У меня не осталось никаких привязанностей к этой жизни. Просто было немного грустно умирать здесь, не имея и горстки приятных воспоминаний.

«Все