Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

— Похоже он оставил себе только два выхода… — Шэф взял секундную паузу и добавил, — А тебе вообще — один. Догадываешься какой?

— Йесс сэр! — молодцевато заверил его Денис, пытаясь за бравадой скрыть подступившую тревогу: все было как-то не очень хорошо — во — первых, и это самое главное — ему по — прежнему не хотелось убивать Тита Ардена — ведь по сути что? — мальчишка решил выпендриться перед своей девочкой и вот к чему это привело… во — вторых — сосредоточенный, какой-то отрешенный, вид Тита, пустота в его глазах, лучше всяких слов говорили о его намереньях, и как ни хотелось Денису решить дело миром, но жить ему хотелось еще больше… так что, хочешь, не хочешь, а придется поработать охотником на крупную дичь — Денис был так уверен в себе, что ни на секунду не допускал, что может промахнуться. Эти двойственность раздражала и заставляла не то чтобы волноваться — нет, но нервничать — это точно, да и вообще… — было что-то такое в воздухе — нехорошее…

Внезапно Денис понял, что именно не давало ему покоя последние минуты — он не волновался за исход боя! Совсем не волновался. Это был очень нехороший признак. А самое неприятное, что практически безошибочный. Если Денис, в студенческие годы, испытывал «предстартовый мандраж», то запись в зачетке обязательно появлялась. Не важно, был ли это скромный «удав», или же «отл», но появлялась — «неудов» не было никогда. И совсем другое дело, если мандража не было — гарантированная пара! Как бы Денис ни знал материал, как бы ни был готов, итог был один: «встретимся на пересдаче»! Ни одного исключения за все пять с половиной лет. Осознав это, он почувствовал нарастающую тревогу, но и тревога была какой-то неправильной — не за то, как будет проистекать дуэль, а за то, что нет мандража, а это, согласитесь, не одно и то же.

Невеселые раздумья Дениса прервал резкий звук. Из подтрибунного помещения северной трибуны, а компаньоны находились около восточной, а отряд Тита, соответственно, около западной, появились новые действующие лица: пестро и богато одетый представительный человек, среднего возраста, в сопровождении двух, еще более пестро разодетых, трубачей и двух, не менее попугаистых, барабанщиков. Вся эта процессия, под фанфары, промаршировала к центру арены, где и остановилась.

— Главный распорядитель, — коротко прокомментировал Эбрэхэмус.

— На тропических птиц похожи, — политкорректно, чтобы невзначай не обидеть консультанта, прокомментировал появление бродячего оркестра Шэф.

«Говорил бы прямо — на попугаев!» — подумал Денис, но озвучивать свои соображения не стал — помнил, что уже пришлось разок извиняться — хватит — хорошенького помаленьку.

А на арене события шли своим чередом — главный распорядитель резким, отрепетированным движением заставил оркестр замолчать, выдержал гроссмейстерскую — не хуже, чем у Шэфа, паузу, дождался тишины на трибунах и заговорил, причем голос его ничем не уступал роскошному голосу знаменитого ринг — анонсера Майкла Баффера.

«Сейчас скажет: Let's get ready to rumble!» — усмехнулся про себя Денис, на что немедленно отреагировал выгравированный на черепе переводчик: «Приготовьтесь к драке!»

«Спасибо кэп! — поблагодарил его Денис. — А теперь внимательно слушаем!» — завершил он внутренний диалог, чтобы ничто не отвлекало от того, что говорит ринг — анонсер — как-никак, а Дениса это тоже некоторым образом касалось.

— Дамы и Господа! Леди и Джентльмены! Товар — рищи! Пир — ры!.. — загремел местный Майкл Баффер. Его голос, то ли магически усиленный, то ли от природы мощный, как иерихонская труба, достигал самых удаленных уголков «Поля чести». Как говаривали глашатаи в Бухаре, объявляя волю эмира: «Слушайте и не говорите, что не слышали!»

«Какие еще дамы и товарищи!? — изумился внутренний голос. — Какие, нахрен, господа и леди?!!.. Здесь же только пиры… вроде бы?!»

«Да — а… действительно непонятно… — согласился с ним, тоже сбитый с толку, Денис. — Ладно… смысл понятен, а с деталями потом разберемся — не к спеху…»

— Сегодня, на «Поле Чести», — оба слова из названия арены шоумен произнес явно с большой буквы, — состоится смертельный поединок между Лордом Арамисом — Князем Великого Дома «Полярный Медведь»… — в ответ на эти слова стадион — а почему бы и нет? — гладкое травяное поле есть, трибуны есть, раздевалки есть, публика есть, билеты продают — стадион в чистом виде! Так вот, объявление титулов Дениса стадион встретил радостными воплями, свистом, улюлюканьем и аплодисментами, еще больше напомнив какую-нибудь земную спортивную арену.

Отрекомендовав «боксера в синем углу ринга», распорядитель взял небольшой тайм — аут, чтобы набрать воздуха и в возникшую паузу немедленно вклинились громкие вопли:

— Слава югу! Мочи северян!

«Причем в сортире…» — ухмыльнулся Денис.

«Стадион должны оштрафовать за расистские выкрики и баннеры!» — поддержал его внутренний голос. А ринг — анонсер продолжил:

— Вторым участником поединка, бросившим смертельный вызов Северному Лорду… — продолжить доморощенный Майкл Баффер не смог, он должен был переждать восторженный рев трибун, охваченных единым патриотическим порывом — ну как же, обычно северяне всем дерут задницу, а тут такой случай поквитаться! Каждый из вопящих ощущал себя благородным рыцарем, сражающимся на стороне Света против Тьмы!

— Мочи северян! Слава югу! — неслось со всех сторон.

Денис почувствовал себя неуютно. Никакой охраны, отделяющей «футболистов от болельщиков», на местном стадионе не наблюдалось.

«Разорвут, если что…» — возникла липкая мысль и от нее стал медленно холодеть живот.

«Толпа… мать ее! — озабоченно отозвался внутренний голос. — Опасно…»

Положение, как обычно, спас любимый руководитель:

— Не переживай, — спокойно сказал он, — если что, мы их тут всех вырежем! — И такой непоколебимой уверенностью веяло от его слов, что Денис тут же успокоился — раз Шэф сказал: «Вырежем!» — значит вырежем!

А главный распорядитель, дождавшись относительной тишины продолжил:

— Вторым участником поединка, бросившим смертельный вызов Северному Лорду, — повторил он, — является Тит Арден. — Он сделал паузу, выделяя следующие свои слова: — Командир особой стражи. — И снова приветственный вопль, заставил ринг — анонсера замолчать. Дождавшись момента, когда его слова будут услышаны, «Майкл Баффер» объявил: оба участника дуэли приглашаются на арену, для возможного примирения… — вполне ожидаемой реакцией на эти слова стал вопль негодования, причем гораздо более сильный, чем все слышанное до этого. И людей можно было понять! — представьте: вы платите немалые деньги за билет, продираетесь сквозь пробки до спортивного зала, полчаса ищите, где припарковаться, протискиваетесь, теряя пуговицы и человеческое достоинство, на свое место, устраиваетесь в кресле, и тут боксеры примиряются! — вы б не взбесились? — Взбесились! — И не важно, что вопрос насчет примирения является просто данью традиции, протоколом, так сказать — все равно публика вопила так, будто реально опасалась за свои денежки и моральный ущерб. Дождавшись неизбежного снижения интенсивности звука, вызванного то ли интерференцией, то ли ограниченным запасом воздуха, в легких вопящих, то ли еще чем, главный распорядитель, в свою очередь, проорал: — И объявления окончательных условий поединка! — он все-таки перекричал толпу! — Профи, есть профи!