Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Лирелле поджала губы.

— Дело вот в чём, Айз Седай, — сказал Андрол. — Сегодня утром Возрождённый Дракон передал нам послание. Он дал нам наказ выучить последний урок: нам не следует считать себя оружием, мы — люди. Что ж, люди могут выбирать свою судьбу, а оружие — нет. Вот ваши люди, Айз Седай. Уважайте их.

Андрол опять поклонился и двинулся прочь. Певара поколебалась, затем развернула лошадь и последовала за ним. Лирелле заметила, с каким выражением лица та на него смотрела.

«Вот оно что, — подумала Лирелле. — Ничуть не лучше Зелёной. В её-то возрасте. Я ожидала от неё большего».

Лирелле хотела было отказаться плясать под дудку Аша’манов, отправиться к Амерлин и высказать ей своё возмущение. Вот только… новости, доходившие с поля боя, где сражалась Амерлин, были сумбурными. Неожиданное появление какой-то армии. Детали не ясны.

Конечно же, в такой момент Амерлин будет не рада слышать жалобы. И, конечно же, призналась себе Лирелле, она также хотела, чтобы вопрос с Чёрной Башней был решён.

— Каждая из вас выберет двоих, — обратилась Лирелле к своим спутницам. — Некоторые свяжут лишь одного. Фаолайн и Теодрин, это касается в том числе и вас. Действуйте быстро. Я хочу убраться отсюда как можно скорее.

* * *

Певара догнала Андрола на входе в одну из лачуг.

— Свет, — произнесла она. — Я и забыла, какими бесчувственными могут быть некоторые из нас.

— Ну, не знаю, — ответил Андрол. — Я слышал, что кое-кто из вас вполне ничего.

— Будь осторожен с ними, Андрол, — предупредила она, выглянув наружу. — Многие будут считать вас лишь угрозой или полезным инструментом.

— Мы склонили тебя на свою сторону, — произнёс Андрол, входя в комнату, где его ждали Канлер, Джоннет и Эмарин с чашками горячего чая в руках. Все трое начали оправляться после схватки, и Джоннет — быстрее прочих. Эмарину достались самые глубокие раны — большей частью душевные. Его, как и Логайна, пытались Обратить. Порой Певара замечала безучастный взгляд на его лице, искажённом гримасой страха, как будто он вспоминал что-то ужасное.

— Вас троих здесь быть не должно, — сказала Певара, уперев руки в бёдра и оглядывая Эмарина и двоих остальных. — Я знаю, что Логайн обещал вам повышение, но вы всё ещё носите только мечи на своих воротниках. Если кто-нибудь из тех женщин увидит вас, то может сделать своими Стражами.

— Они нас не увидят, — рассмеялся Джоннет. — Андрол Переместит нас ещё до того, как мы успеем выругаться!

— Ну и что нам теперь делать? — спросил Канлер.

— Всё, что пожелает Логайн, — ответил Андрол.

Логайн… изменился после того, через что он прошёл. Андрол по секрету сообщил ей, что тот стал мрачнее. Стал молчаливым. Логайн всё ещё хотел отправиться на Последнюю Битву, но в данный момент собрал всех и вместе с ними изучал найденные в комнатах Таима вещи. Певара опасалась, что Обращение в нём что-то сломало.

— Он считает, что военные карты, найденные в покоях Таима, могут пригодиться, — сказал Эмарин.

— Мы пойдём туда, где, по мнению Логайна, от нас будет больше всего пользы, — ответил Андрол. Прямой, но малосодержательный ответ.

— А что насчёт Лорда Дракона? — осторожно спросила Певара.

Она чувствовала неуверенность Андрола. К ним прибыл Аша’ман Нэфф, принеся с собой новости и распоряжения Возрождённого Дракона. И стало кое-что понятно. Возрождённый Дракон знал, что не всё в порядке в Чёрной Башне.

— Он бросил нас нарочно, — ответил Андрол.

— Говорю тебе, он бы прибыл, если б мог! — возразил Джоннет.

— Он бросил нас, чтобы мы либо выкрутились сами, либо пали, — сказал Эмарин. — Он стал жестоким человеком. Может, даже чёрствым.

— Неважно, — сказал Андрол. — Чёрная Башня научилась обходиться и без него. Свет! Она всегда обходилась без него. Он почти ничего для нас не сделал. А Логайн дал нам надежду. И именно ему я буду верно служить.

Остальные кивнули. Певара почувствовала, что происходит что-то важное. «Так или иначе, — подумала она, — они не могли вечно на него полагаться». Возрождённый Дракон погибнет в Последней Битве. Намеренно или нет, но он дал им возможность стать хозяевами самим себе.

— Тем не менее, мне по сердцу последний приказ Возрождённого Дракона, — сказал Андрол. — Я не буду лишь оружием. Саидин очищена. Мы сражаемся не ради смерти, а ради жизни. У нас есть причина, чтобы жить. Известите остальных, что мы присягнём Логайну как нашему предводителю. А затем — отправимся на Последнюю Битву. Но не как прислужники Возрождённого Дракона и не как марионетки Престола Амерлин, а как Чёрная Башня. Сами себе хозяева.

— Сами себе хозяева, — кивая в знак согласия, повторили все трое шёпотом.

Глава 22

ВИЛЬД

Эгвейн резко проснулась, едва Гавин зажал ей рот рукой. Она напряглась, воспоминания нахлынули, словно свет восходящего солнца. Они до сих пор прятались под разбитой повозкой, в воздухе всё ещё пахло жжёным деревом. Земля вокруг была угольно-чёрной. Наступила ночь.

Эгвейн посмотрела на Гавина и кивнула. Неужели она действительно задремала? Вот уж не думала, что это возможно в подобных обстоятельствах.

— Я попытаюсь проскользнуть, — прошептал Гавин, — и отвлечь внимание.

— Я с тобой.

— Но я двигаюсь тише.

— Сразу видно, что ты никогда не пытался подкрасться к кому-то из Двуречья, Гавин Траканд, — сказала Эгвейн. — Ставлю сотню тарвалонских марок, что из нас двоих я это делаю тише.

— Хорошо, — прошептал Гавин, — но стоит тебе оказаться в дюжине шагов от их направляющих, тебя обнаружат, невзирая на то, насколько тихо ты будешь красться. Они патрулируют лагерь и особенно его внешнюю границу.

Она нахмурилась. Откуда он об этом знал?

— Ты ходил в разведку.

— Недалеко, — прошептал он. — Меня не заметили. Они обыскивают палатки и хватают всех, кого находят. Долго прятаться здесь мы не сможем.

Он не должен был уходить без спроса.

— Мы…

Гавин напрягся, и Эгвейн умолкла на полуслове, прислушиваясь. Кто-то приближался шаркающей походкой. Они отодвинулись в тень, наблюдая за тем, как десяток или дюжину пленных вывели на открытое пространство вблизи места, где когда-то стоял штабной шатёр. Шаранцы заключили пленников в изодранной одежде в круг из факелов, закреплённых на шестах. Среди пленных было несколько солдат, избитых настолько, что те едва могли ходить. Были также и повара, и простые разнорабочие. Исхлёстанные кнутом люди были без рубашек — в одних истрёпанных штанах.

На спинах пленников был вытатуирован незнакомый Эгвейн символ. Во всяком случае, она решила, что это татуировки. Хотя это могло быть и выжженное клеймо.

Когда пленных привели, неподалёку кто-то вскрикнул. Через несколько минут подошёл темнокожий шаранский солдат,