Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

свободно мотаться туда-сюда через залив, — и оставаться с кузинами на сбор урожая. Ходили слухи, что даже тогда им было тяжеловато управляться с нею. Такой уж она завсегда была несговорчивой. Похоже, её не волнует, что там не так с Пеллом, одно твёрдо вбила в голову — парень должен быть её, и точка; пускай Пелл и добавляет ей синяков, пускай даже имеет сына на стороне. Одна Эда знает, что Меддали способна натворить, очутись при случае в твоём доме. Будь осмотрительна.

— Раз она так хочет Пелла, то милости прошу, пускай забирает.

Тамман смущённо покачал головой.

— Розмари ты не слышишь меня. Её отец был в бешенстве тогда. Заявил, что не позволит Пеллу вернуться, что тот подлец, грубиян и невежда, без гроша в кармане к тому же; что он попользует её и бросит с ублюдком, так же, как поступил с тобой, одним словом. Моррани — человек не бедный, по ту сторону залива. Владеет двумя кораблями и тремя складами. Хотел и хочет достойного замужества для дочери, а в зятья — парня с хорошим достатком, чтобы приобщить к нему наследство для внуков. А что может предложить Пелл? У его папаши за душой ни гроша, помри он, и у вдовы пары медяков не наскребётся. Да и у деда водилось в карманах не многим больше; коттедж Соудер подарил твоему парнишке, а крошечный домишко, здесь, в городе, отошёл за долги, когда старикан преставился. Благослови его Эда, он был доброй душой и щедро делился всем, что имел, когда был ещё жив. Все в деревне знали, что именно Соудер отпускал денег матери Пелла, когда бы та ни просила; без его помощи ей пеллов папаша давно бы пустил по миру всё их семейство. Что ж, когда Соудер скончался, никто не подивился, что оставаться после него было нечему.

Так что поразмысли, девочка. Твоему парнишке принадлежит клочок, могший отойти бы Пеллу по наследству. Повторюсь, Меддали — решительная женщина. Догадываешься, что она может предпринять, чтобы коттедж с землёю достался-таки Пеллу?

Розмари наморщила лоб, глядя на держателя таверны в недоумении. Потихоньку до неё дошёл подспудный смысл сказанного им.

— Убить меня? Убить… — Взгляд невольно заблуждал в поисках Гилльяма; язык занемел, наотрез отказываясь проговорить вслух умолчанные слова.

Тамман кивнул.

— Теперь ты понимаешь. — Он отвёл глаза в сторону. — Они сидели рядышком, подальше от очага, но недалече от задней двери. Прошлой ночью я пару раз прогулялся к мусорной куче, выбрасывая кухонные отбросы и прочие отходы. И краем уха подслушал кое-что, Розмари. — Он в упор уставился на неё. — Пелл молол языком, болтал, что всё ещё может наладить дело; мол, прежде чем кончится лето, он заимеет собственное местечко и наконец освободится, чтобы жениться на девице.

Гилльям покончил со своей порцией и теперь с нескрываемым интересом поглядывал на материнскую. Она подпихнула к нему свою, наполовину опустевшую, миску. Голод внезапно отступил; взамен желудок переполнял страх. Что там выкрикивал Пелл, спускаясь с холма? Что она украла его наследство? Розмари попыталась проследить ход мыслей Пелла. Вернувшись домой к ним, он старался заставить поверить их, что исправился. Пытался заручиться их доверием. Сработай оно, что бы мужчина предпринял дальше? Первым делом разделался с ней. Случайное падение со скалистого обрыва, или, быть может, сослался бы, что её-де затоптала корова. А потом, раз так, месяцем позже или около того, ударила бы ещё одна трагедия. Малыш, его сын, случайно задохнувшийся ночью, «от кашля». Или слетевший со скал. Или заблудившийся в болотах, пропав навсегда из виду. И тогда коттедж по праву перейдёт к нему. К Пеллу.

Розмари разглядывала своего малыша, ловко орудующего ложкой, набивая рот густой сытной похлёбкой. Холодная ярость неспешно нарастала под сердцем. Она была полной дурой. Такой слепой и недалёкой. Гилльям был самым дорогим сокровищем в её жизни; и она наивно полагала, что Пелл заявился обратно, чтобы отобрать его у ней.

Он же вернулся, чтобы уничтожить его. Внезапно перед глазами Розмари встал нож мужчины. Подарок. На редкость отточенный нож. До неё вдруг отчётливо дошло, кто отдал его ему.

— С тобой всё будет хорошо, Розмари? Ты позаботишься о безопасности?

Слова трактирщика заставили её взгляд вернуться обратно.

— Безусловно, — проговорила она. Пелл просчитается. Время покончить с незавершёнными делами. Она опустила было пару монет на краешек столешницы, но Тамман покачал головой.

— Не в этот раз, моя дорогая. Много воды утекло с той поры, как ты переступала здешний порог. И твой приход сегодня охранил меня от долгого перехода через скалы до твоего коттеджа. Ну а теперь… Где Пелл, ответь-ка? Он заявлялся дома прошлой ночью?

Розмари медленно покачала головой, подбирая слова.

— Он никогда не заходил в дом. Не знаю, где уж он сейчас. — Почти правда. Мужчина так и не дотянулся до двери. А прямо сейчас, должно быть, был на пути сюда, оправившись. Или по-прежнему валялся позади коровьего хлева.

Но хозяин только кивнул, словно утверждаясь в догадке.

— Прошлой ночью старый Моррани, отец Меддали, уволок её отсюда. Она и лягалась, и плевалась, и вопила как резаная, даже исцарапать его пыталась. Пелл же стоял как столб и вопил во всё горло, что та, мол, давно созрела как женщина, и что у папаши нет никакого права вот так заставлять её возвращаться до дома; но Моррани был не один, а с капитаном и его помощником с одного из кораблей, и Пелл не посмел затеять драку хоть с кем-нибудь из них, не говоря уже о том, чтобы выйти против всех троих сразу. Моррани сказал, что, женщина она там или нет, но ведёт себя как избалованный ребёнок, и заслуживает ровно такого же обращения. Ну и, после громогласного скандала, завершившегося на улице, Моррани в конце концов так и утащил дочурку до корабля. Пояснил, что с утра отвезёт её обратно через бухту и что Пеллу лучше держаться подальше, если он разумеет, что к чему. Но Пелл не из тех, кто понимает, что для него лучше. Так что, подозреваю я, он погонится за ними и вновь попытается стянуть девицу. — Кивнув самому себе, Тамман медленно поднялся на ноги. — Пелл был изрядно пьян, убираясь отсюда. Не думаю, что он уже дотащился до твоего коттеджа, пускай и направлялся туда.

— Нет, не добрался, — проговорила Розмари тихо. — Вероятно, дрыхнет себе где-нибудь. А может, отправился к отцову дому.

— Или же ищет путь, как перебраться через залив. Лодка отца Меддали всё ещё привязана в доках, в ожидании прилива, чтобы перебраться на ту сторону. Может,