Саламандра - Полевка

вывести эталон мужской красоты и сексуальной привлекательности, то это, безусловно, был именно этот белокожий и красноволосый парень, который пытливо смотрел на него из зеркала. Его даже не портил вертикальный зрачок, как у кошки, это ему даже добавляло своеобразного очарования. Лекс склонил голову к плечу и вдруг осознал, что предками этого тела были не приматы, а рептилии. Было что-то грациозное и хищное в том, как двигался рыжик. Как змей или ящер на арене…

Лекс приоткрыл рот и высунул кончик языка, он бы теперь совсем не удивился раздвоенному кончику, но язык был самым обыкновенным, и это почему-то расстроило.

— Он еще и дразнится… — вздохнул Сканд за спиной и поцеловал рыжика в плечо.

А Лекс вдруг понял, что он смотрит в глаза мужа вровень. Оказывается, он сильно вырос. Теперь не надо было задирать голову, чтобы поцеловать его. Теперь было достаточно просто потянуться навстречу. Сканд с удовольствием поцеловал нежные губы, которые были слегка обкусанными и припухшими с прошедшей ночи, и от этого еще более желанными. Ламиль закряхтел на руках, выражая несогласие с тем, что Лекс уделяет внимание кому-то еще. Рыжик прижал ребенка и мягко отступил от мужа, остались невыясненные моменты, и надо было выяснить все до конца.

— Тиро, а что было дальше? — Лекс отправился к лежанкам у светового окна. Сканд сел первым и притянул к себе на колени Лекса с ребенком.

— А дальше Гаури пришлось спуститься с паланкина Первосвященника и отправляться домой, пока все остальные пошли пировать во дворец, — Тиро хмыкнул, — в тот момент он выглядел довольным. Но вот потом Ламиль проснулся, и его крики перелетали даже через ворота городского дома Пушана. Я специально приходил послушать, как все звучит со стороны. Я тогда с ужасом вспоминал, как Ламиль плакал, пока вы там ездили по делам…

— Я проснулся, а тебя нет! — Ламиль недовольно поджал губки, — я покушал, а тебя все нет! Я спросил: а где Мой и Ска, а Ури сказал, что вы больше меня не любите! И я плакал!

— Бедняжечка… — Лекс прижал к себе ребенка, — прости, но нам надо было уехать, мне надо было поменяться, зато теперь я лучше, чем был прежде. Правда?

Ламиль отодвинулся от рыжика и критично осмотрел его, потом подумал, пошевелив бровками, а после вздохнул и прижался обратно, крепче обхватив Лекса своими ручками. Похоже, внешность для него была совершенно не важна… Лекс умилился подобному, ну да, для каждого ребенка мама самая красивая… будь она хоть с прической или с лохматым хвостиком, но она все равно самая-самая…

Тут взгляд зацепился за новую вещь. Это был ящер-качалка. Рарх все же сделал ее похожей на настоящего ящера, и даже седло было похоже на то, что цепляли на местный транспорт, и коврик под ним, чтобы не обдирать колени о грубую шкуру. Тиро уловил взгляд Лекса и расплылся в улыбке.

— Рарх сделал по твоему рисунку, у него не сразу получилось. Мы пробовали его на девочке Ма, она больше остальных похожа на Ламиля. И теперь вот эти кривые штучки под лапами сделали длиннее и он стал устойчивей. Такая интересная штучка! — с восторгом сообщил домоправитель, — жалко, что она такая маленькая! — Тиро смущенно повел глазами, — а вот качели — это очень здорово! И почему мы раньше о таком не знали? Мне очень понравилось! И детям, и девкам, мы все покатались… ты ведь не против?

— Нет, не против, — Лекс усмехнулся, представив Тиро на качелях, — так что было дальше?

— Ламиль плакал ночь, день, ночь, — домоправитель тяжко вздохнул, — а на следующий день Кирель велел доставить Звезду во дворец. Я видел, как Гаури вез Ламиля на своем паланкине. Он выглядел уставшим и сердитым, он больше не улыбался… Кирель оставил ребенка у себя. Ночью во дворце не было танцев и праздник закончился. Пронесся слух, что Ламиль отказывается есть, и скорее всего Кирелю и Шарпу придется готовиться к новой кладке. Но я вижу малыша, он хоть и похудел, но вполне подвижен. Послать за новой кормилицей? Или Ма будет кормить?

— Новую кормилицу не надо, — Лекс отмахнулся, — я буду сам кормить Ламиля. Он прекрасно ест кашу, а позже попробуем покормить его рыбой. Вели, чтобы дома всегда была отварная рыба и разваренное мясо. У него, похоже, уже режутся зубки, и это прекрасно!

— Чаречаши приехал в гости и хочет встретиться с братом и его мужем, — один из охранников выглянул из двери атриума.

— Пусть идет сюда, — Сканд махнул рукой, — Тиро, скажи Оливе, что у нас гости.

— Тиро, а маленькую тунику для Ламиля сделали? — Лекс подхватил Ламиля и отправился к качалке.

— Да. Сейчас принесу, — Тиро с интересом глянул на Ламиля и качалку и выскочил из атриума.

— Смотри, Ламиль, — Лекс поднес ребенка к игрушке, — помнишь, мы со Скандом катались на ящерах? — Лекс убедился, что Ламиль заинтересованно протянул руку и погладил деревянную морду, — а это будет твой ящер, на нем ты будешь кататься.

Лекс подхватил малыша и подсадил на качалку. Деревянные полозья скрипнули по мрамору, но Ламиль очень уверенно уселся в седло. Лекс положил маленькие ладошки на рукояти, торчащие из резной головы и, убедившись, что ребенок не соскользнет, качнул игрушку. Ламиль довольно вскрикнул и ухватился за перекладинку крепче. Сканд подошел с другой стороны и с интересом смотрел за новой забавой. Ламиль быстро сообразил, что он может раскачивать деревянного ящера сам, и, довольно угукнув, начал ерзать по сиденью. Лекс зорко присматривал, чтобы юный наездник правильно держал баланс, но, похоже, Ламиль такой же сообразительный, как и Кирель с шахматами. Стоило объяснить правила, как мозги стали выстраивать логические цепочки. К тому времени, как Тиро появился со стороны внутренних комнат, а Чаречаши со стороны парадного входа, Ламиль уже уверенно раскачивал игрушку и довольно смеялся.

— О мать Саламандра! Что видят мои глаза?! — Чаречаши замер, потрясенный, в проеме двери.

— Учим твоего невинного избранного держаться в седле, — ухмыльнулся Сканд и отправился навстречу гостям.

За крупной фигурой Чаречаши мелькнула могучая тень Лейшана. В коридоре раздался грохот, похоже, упало что-то крупное.

— Не надо так переживать! — Лекс встал возле малыша и глянул в темень коридора, — мы не дадим ему покалечиться. И вообще, Ламиль — очень сообразительный ребенок!

— Ка… Лекс! Милый мой братик! Какой же ты стал красивый! — Чаречаши бросился к Лексу и, оттолкнув растерянного Сканда, схватил Лекса в охапку и поцеловал взасос. Лекс возмущенно уперся руками, а потом, поняв, что так просто не выбраться, прикусил за язык, который по-хозяйски проверял у него все во