Саламандра - Полевка

я, Лекс, только я немного изменился, понюхай, это ведь я… А Сканд вон стоит, — Лекс показал рукой на проем двери, где маячила крупная фигура.

Кирель махнул рукой на наложников, и тех как ветром сдуло из комнаты. Сканд настороженно зашел внутрь и присел возле кровати неподалеку от Лекса.

— Мы тебя не бросали, — пробасил амбал, — Лексу надо было измениться, вот мы и отъехали ненадолго, но теперь мы здесь. Не плачь, ты хороший и мы тебя любим…

— Ска? — недоверчиво посмотрел Ламиль и выдал пузырь из носа, — это ты? А Лекс?

— Я Лекс! — уверил статный красавец, — давай высморкаем носик и ты сразу поймешь, что это я!

Лекс завернул край палантина и, выдавив из носика сопельки, ласково улыбнулся. Ламиль повел припухшим от слез носиком и опять расплакался. А потом бросился к Лексу в распахнутые объятия.

— Лекс! Лекс, я хороший! — Ламиль сжимал рыжика за шею, — я проснулся, покушал, а тебя все не было, а Ури сказал, что ты меня не любишь, и поэтому бросил!

— Любимый мой! — Лекс прижал к себе всхлипывающего ребенка, — я тебя не бросал, и Сканд не бросал. Мы тебя любим и ты очень хороший! Ты же моя Звезда! Самый любимый мой мальчик! Не плачь, я с тобой, и Сканд с тобой!

— Ури сказал… — прошелестел Кирель, вздернув бровь, — как интересно… я с ним… поговорю… кто кого любит и за что…

— Ламилю надо кушать, — Сканд погладил Ламиля по спинке, — давай, ты покушаешь, и мы поедем домой.

— С Лексом и Ска? — уточнил ребенок и втянул в себя очередную сопельку.

Лекс опять воспользовался краем палантина, как носовым платком. Лекс и Кирель стали наперебой уверять малыша, что, конечно, он поедет с ними. И его любят, и все будет хорошо. Он сейчас покушает, чтобы папа не переживал, и они сразу поедут домой. Ламиль схватил Лекса за косу и, немного успокоившись, согласился. Кирель кивнул кому-то и из угла выкатилась толстенькая женщина в короткой юбке и с двумя грудями, похожими на вымя. Такими же большими и с вытянутыми сосками. Кирель увидел, как вытянулось лицо у Лекса, и решил пояснить.

— Гаури уверил, что у прежней кормилицы пропало молоко, а эта выкормила уже не одного ребенка, и молока у нее вдосталь! Смотри, — Кирель махнул женщине и та, подняв грудь, двумя руками надавила на нее так, что из соска брызнули в разные стороны тонкие струйки, — видишь, как много…

Но Ламиль недовольно скривился и спрятал нос на плече Лекса. Лекс принюхался, может, у женщины и было много молока, только вот она пахла, как корова — жарким молочным духом и чем-то едким, как бывает у нерадивых хозяек, когда в молоко попадает коровья моча. Вроде, молоко и свежее, но второй глоток уже не захочешь…

— А где Ма? — насторожился Лекс.

— Гаури сказал… — Кирель поджал губы, похоже, он теперь задумался о правдивости услышанного, — Гаури сказал, что у нее молоко пропало, и он нашел проверенную кормилицу. — Кирель повернул голову и отдал приказ монаху, — пошлите за прежней кормилицей в дом Наследника. Пусть ее приведут сюда, хочу на нее посмотреть…

— Пусть нам принесут сладкой каши и воды с медом, — распорядился Лекс, — пока Ма приведут, мы покажем папе, как ты умеешь есть кашу, — с улыбкой пояснил рыжик Кирелю и поцеловал заплаканные щечки малыша, — не хочешь эту кормилицу — не надо. Сейчас приведут Ма. Но прежде, чем мы поедем домой, ты обязательно покажешь папе, как ты умеешь кушать…

— А потом домой с Лексом и Ска? — уточнил Ламиль, — и ты больше меня не бросишь?

— Мы поедем домой все вместе, — Лекс погладил вздрагивающую спинку, — не волнуйся, тебя все там уже заждались. Помнишь, там было много мальчиков, а еще для тебя сделали ящера, на котором ты будешь кататься, как большой! Помнишь, как мы катались на ящере вместе?

Ламиль перевел взгляд с Киреля на Лекса и, наконец, улыбнулся. Кирель улыбнулся следом, похоже, у него от сердца отлегло. Вскоре принесли тарелку каши с фруктами и ложку. Лекс потребовал еще ложку для себя и устроил Ламиля на своих коленях, прижимая спиной к себе, так, чтобы было удобно кормить. Сканд так и сидел на полу возле громадной кровати Киреля, и теперь держал тарелку. Ламиль обрадовался ложке, как своей приятельнице и взмахнул ей, как дирижёр. Лекс подхватил вторую ложку и засунул первую порцию Ламилю в рот. Ребенок пожевал, а потом проглотил и довольно улыбнулся. Он зачерпнул каши и протянул ее Лексу. Тот без возражений съел кашу и засунул в Ламиля новую порцию.

Пока малыш смаковал еду, раздумывая о смысле жизни, Лекс отправил следующую ложку с кашей в рот Сканду. Ламилю это понравилось, и он тоже решил покормить послушного амбала. Кирель хихикнул, уж больно комично это смотрелось, а Сканд смущенно повел глазами. Лекс цепко отслеживал, чтобы рот у Ламиля не пустовал, при этом время от времени съедая кашу, которой его кормил щедрый малыш.

Кирель помалкивал, но прикусил губу, чтобы не хохотать, глядя, как тарелку опустошают на три рта, а потом задумался. Эта троица выглядела, как настоящая семья, дружной и заботящейся друг о друге. Сканд, терпеливо держащий тарелку и позволяющий, чтобы его кормил ребенок, который время от времени промахивался. Лекс, который успевал обтереть кашу с лица мужа и запихнуть следующую ложку каши в малыша, и время от времени подхватывая летящую в его сторону ложку с кашей. И, конечно же, Ламиль, который выглядел счастливым и сосредоточенным, ведь ему приходилось кормить сразу двоих взрослых!

А потом Лекс объяснял Ламилю, как правильно пить из оловянного стаканчика, он пил сам, поил Сканда, а потом поил малыша. У того получилось не с первого раза. Часть сладкой воды досталась и одежде и даже кровати Киреля, но тот не возражал, он впервые видел, как маленький ребенок познает новое. И не важно, что когда ему дали стаканчик в руки первый раз, он вылил большую часть на себя и на Лекса, но он смог напиться самостоятельно, и это было прекрасно!

Подарки

— Кирель, любимый, зачем тебе понадобилась эта никчёмная раба? — в комнату влетел Гаури и почти сразу испуганно замер, — о боги! Лекс, во что ты превратился? Какой ужас! Если Сканд разведется с тобой, то ты успеешь вернуться домой вместе с братом. Хотя, теперь он в твою сторону и не посмотрит! Ты стал таким…

Гаури брезгливо вздернул губку и наморщил свой аристократический носик. Сканд сразу вскочил с пола и