Жизнь и смерть величайшего биржевого спекулянта - Ричард Смиттен

Они смотрели на пламя костра, а в особняке тем временем погасли все огни. Несколько часов спустя, в 3:45 утра, пока было темно, они наблюдали, как последние угольки костра с шипеньем гаснут, когда они вылили на них остатки пива. Бэрри и Монаган встали, поправили галстуки и фетровые шляпы и направились к особняку. Кейн и Блейк тоже встали.

Монаган взял свою лестницу, которая лежала возле дерева. Она была примерно 4 фута в длину и 2 фута в ширину. Это была металлическая лестница, которую можно было разобрать на пять 4-футовых секций и легко собрать, так чтобы она вновь составила свою полную длину 20 футов. Лестницу специально придумали для Монагана и сделали по его заказу. Он пользовался этой лестнице и в других темных делах. Бостонский Билли всегда оставлял после себя лестницу после дела, как свою метку.

Они подошли к солярию, который, как они знали, располагался под спальней хозяина. Монаган раскрыл металлическую лестницу и зафиксировал все секции. Они тихо облокотили лестницу на стену здания и взобрались по ней. Позднее один из отпечатков ноги Блейк найдут на мягкой земле возле клумбы.

Бэрри и Монаган взобрались на балкон. Монаган достал нож мясника, тихо раскрыл латунный зажим, и они вошли в холл, который вел в переднюю спальни Ливерморов. Нож мясника позднее будет найден в кустах. Кейн и Блейк вернулись к спрятанной машине и стали ждать сигнала.

Дороти Ливермор лежала в кровати, но не спала. Она услышала шум. Она толкнула мужа в бок. "Джей Эл, ты слышал?"

"Нет, Мышка, спи".

"Я уверена, что что-то слышала. Прислушайся". Они стали слушать вдвоем и оба услышали шум.

"Я пойду посмотрю, в чем дело", - сказала она.

"Я возьму револьвер".

Дороти встала с кровати и накинула халат. Она вошла в холл, который вел к их массивным уборным и их личным ванным комнатам. Темная фигура в шляпе и с револьвером черным силуэтом вырисовывалась в коридоре.

"Я могу вам помочь?" - спокойно спросила она Бэрри.

"Возможно. Возможно, вы можете мне помочь. Возвращайтесь-ка назад в свою комнату и скажите своему мужу оставаться в постели".

Дороти сделала так, как ей велели.

Ливермор сидел на краю кровати. Он тихо поднял трубку телефона и положил телефон со снятой трубкой на столик, надеясь, что оператор услышит, что происходит.

"Я думаю, вам следует взять, что вам нужно, и уходить", - сказала Дороти грабителям. - "В доме спят два моих маленьких сына и я не хочу, чтобы они пострадали".

"Они не пострадают, просто не высовывайтесь и сидите тихо", - сказал Бэрри.

"Где спят гости?" - спросил Монаган.

"Дальше по коридору, четвертая дверь слева", - сказала

Дороти.

"Я пойду туда. А ты придержи этих двух здесь", - сказал Монаган.

Он прошел дальше по коридору, зашел в комнату и разбудил Аронсонов. Он приставил дуло реюльвера к виску госпожи Аронсон. "А теперь, сэр, отдайте мне свои платиновые часы, вот то кольцо с сапфиром, встаньте, подойдите к туалетному столику и отдайте мне булавку для галстука с жемчугом и наличные, которые лежат на столике". Аронсон сделал то, что ему велели. Монаган пересчитал деньги. Там было 200 долларов. Он отсчитал две банкноты по 1 доллару каждая. "На, возьми такси до дома", - сказал он, вручая деньги Аронсону. - "А теперь, если тебе дорога жизнь твоей жены и жизни господ Ливерморов, будешь лежать здесь, пока они за тобой не придут".

Монаган вернулся в хозяйскую спальню и присоединился к Бэрри.

"Надеюсь, вы не причинили вреда нашим гостям", -сказала Дороти.

"Да. Ваши гости в порядке, в полном порядке. Я даже оставил им два доллара на такси до дома".

"Два доллара? Они живут в городе", - сказала Дороти

Мужчины засмеялись, даже Ливермор. - "Ну, они же могут на такси доехать до станции, а?" - сказал Монаган, улыбаясь. - "Давайте посмотрим на ваши руки".

Бэрри держал дуло пистолета направленным на ее руку, в то время как Монаган снимал с ее пальца красивое кольцо с голубым сапфиром. Затем Монаган подошел к Ливермору, снял похожее кольцо с его пальца и сказал: "Эй, почти одинаковые, как мило".

"Ой, пожалуйста, не забирайте их, это подарки на Рождество!"

"Монаган посмотрел на кольца и вздохнул, затем посмотрел на Дороти, которая плакала. "Извините, мадам", -сказал он, и вернул два кольца стоимостью больше 15 000 долларов.

Монаган продолжил: "Нам больше интересно то, что находится в сейфе. Откройте его, господин Ливермор".

"Там ничего нет", - сказал тот.

"Мы просто посмотрим", - добавил Бэрри, по-прежнему наставляя револьвер на Дороти.

"Я не вижу цифр без очков", - сказал Ливермор. "А где очки?" - сказал Монаган. "В гардеробной".

"Проводите меня туда", - сказал Монаган, наставляя револьвер на плечо Ливермора. Он проводил Ливермора до гардеробной и они вернулись с очками.

Вор подвел Ливермора прямо к портрету, который висел перед тайным сейфом. Он отодвинул портрет. "Открывайте!"

Ливермор нацепил свои очки и попытался его открыть, но его руки так сильно дрожали, что у него не получалось набрать нужную комбинацию цифр. "У меня ничего не получится", - сказал он.

"Отойдите, сэр", - скомандовал Монаган. - "Я сам. Минуточку". Он вышел и спустился вниз по лестнице, чтобы взять набор инструментов для взлома. Через несколько секунд он вернулся. При помощи молотка и зубила он легко вскрыл сейф, как будто бы это была детская игрушка. Он вынул некоторые бумаги и с отвращением отбросил их в сторону. "И все? Только эти бумажонки?"

"Это все!" - зарыдала Дороти. - "А теперь возьмите все и, пожалуйста, уходите".

Воры быстро прошли через спальню и гардеробную. По всему дому были разбросаны драгоценности. Они взяли жемчужное ожерелье стоимостью 80 000 долларов, кольцо Дороти с сапфиром и бриллиантом, стоимостью в 15 000 долларов. У них уже было 200 долларов наличными, взятые у Аронсона, жемчужная булавка для галстука стоимостью в 2000 долларов и кольцо с квадратным бриллиантом, стоимостью 1000 долларов. Драгоценности Ливермора были должным образом оценены и застрахованы на 80 процентов их стоимости.

Воры оставили сапфиры стоимостью 20 000 долларов, лежавшие на туалетном столике. Они также не заметили золотые и бриллиантовые запонки Ливермора. По мере того, как они собирали драгоценности, они их обсуждали, описывая их и оценивая их стоимость, а потом бросали их в сумку.

В совокупности они находились в доме в течение часа, неторопливо переговариваясь и осматривая комнаты. Полиция позднее прокомментировала, что в большинстве подобных ограблений воры находятся внутри не более 10 минут.

Воры ушли из дома при помощи стальной лестницы и поспешили к концу подъездной дорожки, где в родстере "Крайслер" их ждали Блейк и Кейн. Они впрыгнули в машину и помчались прочь по направлению к железнодорожной станции Мэнхэссет.

Госпожа Джон Гернан, которая жила около железнодорожной станции, видела мужчин и женщину между 5:30 и 5:45 утра в воскресенье. Она наблюдала за группой из своего окна. Она сказала "Нью-Йорк Дейли Ньюс" 31 мая 1927 года: "У меня бессонница и я не спала с раннего утра в воскресенье. Я услышала автомобиль и выглянула в окно. Я увидела канареечно-желтый автомобиль марки "Крайслер", в котором сидело трое мужчин и девушка-блондинка. У нее была короткая стрижка. На ней была спортивная куртка и не было шляпы. Она казалась совсем юной, около 18 лет. Из-за того, что время было раннее, я удивилась, что девушка делает в столь ранний час в компании трех мужчин. Я видела как они поехали по направлению к железнодорожной станции, остановили машину и вышли. Они пошли по направлению к станции и исчезли у меня из виду".

Госпожа Гернан была наблюдательной: "Я не слышала, чтобы проходил поезд, но я не прислушивалась. На самом деле я вернулась в постель и заснула. Я узнала, что-это была та самая машина, которую украли из гаража Уолтера Реслера, машина, которая принадлежала Джорджу Оунзу, поскольку позже в тот же день, после того, как полиция ее нашла, я увидела, как приехал владелец и забрал ее".

Чего не могла видеть госпожа Гернан, так это того, как банда угнала машину такси и уехала на ней в Нью-Йорк, где они ее и бросили.

В понедельник с расшатанными грабежом нервами, Аронсоны спешно уехали в Нью-Йорк. Они планировали остаться на День Памяти, но передумали. Ливермор дал им свой "Роллс-Ройс", чтобы их довезли до города.

Дороти не хотела, чтобы ее праздник был испорчен. Она позвонила своим друзьям в Нью-Йорк и к полудню шесть гостей плюс дети Ливерморов и их няни сели на роскошную яхту Ливермора. На яхте были предприняты все меры предосторожности. Они уехали с частного пирса за поместьем, никому не сказав, когда они вернутся.

Тем временем Перси Рокфеллер, которого ограбили на 19 000 долларов во время ужина, на который заявился Бостонский Билли в прошлый раз, нанял детективное агентство Бернса, чтобы оно провело независимое от полиции расследование. Узнав об ограблении Ливермора, Бернс немедленно послал на место происшествия детектива, Майкла Ринконса, к которому присоединились детективы Пол Кроули и Джесси Мейфорт из полицейского отдела округа Нассау. Все трое мужчин бьши серьезно вооружены, и они стали патрулировать поместье Ливермора.