Лингус - Мариана Запата

глаза и встала, заметив, что мы должны были выйти еще пять минут назад.

— Нам пора, иначе опоздаем.

Блондинка и брюнетка выскочили из дверей вслед за мной. Мы загрузились в маленький «Фольксваген» Зои, чтобы отправиться на место. Я села на переднее сиденье, а Никки — сзади, так как Зои славилась невнимательным и безрассудным вождением. Пару лет назад, после печально известного расставания, Никки поклялась никогда больше не садиться рядом с Зои, если та будет за рулем. Несмотря на все упражнения, помогающие контролировать дыхание, которые выучила на занятиях йогой, я обнаружила, что задыхаюсь и вжимаю пальцы правой ноги в пол, как будто у меня получится затормозить машину вместо Зои.

— Как дела с Калумом, Никки? — cпросила я, желая отвлечься от поездки.

В течение недели мы практически не общались, так что я действительно понятия не имела, что между ними происходит.

— Охренеть, как замечательно. Он сладкий и очень милый. Я так привыкла встречаться с мудаками, что мне странно признать: он не такой мудак, как все остальные мудаки до него. Он сказал, что я особенная, — фыркнула она на последнем слове, как будто сомневалась, верить ему или нет.

Я хотела рассказать ей о том, что сказал Тристан, но обещала ему, что буду помалкивать.

— Может, так и есть, Ник.

— Э-э-э, — тихо произнесла она сзади, но я услышала нерешительность в ее голосе. — Он уезжает на следующей неделе, чтобы сняться в паре фильмов, так что… — она замолчала. — Тристан с ним тоже поедет.

Не прошло и двух дней, как я провела с Тристаном более двадцати четырех часов, а он ни разу не упомянул о съемках. Но я могла винить только себя. Чего я ожидала? Чтобы его сцены и фильмы снимали с использованием компьютерной графики? К счастью, Зои озвучила вопрос, который крутился в моих мыслях.

— Ты продолжишь с ним встречаться, когда он вернется?

— Думаю, да. Он мне нравится не только из-за огромного члена. Он милый и забавный, — сказала она.

Я знала Николь. Я знала, что она хочет сказать больше, но всегда была очень скрытной во многих вещах. Какая бы борьба ни бушевала внутри прямо сейчас, она могла произнести только это. Мне хотелось сказать ей, что я понимаю, что она чувствует и через что проходит, но не стала. Никки всегда предпочитала самостоятельно во всем разбираться.

Мой телефон завибрировал в сумочке, издавая приглушенный звук. На экране появился Магеллан.

Думаю, я хочу собаку.

Ну, это было неожиданно.

Тогда возьми.

Пойдешь со мной в приют?

Конечно.

Мне нужно уехать по работе в понедельник. Так что, может, сходим после того, как я вернусь?

У меня планы.

Полнейшая чушь. Мне нечем заняться.

Врунишка. В понедельник после работы. Я заеду за тобой.

— Что это за улыбка? — поддразнила Зои со своего места.

Меня выдало глупое выражение лица? Скорее всего.

— Просто строю планы, Шлюшка.

Она посмотрела на меня краем глаза, и грустно улыбнулась.

— Пока никакого прогресса?

У меня хватило духу лишь на то, чтобы покачать головой. На личном фронте прогресса не намечалось. Он относился ко мне как к сестре, за исключением того, что мы спали на диване, прижавшись друг к другу. Меня все еще беспокоил инцидент с резинкой для волос. Применив метод дедукции, теперь я была совершенно уверена, что он снял резинку с моих волос, потому что знала, что не сделала бы этого во сне. Но зачем ему это понадобилось? Я не наивна, заметила, что он иногда флиртовал со мной, и я ловила его взгляд — определенно более, чем просто дружелюбный. Но так и было.

— Наверное, он запутался, Козявка. Дай ему немного времени… но не слишком много, — пропищала Николь с заднего сиденья. — Ты не можешь ждать его вечно.

Я хотела сказать им, что вообще не ждала его, но до меня дошло, что ждала. Ведь я соглашалась взять только то, что он позволял.

— Да, — был мой дурацкий ответ.

Зои решила сжалиться и через мгновение включила радио. Мы слушали феерию поп-музыки, когда она пела во все горло в течение следующих двадцати минут, пока мы не добрались до места. Ева танцевала современный стиль с командой, а мы сидели, наслаждаясь полуторачасовым представлением. Зои сияла каждый раз, когда ее подруга появлялась на сцене, и это было слишком мило. Мысленно я напомнила себе позже спросить ее о Еве. Что-то подсказывало мне, что она ей очень нравится.

Мы втроем брели по проходу, когда за нашими спинами раздался голос:

— Зои Стар?

Сначала обернулась Зои, затем Никки и следом я. В двух рядах от нас стояла великолепная девушка с каштановыми волосами и яркими голубыми глазами. У нее были гигантские искусственные сиськи, которые едва не вываливались из рубашки. Я слышала, как Зои хихикнула, а потом заговорила.

— Привет… Эшли… Вот это сюрприз.

Эшли.

Да вы прикалываетесь надо мной. Лучше бы ей не оказаться той самой Эшли, о которой мне недавно говорил Тристан. Какие гребаные шансы?

— …навестить моих кузенов на выходные, перед тем, как вернусь в Долину, — я уловила лишь конец фразы мисс Огромные сиськи. И голос у нее был приторно сладким.

— Мило. Я поеду через две недели, — сказала моя подруга с иссиня-черными волосами. Я заметила, как напряглись ее плечи, когда она мельком бросила на меня взгляд. Этот взгляд сказал мне, что она знала об Эшли и Тристане.

— Ну, было приятно увидеться, Зои! Мне нужно найти своих кузенов, пока они не забыли обо мне. Покашки! — сказала Эшли, согнув пальцы, и это, как я поняла, для нее считалось, что она якобы помахала.

Николь зарычала рядом со мной:

— Кто, черт возьми, говорит «покашки»?

— Этот шлюхомобиль, вот кто, — сказала я, указывая в сторону, куда ушла Эшли. На мгновение я подумала, что с моей стороны было невероятным ребячеством так ненавидеть ее, но к черту это все.

— Вы обе какие-то ненавидящие задницы, — рассмеялась Зои, прежде чем подтолкнуть меня вперед. — Это ее работа, понимаешь?

Она пыталась защитить Эшли, но у меня было чувство, что она хотела поумерить наш стервозный пыл. Скорее всего, Эшли и с Калумом была. Не забыть бы сказать Тристану, что я ее видела.

— Все равно она та еще стерва, — сказали мы с Никки одновременно.

Зои лишь закатила глаза и рассмеялась:

— И вы целуете своих папочек этими ртами?

— Я делаю этим ртом нечто большее, чем просто целую твоего папочку, — фыркнула Николь, и мы все разразились смехом.