Когда пришел волшебник - Инна Шаргородская

Здесь было безопасно – так казалось. Никаких пиратов, прочные каменные стены, огонь в камине, цивилизация опять же…

Она проспала глубоким и сладким сном до полудня. Спала бы и дольше, но ее разбудил Антон. Он постучал в дверь номера – какое счастье, подумала Вероника, что здесь не надо изображать из себя супругов и ночевать в одной комнате! – и сообщил, что все уже встали и ждут ее завтракать.

Оба мага, язвительно добавил Антон, когда Вероника, умывшись и приведя себя в порядок, вышла в коридор, прямо-таки трепещут от счастья в ожидании того дивного мгновенья, когда снимут наконец заклятие и смогут исполнить хотя бы первое желание своей подопечной – попасть в Квейтакку…

Она только покосилась на него и ничего не ответила. Не хотелось портить себе настроение, которое сделалось значительно лучше со вчерашнего вечера. Как и самочувствие. Великое все-таки дело – выспаться и сознавать, что тебе ничто не грозит!

Антон как будто тоже полностью оправился от зловредного воздействия ливириса. Перестал чихать и вновь превратился в писаного красавца, на которого заглядывались гостиничные горничные, торопливо семенившие мимо парочки – кто с тележкой, груженой снедью, кто со стопкой постельного белья в руках.

Веронику же гораздо больше интересовали сами горничные, и, пока они с Антоном шли по коридору и спускались в ресторан на первом этаже, сказочница провожала каждую исполненным любопытства взглядом.

Казалось, однако, что они ничем не отличаются от землян. Белокурые, светлоглазые, статные – знакомый скандинавский тип… При виде первой девушки Вероника ощутила даже некоторое разочарование. Стоит ли с риском для жизни путешествовать по мирам, чтобы везде находить то же, что есть и дома? Ну, не совсем то же, конечно… вряд ли на Земле можно встретить пиратов или попасть в девятнадцатый век – а в этой гостинице все напоминало о нем, во всяком случае, о литературных его описаниях, – но все-таки и магойцы, и тарианцы были люди как люди. Отнюдь не рогатые монстры с клыками…

Но уже при виде второй горничной Вероника насторожилась. Что-то в этой красавице все же было не так!

В третью она вглядывалась с почти неприличным интересом. И опять не поняла, в чем дело. Походка какая-то не такая или выражение лица?

Поняла это Вероника только в ресторане, когда уже садилась за стол к своим спутникам, и к ним подошел официант.

Овечкин и капитан Хиббит приветствовали сказочницу радостными улыбками. Кароль даже выдал какой-то комплимент по поводу ее посвежевшего вида, но Вероника отвечала рассеянно. Она не могла оторвать взгляда от рук официанта. Кисти их были необыкновенно узки, пальцы – столь гибки, как будто в них не имелось костей. Ногти и впрямь отсутствовали…

Потом она посмотрела тарианцу в лицо – тот, улыбаясь, ждал, пока капитан Хиббит, изучавший меню, сделает заказ, – и невольно вздрогнула. Глаза… вот оно что! Неестественно большие, без радужной оболочки. Сплошной матово-голубой белок и узкий черный зрачок, вертикальный, как у кошки…

Официант все с той же вежливой улыбкой перевел взгляд на Веронику. Она снова вздрогнула, но, вспомнив о приличиях, заставила себя улыбнуться в ответ.

«Хотела монстров – получи, – подумала сердито. – И нечего таращиться, как в зоопарке…»

– Вы позволите сделать выбор за вас? – Капитан Хиббит повернулся к ней, держа в руках раскрытую книжечку меню. – Боюсь, с непривычки это сложновато.

– Конечно, конечно, – торопливо сказала Вероника.

Кароль заговорил с официантом, почему-то наполовину по-русски. Однако тот принялся кивать в ответ, делая пометки в своем блокноте, словно понимал его без малейшего труда.

– Четыре салата лин-а-марок, четыре филе ригот, коктейли королевские, десерт шерун-да-порт…

Михаил Анатольевич, заметив удивление Вероники, сказал негромко:

– Обычная практика, когда не знаешь языка. Капитан вошел в углубленный контакт. И официанту кажется, будто он говорит по-тариански. Или по-киникейски… уж не знаю, сколько тут у них языков.

– А я так сумею? – живо заинтересовалась Вероника.

– Вы уже сумели один раз, на Кортуне. Попробуйте снова. Расслабьтесь, попытайтесь услышать мысли этого человека… вернее, не мысли, а то, что за ними, – бессловесный образ.

Как раз в этот момент официант открыл рот, произнес какую-то короткую фразу и с вежливым поклоном удалился.

– Ничего не поняла, – разочарованно сказала Вероника.

Капитан Хиббит широко улыбнулся ей.

– А вы думали, это просто? Упражняйтесь, – он махнул рукой в сторону зала. – Вон сколько народу сидит, и все тарианцы.

– Вы предлагаете мне подслушивать чужие мысли?

– Почему бы и нет?

– Не хочу, – сердито сказала Вероника. – Как не стыдно!

Кароль только усмехнулся.

– Вот за это вы мне и нравитесь. За душу чистую, сердце доброе… – и тут же перевел разговор на другую тему. – Ну что, масьёр Овечкин, как вы себя нынче ощущаете? С заклятием справитесь? Помощь не нужна?

– Надеюсь, – коротко ответил Михаил Анатольевич.

– Хорошо. Значит, после завтрака и займетесь. А мы с Антоном Николаичем, пока суд да дело, прогуляемся по городу. Вы не против, масьёр? – Он подмигнул Антону. – Надо бы прикупить настоящих мехов, здесь без них никуда. Тариана – холодный мир, солнце у них далекое, едва греет. Заодно я бы заглянул в ювелирные магазины. Грешно побывать в Шеморе и не сторговать тинтаровый браслетик или хотя бы колечко!

Он прервался при виде официанта, спешившего к их столу с заказанными блюдами. И продолжил свою непринужденную болтовню, когда тарелки и бокалы были расставлены перед ними, и все четверо приступили к завтраку.

Вперемежку с неназойливыми объяснениями, что именно они едят и каким образом это полагается есть, он поведал своим спутникам, что побывал в Тариане несколько лет назад с неким пустяковым заданьицем. И что мир этот, вернее, государство, в которое они попали, – королевство Киникея – славится своими резчиками по металлу, а пуще того – самим металлом, тинтаром.

– Залежи его имеются только в Киникее, – сообщил Кароль. – И когда наши разведчики пронюхали о них, Квейтакка немедленно открыла постоянные ворота, прислала сюда наблюдателей и установила с Тарианой прочный контакт – как и со всеми мирами, которые нам хоть чем-то полезны. В данном случае расходы окупаются с лихвой. Хоть мы и покупаем здесь тинтар по весьма высокой цене, в Квейтакке он стоит еще дороже. Местные ценят его за лечебные свойства, известные им одним. А квейтанцы – за то, что по какой-то неизвестной причине тинтар увеличивает магическую силу, причем значительно. Наши ученые вот уже несколько лет ломают голову, пытаясь установить эту причину, а просто маги носят при себе тинтаровые безделушки и радуются жизни…

Кароль многозначительно постучал пальцем по карману куртки, в котором лежала его заветная фляжка.

– Ах, вот оно что, – улыбнулся Овечкин. – Да, вдвойне полезный магический предмет!

– Хотите, куплю вам такую же? – немедленно поинтересовался Кароль. – А для вас, Вероника Андреевна, – он повернулся к сказочнице, – мы с Антоном Николаичем подберем хорошенькую цепочку или браслет. Еще краше станете, и телепатические способности усилятся!

– Благодарю, – сказала Вероника с некоторым холодком в голосе. – Но на какие средства вы собираетесь приобрести все это? Меха, украшения…

– Да, мне тоже интересно, – Антон, отодвинув тарелку, достал пачку сигарет и предложил их своим курящим спутникам.

– Я бы попросил! – слишком громко возмутился Кароль. Но сигарету взял. – За кого, хотелось бы знать, вы меня принимаете? Представитель квейтанской разведки, который, собственно говоря, и нашел этот самый тинтар, не имеет, по-вашему, никаких привилегий? Даже неограниченного кредита в войсковой кассе?

Антон усмехнулся.

– Насколько я успел понять из предыдущих разговоров, вся квейтанская разведка идет по твоему следу, капитан. В войсковой кассе небось только и ждут, когда ты явишься за своим кредитом!

Кароль поднес зажигалку даме, закурил сам и нервно помахал рукой перед лицом, отгоняя дым.

– Ну да, – неожиданно согласился он. – Я как-то забыл об этом. Но у меня, между прочим, имеются тут и личные сбережения. В банке Доггера и Доггера. Зайдем, сниму со счета…

– Вы имеете сбережения в каждом мире, в котором побывали? – с ехидцей осведомилась Вероника.

Он затянулся, внимательно посмотрел на нее сквозь дым, щуря глаза.

– Сдается, вы что-то затаили против меня, мидам. В чем я провинился?

Тут Антон резко поднялся, отодвинул свой стул.

– Давайте не будем выяснять это сейчас. Кажется, у нас еще есть дела.

– Да, – сказал и Овечкин, вставая. – Предоставим капитану Хиббиту расплатиться с официантом… Будем уж так любезны, что даже и поблагодарим его за вкусный и сытный завтрак. И займемся делом. Поднимемся в ваш номер, Вероника Андреевна, или в мой?