Мой личный джинн - Дарья Согрина – Друк

Лейла, вздохнув, закатила глаза, затем разочарованно покачала головой и осторожно усадила репортера на кровать, не успевшую пострадать от рук мародера.

– Возьми себя в руки и подробно расскажи, что произошло, – голос женщины тушил огонь негодования, а ее прикосновения проясняли разум. Лейла грациозна опустилась рядом с Грегори, взглянув в его глаза, белки которых покрыла красная паутина лопнувших сосудов.

– Мой след не остыл в ее постели, а она завела себе любовника?!

– Три года прошло, как вы развелись, – осторожно напомнила Лейла, которой за два дня посчастливилось не раз слышать об этом удивительном событии в жизни мистера Тейлора.

– Да хоть триста лет назад! Плевать! Она должна была умереть в одиночестве, забытая всеми! Нет же, она отыскала какого-то метиса с голливудской внешностью: голубые глаза, бронзовая кожа, брутальная щетина, волосы, как у викингов. Еще косичку бы заплел! И акцент у этого парня какой-то экзотический…

Лейла недовольно поморщилась. Не нужно ходить к пророчице, дабы понять, что глупая девица выпустила джинна из кувшина. Зря Лейла надеялась, что судьба убережет ее от столь нежеланной встречи. Боги нарочно решили свести двух волшебников в одном городе. Что же, Лейле придется избавиться от полукровки, а заодно обрести душевный покой, когда этот никчемный бастард падет перед ее мощью. А она уж постарается лишить полуджинна бессмертия.

– Тебе нужно расслабиться, – прошептала томно Лейла, понимая, что стоит сменить тему разговора. Грегори не идиот, если он включит логику, то заметит схожие черты между своей спутницей и новым ухажером Эмили. – Прими холодный душ, а я пока попрошу администратора переселить нас в другой номер. Эта спальня никуда не годится: такое ощущение, что самум пронесся по ней.

Тейлор послушно кивнул и, поднявшись с постели шаркающей походкой, направился в ванную. Когда он скрылся, лицо Лейлы исказила жуткая гримаса. Ей вновь пришлось использовать магию. Результат – нестерпимая боль охватила не только виски, но свела мышцы лица.

«Еще немного… Обрету свободу и избавлюсь от проклятого обратного эффекта!», – нервно массируя скулы и лоб подумала волшебница.

Люди – странные существа! Они жаждут быть счастливыми, но в то же время упорно стремятся разрушить все мосты, ведущие в страну покоя и безмятежности, где сердце пылает от любви и каждый день похож на сказку. Любой намек на счастье порождает в них безудержный страх. И вместо того, чтобы сделать шаг навстречу судьбе, они судорожно закапывают голову в песок в надежде, что счастливый случай обойдет их стороной, а они дальше будут прозябать в тусклом сыром болоте, окруженном дремучим лесом, куда свет солнца не проникает сквозь стену густо сплетенных корявых ветвей.

Мисс Хэйвуд могла бы насладиться моментом, но предпочла вновь все испортить, стремясь оградить себя от разочарований, которых в ее жизни было полным-полно. Поцелуй джинна был восхитителен! Но это был всего лишь поцелуй, совершенный в порыве эмоций с целью позлить Грегори. Поцелуй, который не станет началом бурных отношений, но останется навечно в памяти.

– Это не должно повториться, – произнесла Эмили, входя в квартиру.

Волшебник последовал за ней, но остановился в прихожей.

– Что именно?

– Оставь свои поцелуи другим!

Джинн усмехнулся и отправился на кухню за своей своенравной хозяйкой. Эта дева хоть иногда может быть благодарной?

– Спасибо, моя госпожа, за то, что позволили мне заводить интрижки со всеми представительницами прекрасного пола! – иронизировал он.

Эмили взяла стакан и налила воды из-под крана. Обернувшись к волшебнику, она попыталась выдавить улыбку.

– Я не маленькая и осознаю, что джины тоже люди. В какой-то степени.

– Я наполовину человек!

– И тебе, как человеку, нужно удовлетворять свои мужские потребности, – подвела итог мисс Хэйвуд.

Глаза Джинна превратились в узкие щели. Казалось, он стремился прочесть мысли девушки, дабы понять: шутит или всерьез?

– Не смотри на меня так, словно я заняла у тебя пятьдесят баксов и не собираюсь возвращать. Если ты надеялся, что я стану одной из тех девиц, которые пали жертвами твоего обаяния и красоты, то ты ошибаешься. Я не желаю быть трофеем в твоем, наверняка, длинном списке великих побед!

Джинн решительно выхватил стакан воды из рук девушки и, выпив залпом, с громким стуком поставил на столешницу. Эмили вздрогнула от неожиданности.

– В горле пересохло от твоих слов.

– Мог бы и сам себе налить воды, – пробормотала она, отправляя стакан в раковину. Пить совсем расхотелось.

– В твоих руках вода становится нектаром, хозяйка моей души, – печально молвил чародей и покинул кухню.

Эмили еще раз вздрогнула, когда услышала, как захлопнулась входная дверь.

Да что она такого сказала? Правду? Она не хотела его обидеть! Или хотела? Она его оттолкнула, чтобы уберечь себя.       «Так, Эмили Хэйвуд, хватит забивать свою голову романтикой! Ты должна думать о статье, о шокирующей сенсации! Выкинуть все лишнее! Амурные мечты о джинне, сражения с Грегори! Ты должна выиграть пари, восстановить карьеру, и лишь потом заниматься личной жизнью!»

Пальцы мисс Хэйвуд невольно коснулись губ, еще хранивших вкус поцелуя. Она резко отдернула руку и, тряхнув головой, пошла в гостиную.

Статья, статья, статья! Она должна записать все, что узнала от джинна. А когда он вернется, ей следует расспросить его поподробнее про Амал и проклятье. Может, удастся вычислить точные координаты древнего города, где под слоями песка могут находиться руины, являющиеся прямым доказательством мифов.

Лос-Анджелес, подобно отражению звездного неба, засиял вечерними огнями. Вереницы автомобилей гирляндами растянулись по магистралям города и за его чертой, мерцая фарами. Мегаполис сменил дневную дрему на яркий наряд веселья и шумных вечеринок.

В одной из роскошных гостиниц Малибу Грегори Тейлор мирно спал после любовных утех со жгучей восточной красавицей. Лейла, оставив своего господина в объятьях Морфея, уединилась в гостиной для изучения обсидиановой полусферы.

В то же время, когда волшебница пыталась разгадать тайну древнего артефакта, Рашид Гафури сидел в палате госпиталя «Силвер Лейк» рядом с обездвиженным Арифом.

В маленькой квартирке Санта-Моники Эмили Хэйвуд, отбросив философские размышления, принялась за работу, отчаянно набирая текст на лэптопе.

А Клайд Барретт в этот же миг, находился в пустой редакции и рылся в столе Эмили, пытаясь отыскать любую информацию о тайном проекте сотрудницы. Он был испуган и взбешен. Если он проиграет пари, то Грегори Тейлор вытрясет из него душу. А толстяку было достаточно бывших жен, которые ежемесячно портили нервы.

Фил Симмонс отправился в ближайший паб, дабы насладиться чудесным калифорнийским вечером, созерцая с террасы ночной пейзаж Санта-Моники. Сводная сестрица вытолкала его из квартиры, мотивируя свой поступок тем, что ждет важного гостя.

Юшен Линг в Чайнатауне, незаметно минуя полицейский патруль, караулящий