Инкуб - Сергей Шведов

– Хорошо, Петр Петрович. Как скажешь…

В Дубосеково выехали после полудня, на двух машинах, в сопровождении следователя Страхова и пятерых дюжих молодцов. «Тойота» с охранниками пылила позади, а бронированный «Мерседес» вице-губернатора стремительно катил по загородной трассе, не считаясь с правилами дорожного движения. Мокшин пригласил Верещагина и следователя к себе в машину, но начинать разговор не торопился, обдумывая, видимо, сложившуюся ситуацию.

– Черт знает что такое, – наконец произнес он, прерывая неловкое молчание. – Есть бумага, есть подписи, а концов нет.

– Ты это о чем, Петр Петрович? – удивился Верещагин.

– О разрешении, Анатолий Викторович. Чиновник, который его подписал, уже уволился. По словам главы администрации, у них не было другого выхода. Жители райцентра во главе с батюшкой дружно воспротивились захоронению ведьмы на местном кладбище. А Осипенко, видите ли, не рискнул пойти против народа в столь сомнительном деле. Демократия, понимаешь. Похоронить человека толком не могут.

– И что ты решил, Петр Петрович? – спросил Верещагин.

– Могилу с холма надо убрать, но сделать это следует деликатно, не затронув чувств родственников.

– Инкуб точно будет против, – покачал головой Анатолий Викторович.

– Да что вы все с ума посходили, что ли?! – вскипел Мокшин. – Какие могут быть демоны в наше время!

– Извини, Петр Петрович, к слову пришлось.

– А потом удивляемся, откуда у нас сектанты берутся. Осторожнее надо быть в определениях. Ты мне лучше скажи, Валерий Игоревич, – ваше ведомство может поспособствовать в предотвращении конфликта?

– Разрешение на эксгумацию тела может дать районный прокурор, – с готовностью отозвался Страхов.

– Вот, – поднял палец к потолку салона вице-губернатор. – У следствия возникли сомнения по поводу покойной. Обычное дело, насколько я понимаю?

– Такое случается, – подтвердил Страхов. – Эксперты подтвердят, что женщина, похороненная на Плешивой горке, действительно Маргарита Мартынова, после чего ее останки можно будет упокоить на городском кладбище.

– А я что говорю, – усмехнулся Мокшин. – Создали проблему на пустом месте. Взбудоражили людей. Ох уж эти районные начальники, шагу не могут сделать без нашей помощи.

Высокое начальство в Дубосеково ждали. На въезде в поселок стыли в парадном ряду руководители поселка и районные начальники, а за их спинами глухо роптал народ, взбудораженный грядущими событиями. Мокшин при виде такого скопления людей даже зубами скрипнул:

– Ты посмотри, Анатолий, на этих деревенских олухов! Ведь сказал же им русским языком – без торжественных встреч и народных собраний. Так они нагнали столько милиции, словно в Дубосеково грядет социальная революция. Валерий Игоревич, я тебя прошу, помоги местным ребятам грамотно составить бумаги. А то родственники Мартыновой нас по судам затаскают.

– Сделаю, Петр Петрович, не волнуйтесь. А людям нужно сказать, что мы по поводу леспромхоза приехали.

– Осипенко! – рявкнул Мокшин, не выходя из машины.

Из толпы встречающих мгновенно, словно черт из табакерки, выскочил немолодой человек среднего роста и рысцой потрусил к «Мерседесу». Судя по всему, это и был глава районной администрации, столь не к месту подставивший под бурю народного гнева видного областного руководителя. На курносом лице белобрысого чиновника тревога была написана столь яркими красками, что вице-губернатор даже сплюнул от огорчения.

– Ты зачем митинг собрал, Иван Антонович? – вкрадчивым шепотом спросил у оплошавшего районного главы Мокшин.

– Так ведь, Петр Петрович, мы же копачей искали, – зачастил Осипенко. – Могилу-то вскрывать надо. А эти как с ума посходили. Да тут городских больше, чем деревенских. Сектанты, что с них взять. Они эту ведьму почитают. Я даже батюшку пригласил, чтобы он объяснил им, что к чему.

– А крестный ход ты здесь организовать не пробовал?

– Виноват, Петр Петрович, не догадались, – всплеснул руками Осипенко. – Но мы сейчас все поправим.

– Стоять! – взревел Мокшин. – Это я буду поправлять, а ты будешь слушать и головой кивать. Понял, Осипенко?

– Так точно, понял.

Вице-губернатор неспеша вылез из машины и чинно направился к толпе. Охрана из пяти молодцов окружила Мокшина полукольцом. Верещагин занял место по правую руку от областного чиновника, Осипенко – по левую. Толпа, насчитывающая никак не менее двухсот человек, замерла в напряжении, готовая в любую секунду взорваться громкими криками.

– Ничего вам обещать не могу, дорогие граждане и гражданки, – начал без предисловий Петр Петрович. – Решать в любом случае будут экономисты. Скажут, что разрабатывать выгодно, значит будем разрабатывать. А на нет и суда нет. Вы и сами знаете, что леспромхоз ваш дышит на ладан…

– Так загнулся он уже давно, – поправили вице-губернатора из толпы.

– Вот я и говорю, пусть высокая комиссия сделает окончательные выводы, а уж тогда мы с вами будем думать, что делать дальше. Либо вообще ликвидировать поселок, либо открыть здесь какое-то предприятие. Но в любом случае область вас не бросит.

– А если поселок ликвидируют, то нас куда? – спросил худой длинный мужик из первого ряда. – На кладбище?

– Далось вам это кладбище! – всплеснул руками Мокшин. – Кого-то в районный центр переселим, кого-то – в город. Но всем без исключения будут предоставлены жилье и работа. Однако повторюсь, вопрос этот будет решаться с вашим участием, и только вы сами вправе определить, где вам жить и чем заниматься. А пока призываю вас к терпению, комиссия вынесет вердикт через месяц, вот тогда мы с вами и поговорим. Вопросы будут?

– А как же могила?

– Вы прямо, гражданин, некромант какой-то, – пошутил Петр Петрович. – Рано вам умирать, голубчик, живите сто лет.

В толпе послышался было смех, но тут же оборвался. Похоже, не только дубосековцы, но и городские поклонники убитой целительницы пришли в смятение от пылкой речи областного начальника. От него ждали чего угодно, но только не разговоров о всеми уже забытом леспромхозе. Мокшин еще немного постоял, выражая всем своим видом готовность к диалогу, но вопросов больше не последовало, и разочарованная приезжими начальниками толпа стала потихоньку рассасываться.

– Скажи своим милиционерам, чтобы оцепили курган, но фуражками не светили, – приказал вице-губернатор главе районной администрации.

– Так ведь копачей нет, – почти простонал Осипенко. – Шутка сказать, два трупа на этой могиле. Люди даже днем боятся к ней приближаться.

– Сам будешь копать, – холодно бросил Мокшин. – Развел тут, понимаешь, сатанизм.