ВДВ. Как выжить и победить в Афгане - Виктор Савченко

Машина не пострадала, но одна радиостанция все же от взрыва вышла из строя. Но у саперов на этот счет было свое мнение: они считали, что заряд был управляемый. В колонне «духи» вычислили радийную машину и подорвали заряд, но почему они его не усилили – вот это осталось загадкой.

Тем временем разведгруппы Ивашко и Платонова, насколько позволяли местность и крутизна склона, стали быстро подниматься на вершину горы. Через какое-то время они увидели то, что их поразило. На соседнюю высоту карабкалась группа вооруженных мятежников. Их замысел был понятен разведчикам как дважды два: поднявшись на высоту, душманы могут спокойно и внезапно открыть огонь по колонне. А главное – у них был крупнокалиберный пулемет. Несмотря на то что их было 9 человек, в горах, да еще и с господствующей высоты, они могли натворить немало бед. Пока бы десантники уточняли, с какой высоты ведется огонь, ставили задачу артиллеристам, вызывали вертолеты – они за это время могли легко уйти от возмездия безнаказанными. Лейтенанты мгновенно приняли решение, и разведчики открыли огонь по душманам. Расстояние до душманов было метров шестьсот. Те залегли и в ответ стали стрелять по разведчикам. Снизу запросили:

– Что там у вас происходит?

– Обнаружили группу, которая поднималась на соседнюю вершину, вот и открыли огонь, чтобы не позволить им свободно маневрировать на горе, – ответили разведчики.

В это время Петряков и потребовал доложить обстановку. Выслушав доклад, начштаба распорядился, чтобы самоходно-артиллерийский дивизион приготовился к стрельбе с места. Через несколько минут артиллеристы доложили, что орудия к стрельбе готовы. Первый снаряд был пристрелочным, белого дыма. Разведчикам передали, чтобы они наблюдали за разрывом и корректировали стрельбу. Мина разорвалась на склоне горы с небольшим недолетом от «духов». И вот там стало твориться что-то непредсказуемое: душманы с громким криком стали метаться по склону, решив, что «шурави» хотят их отравить! Разведчики, пользуясь суматохой, которая царила среди мятежников, передали координаты места разрыва и, не дожидаясь артиллерийского огня, сами стали стрелять по «духам». В это же время артиллеристы внесли поправки в прицел, и давай лупить по душманам! Остатки мятежников наконец очухались и поспешили укрыться от огня артиллеристов и разведчиков за обратными скатами высоты. Однако мины, описав крутую траекторию, стали взрываться за высотой, достигая своей цели. Тем не менее, несмотря на интенсивный огонь, нескольким душманам все же удалось улизнуть из этого ада. Когда огонь артиллерии прекратился, решено было отправить для проверки результатов огня одну роту ферганского батальона. Но пока раздумывали, какую роту послать, и пока она спешивалась бы и выдвигалась на высоту, ушла бы масса времени. Чтобы не терять время, я предложил руководителю операции послать разведчиков: тем более что они уже наверху и знают, где и на что смотреть. Тот сразу же согласился, но внес небольшую поправку. Ну не мог он без этого!

– Когда бойцы будут обследовать местность, пусть ведут себя осторожно. Нам только не хватало здесь потерять своих солдат, – проворчал Петряков.

В ожидании результатов время тянулось медленно. Начальству всегда не терпится, и начштаба начал нервничать и торопить вопросами: «Ну как там с результатом?» И вдруг все отчетливо услышали короткую очередь из автомата, которая громыхнула наверху. И тут же, в ответ на эту очередь, – море огня. А потом, через несколько секунд, все как-то сразу стихло. Я посмотрел на начштаба. Тот внешне выглядел спокойным, но это было только внешнее, а внутри у него все бурлило. И сразу:

– Ну что там могло случиться?

– Сейчас уточним, – ответил я.

– Привыкли все уточнять! – недовольно высказался шеф.

И надо же, как назло, радист сверху не отвечает. Всегда в таких случаях действует «закон подлости»! В тревоге прошло некоторое время, и все же в конце концов в наушниках раздался треск и послышался знакомый позывной.

– Что у вас происходит?

– Да одна сволочь по нам из-за камней как шарахнет очередью! – ответил лейтенант Ивашко. – В ответ мы открыли огонь, а затем обошли место стрелка и забросали гранатами. Хорошо, что «дух» струсил и от волнения промахнулся, – продолжал докладывать он.

Пока офицеры беседовали с Петряковым, подошел Никифоров, начальник ферганских разведчиков.

– Как, Володя, дела в тылу колонны? – спросил у него я.

– Пока спокойно, но на всякий случай усилили наблюдение.

И не зря! Во время нашего разговора колонну стали обстреливать из стрелкового оружия из-за речки. Личный состав, который находился около машин, укрылся за броней. Боевые машины открыли ответный беспорядочный огонь пока наугад, скорее для устрашения и самосохранения. Никифоров тут же отдал по радио указания своим разведчикам, чтобы те переправились вброд через речку (за лето она обмелела), но предварительно попросил Петрякова прекратить бестолковый огонь, чтобы избежать случайных потерь. Огонь с трудом удалось прекратить. Существовала какая-то порочная практика: если на марше кто-то выстрелит в какую-то цель, все, хана. Стрелять начинают все, и главное – куда попало! Но еще важнее то, что стрельбу удается остановить с большим трудом. Чем длиннее колонна, тем труднее остановить огонь. Спрашиваешь: «Ты куда стрелял?» – «Туда, куда и все стреляли, и я тоже!» – «А все-таки по какой цели?» – «Куда трассеры, туда и я». Исправить этот мальчишеский задор в боевой обстановке было делом трудным.

Осторожно продвигаясь от укрытия к укрытию, ферганские разведчики зашли во фланг стрелкам, определили их позиции, а затем прицельным огнем уничтожили мятежников. Их всего было двое, и оба молодые пацаны, которым бы еще жить да жить. У каждого был автомат с боеприпасами, а у одного в сумке ручная граната. Бурно обсуждая очередную пакость душманов, офицеры не забывали следить за местностью, как сами требовали этого от солдат. Местность, насколько ее мог охватить человеческий глаз, была спокойной. Все выглядело вполне обычно. Минут через тридцать сверху спустились разведчики. Начштаба пригласил к себе офицеров-разведчиков и долго расспрашивал их про дела наверху. Картина, которую они нарисовали при обследовании высоты, была мрачной. На переднем склоне горы лежали разорванные в клочья два трупа, дальше трое убитых, на обратных скатах еще два изуродованных тела. Слушая их рассказ, все поневоле стали морщиться. Если правду сказать, всем было очень не по себе, хотя речь шла о врагах. Молча дослушав рассказ разведчиков, начштаба дал команду проверить людей и приготовиться к движению, – и тут же не забыл упрекнуть саперов за то, что они потеряли нюх на мины. И даже пригрозил, что по приезде домой доложит их старшему начальнику о том, что хреново они вели инженерную разведку дороги!

Через некоторое время колонна десантников снова продолжила свой небезопасный путь на авиабазу Баграм. И вдруг впереди снова стала слышна стрельба. Снова «Колонна, стой!». «В чем дело?» – запрашивает старший. Оказалось, группа разведчиков обнаружила на одном из участков дороги двух человек, которые копались у обочины дороги. Сомневаться не приходилось, это душманские минеры устанавливают мину. Вот здесь у разведчиков и возник вопрос. Если брать минеров живьем – на это уйдет много времени. Да и «духи» установят мину, уйдут в укрытие, где будут спокойно и с ликованием наблюдать, как подорвется очередная машина. Остается одно – расстрелять их. Когда до мятежников дошло, что их обнаружили, они прекратили устанавливать мину и бросились убегать в сопки. Разведчики не стали их преследовать, а открыли огонь из пулеметов, – на склоне горы они были хорошей мишенью. А дальше начали работать саперы. Они осторожно подошли к подозрительному месту на дороге и увидели на колее плохо замаскированную противотанковую мину советского производства. Ее не стали трогать, а подорвали на том же месте, где обнаружили. К месту взрыва подъехал Петряков и поинтересовался действиями инженерной разведки. Саперы ему все подробно доложили. Начштаба поправил на голове шлемофон и тихо сказал связистам:

– От этого взрыва нам бы, ребята, хреново стало, совсем хреново.

Вот теперь начальник штаба не удержался от похвалы в адрес действия саперов и разведчиков. На этот раз он не сыпал афоризмами, а говорил по-отечески, заботливо.

– Вот с таким хорошим настроем и продолжайте работу, – напутствовал он парней.

И снова по радио передали команду «колонне вперед». До Баграма оставалось каких-то 10 километров, как с противоположного берега колонну стали обстреливать из стрелкового оружия. В данном случае не стали прибегать к помощи разведчиков, а просто старший группировки и на этот раз проявил мудрость и заботу о солдатах и приказал вызвать вертолеты огневой поддержки. А поскольку до авиабазы было рукой подать, то через уже несколько минут «вертушки» замаячили на горизонте. При подлете к группировке авианаводчик вышел с ними на связь и навел на цель. Вертолеты немножко порыскали в воздухе туда-сюда, а потом устроили настоящую карусель и начали стрелять «эресами» и бить из пушек по тому месту, где засели душманы. Со стороны наблюдать за работой вертолетов было интересно. Сначала дымный след от снаряда назад и вперед, а затем несколько взрывов на земле, – и так несколько раз подряд. Мало не показалось тому, кто там находился в этот момент! Стрельба из пушек напоминала громкое урчание дикого зверя. Отстрелявшись по цели, вертолеты улетели домой. Улетая, авиаторы через авианаводчика передали старшему: