Бойся тьмы - Александра Айви

Кассандра.

Фиаско их последней встречи с пророчицей было позабыто, а в замерзшем сердце вспыхнула искра надежды. В этот раз ошибок не будет, молча поклялся он себе.

— Где она?

— Подожди.

Ведьма взмахнула рукой над чашей и картинка сменилась. Или, если более точно, расширилась, словно камера отдалила изображение, чтобы показать более широкую картину. Вампир увидел дом, окруженный деревьями и акрами вспаханных полей. Затем — скопление огней, отмечающее небольшой городок.

— Захватывающе, но ничего не помогает точно определить их местоположение, — сухо заметил Гаюс. — Это может быть любое место на Среднем Западе.

Изображение увеличилось еще больше, и Салли удовлетворенно вздохнула.

— Там большой город.

— Это Чикаго, — уверенно заявил Дольф.

Гаюс предостерегающе взглянул на него.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Узнаю пейзаж.

— Хорошо, — Гаюс указал на чашу. — Верни на пророчицу.

Туманное движение, а затем изображение сфокусировалось на женщине Вере, стоящей в центре комнаты с книжными полками, в надежных объятьях Кейна.

— Ты этого хотел? — потребовала от него Салли.

— Мне нужно узнать одна ли она с Вером.

Ведьма сконцентрировалась, меняя изображения и обыскивая дом и близлежащие здания.

— Похоже на то.

Так и есть. Но это не успокоило Гаюса.

— Почему? — пробормотал он.

Дольф хмуро взглянул на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Почему они всегда одни? — ледяным тоном уточнил Гаюс. Неужели мозги есть только у него одного? — Они могут окружить себя сильнейшими охранниками из Веров. Или даже вампиров. Почему остаются столь незащищенными для атаки?

Дольф пожал плечами.

— Кейн веками ненавидел Короля Веров и его людей. Ни за что на свете он не сделает подобной подставы своей мании величия, — сказал пес, абсолютно безразличный к тому, что они могут попасть в ловушку. — И он не глуп. Он не стал бы доверять пиявкам. Если честно, не думаю, что Кейн вообще кому-нибудь доверяет.

— Не так уж они и беззащитны, — добавила Салли, указывая на край двора. — Весь дом окружен слоями защиты и маскировочными заклинаниями. Мы никак не пройдем сквозь эти барьеры без серьезного магического колдовства.

Гаюс не был полностью удовлетворен, но и глупцом он не стал и понимал, что терпение Темного Властелина не безгранично. В любой момент он может потребовать результаты. И пусть боги сжалятся над всеми ними, если злобный ублюдок будет разочарован.

— Я проведу нас, — угрюмо пообещал Гаюс, пронзив Дольфа предупреждающим взглядом. — Убедись, что держишь свое заклинание наготове.

Пес усмехнулся.

— Как скажешь, босс.

***

Кейн держал Касси в своих крепких объятьях, его волк нуждался в личном контакте, и он хотел убедить зверя, что она невредима и находится там, где и должна быть. Последние несколько часов были…

Кейн вздрогнул, не желая вспоминать мучительное ожидание приезда Касси. Логически, он был убежден, что раздражающая женщина направляется в это логово. Но после ужасающего путешествия с Янной, которое бросало вызов всем законам физики, ему осталось слишком много часов расхаживать по дому и размышлять о множестве того, как все могло пойти псу под хвост.

Что, если у нее было еще одно видение, которое увело ее в совсем другое место? Что, если по пути на нее напали или похитили? Что, если она разбила чертов джип и сейчас лежит на обочине и страдает? Что, если она просто потерялась? Тревожные мысли проносились в разуме, вгрызались в него, пока Кейн не почувствовал, что готов лезть на стены.

Затем, он наконец-то услышал звук подъезжающего автомобиля и увидел, как целая и невредимая Касси подходит к логову. За один удар сердца, его дикий страх превратился в ярость. Которая сменилась бешенством, как только Касси призналась, что осталась беззащитной, чтобы обезопасить его. Черт возьми, вся его жизнь была напрасной борьбой за выживание, и даже после того, как он заключил сделку с дьяволом, дабы превратить дворняг в чистокровных веров, Кейн знал — в его жизни не хватает чего-то очень и очень важного.

Затем, в пещерах повелителя демонов, он наткнулся на Касси и с кристальной ясностью понял — она и есть смысл его существования. И не было ни фанфар ни пения ангелов, и даже долбанных радуг с единорогами. Простое понимание, что он был создан для защиты провидицы в сумасшедшем мире. Сейчас взрыв негодования угас и Кейн просто хотел обнимать женщину, которая значила для него больше жизни, и вдыхать запах лаванды, что как ничто другое успокаивал его волка.

— Ты голодна? — наконец спросил он.

Она покачала головой, обняла его за талию и прижалась головой к его груди.

— Нет.

— Уверена? — Кейн провел губами по ее виску. — У меня есть шоколад.

Касси отступила назад, глаза ее внезапно наполнились предвкушением.

— Шоколад?

Улыбнувшись, Кейн провел ее сквозь большую, просторную кухню, украшенную голубыми и белыми плитками и шторами в клеточку, вверх по лестнице на второй этаж. Затем, он затащил ее в спальню, в которой доминировала резная кровать из орехового дерева. Оставив Касси стоять возле шкафа, Кейн зашел в гардеробную и вернулся с тонкой черно-золото коробкой.

— Прямо из Годивы в Брюсселе. — Он подошел к Касси, открыл крышку и показал ей трюфельный соблазн. — Он настолько роскошно вкусный, что отобьет охоту к любому другому шоколаду.

— Правда? — Касси взяла одну из конфет и положила ее в рот.

Кейн ждал, в его груди зародилось тихое рычание, когда Касси закрыла глаза от чувственного удовольствия и слизнула крошечные крошки на губах. Он наклонился и движением языка украл крошку шоколада.

— Как и я отбил у тебя охоту к другим мужчинам, — прошептал Кейн возле ее рта.

Касси вздрогнула, подняла руки и прижала их к твердой мужской груди.

— Высокомерный.

Кейн начал покусывать линию ее челюсти.

— По-мужски уверенный, вообще-то.

— Хммм. — Касси наклонила голову, открывая шею в жесте, который взорвался жаром в теле Кейна. — Ты так и не сказал мне, как добрался сюда раньше меня.

Он нашел нежную точку у основания ее шеи, которая всегда заставляла ее сердце биться быстрее.

— Потом расскажу, — пробормотал он, лаская языком трепещущую жилку.

Она прижалась к нему всем своим стройным телом, но не позволила себя отвлечь.

— Ты что-то от меня скрываешь.

— Ничего важного. — Будь он проклят, если позволит мыслям о Янне испортить весь настрой. — Прямо сейчас я не хочу думать ни о чем, кроме тебя.