Французский связной - Робин Мур

Поднявшись наверх, они пропустили по рюмочке с женой Тони, Маргарет, и Пэтси поиграл с двумя его детьми. В семь вечера он снова сел в "бьюик" и отправился в сторону центра к мастерской Энтони.

Машину он оставил на Восточном Бродвее возле автомастерской, положив ключи под коврик на полу у сиденья водителя. Мастерская была уже закрыта. Завтра, в среду, Феола займется работой. Он поставит на место защитные поддоны и прочие панели, снятые с нижней части кузова, а затем оставит "бьюик" на улице. У них была даже банка грязи из Франции, которую он нанесет на восстановленное шасси. Пэтси перегонит "бьюик" на прежнее место и поставит в гараж, куда в четверг явится Анжельвен, чтобы его забрать. И дело будет сделано.

На углу Восточного Бродвея и Пайк-стрит Пэтси взял такси и доехал до угла Семьдесят девятой улицы и Йорк авеню. Оттуда он пешком прошел пару кварталов к дому 45. Выезжая из ворот гаража в "кадиллаке" Никки, он снова вспомнил о полицейском, который утром здесь что-то вынюхивал. До встречи с Мореном оставалось ещё несколько минут, поэтому он описал круг, проехав на север до Девяносто шестой улицы, а затем вниз по шоссе до Семьдесят третьей, чтобы убедиться в отсутствии "хвоста".

Похоже, все было чисто. На Восемьдесят второй улице его ждал Морен. Они проехали несколько кварталов, пока Морен передавал, что Жеан готов отдать оставшийся товар, если в четверг Пэтси будет располагать всей суммой аванса.

Высадив Морена на углу Семьдесят девятой улицы и Йорк авеню, Пэтси повернул домой в радужном настроении. Еще чуть-чуть – и "золотое руно" у него в руках.

Остался всего один день. Пэтси отвернулся от окна и пошлепал через темную комнату к своей постели. Всего один день. Что может случиться за день?

Проведя бесконечную, холодную и неуютную ночь в своих машинах возле дома Петси Фуке, детективы Эдди Игэн, Сонни Гроссо и агент Фрэнк Уотерс с горечью наблюдали в среду семнадцатого января, как солнце взбирается по морозному голубому небу над Бруклином. Если не считать случайных реплик и ругательств, они практически не разговаривали. Темная щетина Сонни царапала ему горло, он просто чувствовал свой запах и, поморщившись, открыл окно. Уотерс связался с базой, но там не было ничего нового. Рация Игэна продолжала барахлить, и Сонни лениво заметил:

– Ее бы следовало подзарядить.

Игэн буркнул:

– Я предпочел бы, чтобы кто-нибудь подзарядил меня, – и вполголоса выругался.

С помощью всегда имевшегося по рукой у Уотерса набора отмычек ночью они вскрыли и обыскали "олдсмобиль" Петси, но ничего не нашли. Шел уже девятый час, стояло ясное солнечное утро, и весело щебечущие школьники с книжками в руках направлялись в сторону Двенадцатой авеню. Три детектива сутулились в своих машинах, чувствуя себя отверженными.

В восемь тридцать Петси, одетый в короткое шерстяное полупальто, один вышел из дома и сел в свой "олдсмобиль".

– Почему бы вам вдвоем не присмотреть за ним, – предложил Игэн. – А я поеду напрямую к закусочной и встречу его там, если он избавится от вас.

Но Петси не поехал напрямую в свое заведение. Вместо этого он отправился через Манхэттен-бридж в Нью-Йорк, в торговый центр на углу Хьюстон и Форсайт-стрит. Пока Сонни с Уотерсом прождали там до половины первого, Петси занялся закупками для своего заведения – сигареты, коробки содовой, бумажные стаканчики, салфетки, конфеты, канцелярские принадлежности и даже почтовая бумага. Он проделал несколько рейсов со свертками к машине, и когда наконец двинулся в Бруклин, заднее сидение было завалено до верху. Приехав около часа дня к закусочной, Сонни и Уотерс присоединились к Игэну, торчавшему в больнице святой Екатерины, и следующие сорок пять минут наблюдали, как Петси с братом лениво разгружали "олдсмобиль".

В два часа дня Петси один отправился в Нью-Йорк. В этот раз он поехал через Вильямсбург-бридж; он свернул с Деланси-стрит на Аллен-стрит, а потом налево на Восточный Бродвей. Игэн и Сонни, на этот раз вместе, наблюдали, как он медленно ехал по центру улицы, а потом развернулся в обратную сторону и остановился перед авторемонтной мастерской и магазином, вывеска над двойными дверями которых сообщала, что они принадлежат Энтони. Детективы с возрастающим интересом посмотрели друг на друга. Это было то самое место, где давним ноябрьским вечером остановился Петси с двумя спутницами, а потом выехал на канадском "бьюике", который оставил на Черри-стрит.

Петси оставался у Энтони минут двадцать. Когда в два сорок пять он вернулся к машине, с ним было нечто, похожее на черную кожаную сумку или докторский саквояж. Потом в сопровождении весьма заинтересованных детективов Петси вернулся на Деланси-стрит и поехал в сторону Вильямсбург-бридж.

Движение в сторону Бруклина было весьма напряженным, и "олдсмобиль" Петси оказался отделенным от "конвейра" Игэна несколькими машинами. Пока они пробирались между ними, Сонни слегка приоткрыл правую дверцу и приподнялся, стараясь не упустить из виду голубой компакт. Когда поток машин замедлил движение и почти остановился, он раздраженно выругался и выпрыгнул из машины.

– Я побегу вперед, чтобы убедиться, что мы его ещё не упустили, – прокричал он напарнику. Однако через минуту или две движение возобновилось и Игэн догнал Сонни, отчаянно спешащего по центру моста.

– Нам не удастся до него добраться, – выдохнул Сонни, забираясь в "конвейр". – Он на пять или шесть машин впереди нас, так что съедет с моста и исчезнет к тому времени, когда мы отсюда выберемся.

– Ладно, будем надеяться, что он вернется в свое заведение, – Игэн передал по радио команду постам возле закусочной и возле дома Петси. Сами же они тоже поехали к закусочной; и прежде чем добрались до Бушвик авеню, Фрэнк сообщил по радио, что Петси только что вернулся и находится внутри с братом Тони и отцом Барбары.

Тогда детективы возобновили свое наблюдение из больницы. Визит к Энтони их насторожил, а тем более черная сумка, которую Петси брал с собой. Если верно предположению Уотерса о том, что причиной сегодняшней активности Петси вновь стал канадский "бьюик", то авторемонтная мастерская могла оказаться существенным связующим звеном. Что же касается содержимого сумки, то их теории предполагали что угодно, начиная от специального набора инструментов для разборки машины до наркотиков или наличных, необходимых для окончательного завершения сделки.

В распоряжении Бюро по борьбе с наркотиками оставалось всего лишь тридцать два часа до момента окончания срока действия ордеров на обыск и арест. Лихорадочные рассуждения выдавали желаемое за действительность. Но они были бы ошеломлены, узнай, насколько их гипотезы были недалеки от истины. Эмоции и инстинкт подталкивали их нанести удар немедленно, схватить Петси, прежде чем станет слишком поздно – и тем не менее они себя сдерживали. Возможно, они уже опоздали и все пошло насмарку. Но все-таки они цеплялись за надежду, что основные события ещё впереди и преждевременные действия могли разрушить ещё остававшиеся шансы на успех. Следовало продолжать следить за Петси, ни на мгновение не упуская его из виду.

В четыре часа дня Петси и Тони вместе вышли из закусочной и сели в "олдсмобиль" Петси. Машина вновь направилась по Гранд авеню в сторону моста, ведущего в Нью-Йорк, но теперь Пэтси свернул на скоростную дорогу Бруклин-Куинс и поехал к югу. На пост на смену прибыла пара свежих федеральных агентов, а Уотерс в своем белом "олдсмобиле" и Игэн с Сонни на "конвейре" последовали за братьями Фуке к дому Петси. Там они пересели в стоявший возле бровки тротуара пустой серый "кадиллак" Ники Тровато.

Теперь что-то должно было произойти.

Теперь Петси с Тони повторили свой путь на скоростную дорогу. Однако на объезде Манхэттен-бридж Петси повернул в сторону Нью-Йорка. Он съехал с моста в районе Кенел-стрит, ещё раз повернул направо на Пайк-стрит и поехал в нижнюю часть города до Саут-стрит вдоль реки, а там повернул и остановился перед гостиницей "Пайк-слип". Тони вышел и прошел в бар. Петси поехал обратно по Пайк-стрит в сторону Восточного Бродвея.

– Он возвращается в автомастерскую Энтони, – предположил Игэн.

Но, не доезжая одного квартала до Восточного Бродвея, Петси повернул направо на Генри-стрит.

– Тут мы его видели в тот вечер, когда он приехал играть в карты, – сказал Уотерс, – хотя...

– Не забывай, – заметил Сонни, – что на этой же улице живет его бабушка.

Не желая въезжать в забитую улицу вслед за Петси, Игэн и Сонни проехали до Пайк-стрит до Генри-стрит перед тем как повернуть, тогда как Уотерс поехал по Восточному Бродвею, намереваясь обогнуть квартал и перекрыть Генри-стрит с другой стороны.

Но к тому моменту, когда все трое расположились с обоих концов Генри-стрит, "кадиллака" там уже не было. Пока Сонни и Уотерс ждали каждый со своей стороны, Игэн быстро прошел по жилому кварталу от Пайк до Роджерс-стрит. "Кадиллак" исчез. Единственный ответ состоял в том, что, пока они осторожно маневрировали, Петси или стремительно промчался по Генри-стрит, или свернул в какую-то другую улицу. Теперь он мог быть где угодно. Пришлось поднять тревогу по радио.