Искупление - Джейн Рейб

– Я могу убрать чешую и остановить боль, – продолжал мглистый, – если ты убьешь Сабл. Я обещаю. Я дам тебе снадобье, которое ты безуспешно ищешь, подарю тебе жизнь, снова сделаю тебя нормальным человеком и не буду более мешать тебе.

Дамон почувствовал покалывание в руках и ногах, будто снова обрел контроль над ними. Краем глаза он видел, что Рагх и Фиона тоже приходят в себя.

Он несколько минут молчал, отчаянно раздумывая: «Снадобье? Только правду ли говорит дракон?»

Бывший рыцарь уже и не надеялся найти какое-либо средство против чешуи. Он полагал, что жить ему осталось недолго, поскольку сверкающие роговые пластинки распространялись по телу буквально на глазах. Но Грозный Волк не мог согласиться выйти против Сабл – это было бы равносильно самоубийству, гибели куда более быстрой, чем смерть от чешуек.

Он посмотрел на Фиону. Девушка во все глаза смотрела на дракона, но ее лицо ничего не выражало. Дамон перевел взгляд на Рагха, и тот выразительно пожал плечами, словно говоря: «Твое дело». Изуродованный драконид будто забыл о своем обещании поквитаться с Нурой.

«Исчадия Хаоса! Что же еще они украли у Рагха?!»

Повернув голову к Мэлдреду, бывший рыцарь произнес:

– Ты знаешь, что не в человеческих силах убить Сабл.

Мглистый заговорил, и его голос как будто бы дрогнул:

– Тебе помогут. Мои слуги Мэлдред и Нура имеют магическую силу. Твои друзья призвали Фиону и…

– …Рагха, – добавила нага. Она выглядела озадаченной и обиженной тем, что драконид ее не узнавал. – Бескрылый сивак Рагх и Соламнийский Рыцарь Фиона.

– Человек! – прогремел дракон. – В тебе есть силы, которые ты еще должен раскрыть!

«Проклятие! – Дамон понял, что у него нет иного выбора, кроме как согласиться. – Потом, когда я выберусь из пещеры мглистого, можно будет изыскать способ избавиться от Мэлдреда и Нуры. В крайнем случае – убить обоих. Потом и у меня, и у Фионы, и у Рагха может появиться шанс. Но сейчас…»

– Хорошо, – торжественно сказал он. – Для тебя я выйду против Сабл. И если судьба принесет мне победу, ты дашь мне снадобье.

Дракон обнажил зубы в улыбке.

– Безусловно, – прогрохотал он. – Я излечу тебя. И обещаю тебе гораздо больше, нежели излечение. – Мглистый поднял голову, вперив взор в выход из пещеры, где образовалась стена тумана. – Ты, а главное, твоя семья – будете в безопасности.

В тумане появилась картина: залитая светом деревня – иссохшая земля, жухлая трава, чахлые деревья вдоль дороги. Дракон фыркнул, и сцена перенеслась внутрь маленького домика. На убогой постели лежала дряхлая седая старуха-полуэльфийка.

– Рики, – прошептал Дамон с горячностью, удивившей его самого, и в испуге рухнул на колени.

Рикали была накрыта шкурами, вокруг нее возились три женщины, одна из которых вытирала ей мокрый от пота лоб, уговаривая успокоиться.

– Свинство какое! – услышал Грозный Волк знакомое ругательство. – Где Вейрек?

– Ушел, – ответила одна из женщин. – Мы скоро позовем его сюда. Как только ребенок придет.

Полуэльфийка уронила голову и застонала. Картина снова сменилась. Среди редких деревьев вокруг большого костра раскинулся лагерь. Несколько десятков хобгоблинов сновали взад и вперед; один, особенно огромный, сидел на деревянном ящике и точил копье.

По лагерю пронесся плач ребенка. Магическое видение всколыхнулось, и туман в пещере рассеялся.

– Хобгоблины подчиняются мне, – прогремел дракон. – Они не тронут новорожденное дитя и оставят в покое полуэльфийку с ее мужем, если ты согласишься на мое предложение.

Дамон посмотрел мглистому в глаза.

– Я уже сказал, что выступлю против черной драконицы, – произнес он сквозь зубы. – Я всегда сдерживаю свои обещания.

– Я знаю. – Дракон повернулся к наге: – Нура, выдай им хорошее оружие, способное убить Сабл.

Змеедева выскользнула из пещеры и вернулась через несколько минут в облике эрготианки. На плече она несла старую рубаху бывшего рыцаря. В одной руке нага держала великолепный длинный меч, весь усыпанный драгоценными камнями – целое состояние.

Этот клинок Дамон получил в награду за оказанную услугу от Вождя Доннага, правителя людоедов – отца Мэлдреда. Доннаг утверждал, что он когда-то принадлежал Танису Полуэльфу и обладает магической силой. Нага выкрала меч у Грозного Волка во время одного из ее «испытаний».

Вместо того чтобы передать меч Дамону, Нура отдала его Фионе, которая тут же принялась разглядывать свое отражение в отполированной до зеркального блеска стали.

В другой руке Змеедевы была впечатляющих размеров алебарда, на острие которой плясали блики света драконьих глаз. Несколько лет назад это оружие бывшему рыцарю подарила бронзовая драконица, снаряжая его на битву с драконами-владыками. Магический артефакт легко мог пробить даже самую крепкую броню. Находясь под контролем Малис, Дамон напал на Золотую Луну, которая чудом осталась жива. Осознав, что сделал, Грозный Волк больше ни минуты не пожелал держать в руках орудие убийства. Он отшвырнул алебарду, и Риг тут же подхватил ее – мореходу нравилось великолепное оружие. Оно также пропало во время «проверок».

Теперь Нура вручила его Дамону и удовлетворенно кивнула, когда тот, хоть и неохотно, принял магическое оружие. Тем временем дракон отщипнул чешуйку от своего тела и протянул ее Мэлдреду.

– Когда сделаете дело, – произнес он, – используете это, чтобы вернуться сюда.

– А ему что? – спросила нага, кивнув на Рагха.

– Мне ничего не надо, – быстро отозвался драконид, пока мглистый дракон не успел возразить. – Я иду туда, куда идет Дамой, и у меня есть мои собственные возможности.

Мэлдред спрятал чешуйку за пазуху и кивком головы пригласил Дамона и его спутников следовать за Нурой Змеедевой.

– А что, если Сабл убьет нас? – поинтересовался Грозный Волк, прежде чем покинуть пещеру.

– Увидишь, что этого не произойдет, – прогрохотал в ответ дракон. – Но на всякий случай я буду охранять твоего ребенка. Однако только ребенка!

– Удача будет на твоей стороне, – прошипела Нура.

Дамон в последний раз взглянул на дракона, стараясь понять выражение его глаз, полуприкрытых тяжелыми веками, затем вышел вслед за остальными.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что нам не выжить, даже если мы просто сунемся Сабл, – проворчал Рагх, едва они ступили из-под сводов пещеры на простор ночного болота.

– Все когда-нибудь умрут, – безразличным тоном произнесла Фиона. Она сунула меч за пояс и приблизилась к Грозному Волку. Взгляд девушки остановился на алебарде, в ее глазах вспыхнули искорки радости. Изогнутое лезвие отразило свет луны, и этот блик высветил тропинку в кустах. – Хорошо быть снова рядом с тобой. Я так часто оставляла тебя, Риг.