Дочь Мента - Екатерина Ромеро

Лерку к стене, наматываю ее волосы на кулак. Светлые, сука, волосы, а я не люблю светлые. Что у жены, что у секретарши, тошнит уже от них.

Закрыть глаза, почувствовать большие груди в руках. О да! Вот это оно, да! Вот так мне нравится.

— Ай-ай, Сережа, больно!

— Молчи. Заткнись, блядь!

Вбиваться до цветных звездочек в Леру сзади, убеждая себя в том, что еще не пропал. Веря себе и обманывая одновременно. А после со стоном кончить и отпустить едва живую Леру. Дать ей денег, выйти из квартиры и сесть в машину.

Я не знаю, почему меня так штырит. И хуже всего то, что я не знаю, почему сегодня впервые представил Милу на месте секретарши, и мне хотелось застрелиться от того, что при этом происходило у меня внутри.

Она дочь моего врага. Она сама мой враг, но это не отменяет того факта, что я хочу Милу. Как женщину. До дрожи.

***

Звонок, охрана, я уже хотел ехать домой.

— Алло. Что?! Вызывай пожарку!

Блядь, Мила.

Только сейчас вспоминаю, что оставил ее в доме. Уехал тогда, я тупо забыл, сорвался.

Более того, Мила не сможет выйти, потому что я сам же ее приковал к батарее. Я не думал, что настолько задержусь, прошло два часа, сука!

Пожар. Я не знаю, что загорелось и в каких масштабах, я просто гоню со всей дури домой, и, как назло, охрана не отвечает.

Она там. Блядь, Мила ведь там задохнется.

— Куда? Там все пылает!

— УЙДИ!

Толкаю охрану уже на входе, врываюсь внутрь. Дом горит, и мне становится дико. Я же сам, сам же ее наказал.

— Мила! Мила, где ты?

Стягиваю пиджак, дышать невозможно, и жара такая, точно в аду. Быстро вбегаю по лестнице, распахиваю ее комнату, и у меня мороз идет по коже.

Она там. Все еще на полу, прикованная к батарее. Голая, в одних только трусах и топе. Лежит у стены и не смотрит на меня.

— Черт, черт!

Подбегаю и хватаю ее, но наручники не дают поднять с пола. Где ключ, сука, где этот ебаный ключ?!

Открываю наручники, подхватываю Милу на руки, закутываю в свой пиджак и быстро выношу из дома.

Когда-то я желал ей смерти, но точно не такой.

________

Дорогие читатели, спасибо за вашу поддержку и комментарии.

Подписывайтесь на мои новинки, впереди самое интересное.

Глава 32

Слишком долгий сон и слишком болезненный, чтобы быть правдой. Чувствую, словно лечу. И мне совсем не больно. Меня покачивает, и, открыв глаза, я понимаю, что и правда в воздухе. Меня кто-то несет на руках. И у него очень быстро стучит сердце.

Кого звать на помощь? Я не знаю. У меня нет никого, кто бы мог подойти на эту роль. Я думала, что мой спаситель – это Сергей. Хотя бы на тысячную долю он будет за меня, но теперь я знаю, что это неправда. Он оставил меня в доме сгорать заживо, так какой смысл мне звать его теперь? Зачем это?

Захожусь тяжелым кашлем, дышать тяжело, невыносимо.

— Мила, дыши.

Распахнув шире глаза, вижу Сергея, это он несет меня на руках. Вокруг белые стены, это больница, а значит, я пока еще жива. Куколка еще не сломалась, рано, наверное, все впереди.

Чувствую, как Сергей опускает меня на кушетку. Осторожно, точно я хрустальная ваза, хотя это далеко не так.

Молчу. Не знаю, что сказать. Наговорились мы уже, наорались, нацеловались даже. Смотрю только на Сергея. Он без пиджака, испачкался в саже и сейчас прожигает меня взглядом. Холодным, опасным, да, мы снова враги, хотя никогда и не переставали быть ими.

Не клеится диалог, не хочу его видеть, не буду. Отворачиваюсь к стене, Волкодав молча выходит.

Его сменяет врач, меня осматривают и слушают, дают успокоительное, судя по тому, как быстро меня клонит в сон.

Наступает ночь, но снов нет. Их все дым забрал себе.

Уже утро, распахиваю глаза от голосов. Я в палате, и я жива. На удивление, зверушка крайне вынослива, что бы с ней ни делали, что бы ни делал Он.

За дверью кто-то спорит, улавливаю интонации Вики и Сергея. Супруги бранятся – только тешатся, так?

Дверь распахивается, и я быстро подбираюсь, готовясь к защите, хотя у меня нет никакого оружия. Я лежу под одеялом, сердце колотится как у мышонка. Главное, не показывай страх. Порой мне кажется, что Волкодав только и ждет, когда я сломаюсь.

— Как ты, Мила?

— Еще жива, – пожимаю плечами, хотя внутри ураган. Я сама к нему полезла целоваться. Что на меня нашло? Как дура. И как же стыдно мне теперь, внутри все в узел скручивается, а Сергей рядом стоит. Такой высокий, строгий, такой мой и чужой одновременно.

Смотрю на свое запястье. Оно перебинтовано. Осторожно провожу по нему кончиками пальцев, при этом замечая, как темнеет взгляд охотника.

— Ты поранилась об наручник. Будет небольшой шрам.

— Почему вы меня забрали?

— Начался пожар.

— Нет, почему вы меня забрали из пожара? Это ведь было наказание.

— Это была проводка. Я не мог этого знать.

Запястье болит, но внутри куда хуже, ведь я понимаю, что ничего не поменялось. За дверью ждет Виктория. Он с ней, Сергей женат, а я… я все так же дочь мента. Никто, просто игрушка в его руках.

— Вы никогда ошибок не делаете, но все же совершили точно одну ошибку.

— Какую?

— Надо было тогда в лесу просто нажать на курок прицельно в меня, так бы не жалели теперь, – говорю честно, так, как привыкла, как он меня научил. Слезы застилают глаза, и я с силой ухватываюсь за одеяло. Не смею поднять глаза, это сильнее меня.

Вздрагиваю, когда чувствую ладонь Сергея. Он кладет мне ее на голову, едва касаясь, проводит по волосам.

— Я ни о чем не жалею. Я ни разу