Стигма ворона (СИ) - Горина Юлия Николаевна

— Погоди, я правильно понял? Ты…

— Дослушай сначала? — перебил его Дар, нахмурившись. — Взамен по окончании службы нам, всем троим, оформят подлинные документы, с которыми мы сможем со спокойным сердцем ехать хоть на все четыре стороны!.. Свобода, Эш! У нас наконец-то будет настоящая свобода, без боязни, что какие-нибудь стражники…

У Эша в глазах потемнело.

— Какие нахрен стражники, Дарий?!

— Не будь идиотом, Эш! Которых Даган пустил бы следом за нами! — уже разозлился Дарий. — Причем ловили бы нас не столько стражники, сколько заставные! Думаешь, здесь так сложно выследить троицу воинов, среди которых есть мальчишка-лучник и грудастая девица?

— Ой, как здесь жарко становится… — с незнакомой интонацией промурлыкала Шеда, расстегивая верхнюю пряжку на своей безрукавке.

Но мужчины были слишком увлечены разговором, чтобы обратить на это внимание.

— Правильно ли я понимаю, что ты подписал нас троих на три месяца службы у этого Дагана? — негромко, но с такой яростью спросил у приятеля Эш, что его голос зазвенел в ушах.

— Я подписал нас всех на получение бумаг, с которыми у нас впредь не возникнет таких сложностей, как сейчас! — прикрикнул на него Дарий, поднимаясь со стула. — Дурак малолетний, лучше бы спасибо сказал!

— Сказать спасибо за что? За то, что ты без моего ведома надел мне ярмо, от которого я всю свою жизнь пытался освободиться? — выпалил Эш, не отступая ни на шаг и выдерживая взгляд Дария. — Кто сказал тебе, что ты вообще в праве что-нибудь решать за меня?

— Я сделал все правильно, и это на благо нам всем!.. — вспылил Дар. — А что мы должны были делать? Бегать искать по городу, в какой подворотне тебя благодарит за спасение твоя шлюха? Тебя не оказалось рядом, а решение нужно было принимать немедленно!

— Так и принимал бы — за себя только! Я не стану служить никакому Дагану, понял? Я свое уже отслужил.

— Хочешь выплачивать штраф в сто мин за убитого стигматика? Или сбежать, чтобы кроме одной погони по своему следу пустили еще одну? — возмутился Дарий.

— Раз уж так, я лучше буду штраф выплачивать!

— Где ты возьмешь сто мин за три месяца Эмеша?..

— Да плевать где, не твоя забота! — взбесился Эш. — А вообще все, что вам нужно было сделать — это просто не лезть ни во что! Так трудно было постоять в сторонке?

— Он не смог стоять в сторонке, когда меня ударили, — каким-то хмельным голосом вновь протянула Шеда. — Духи не просто так выбирают себе одержимых, они усиливают скрытые и даже тайные желания…

Дарий забористо выругался.

— Да, мы вляпались! — крикнул он Эшу. — Но в итоге-то все хорошо вышло!..

— В каком месте хорошо?! Кроме того, он теперь еще знает, что мы — беглые!

— Да, но он думает, что мы беглецы с переднего края!

— Какая в жопу разница?!

— Эш, ты ведешь себя, как ребенок!..

— Мммм, нет, он уже не ребенок… — промурлыкала Шеда, запустив свою руку Эшу по внутренней стороне бедра.

Эш подавился словами, которые собирался выплюнуть в лицо Дару. Он вырвался от похотливой ладони и обернулся на девушку.

— Ты что творишь?..

Шеда с пьяной улыбкой поднялась с постели и, выразительно покачивая бедрами, двинулась к парню. Ее стигмы слабо мерцали.

— Говорю же, духи собирают свою дань не только мясом… Не только смертью…

Плавным движением руки она распустила застежки на своей безрукавке.

— … Но и более приятными вещами… А вы оба такие возбуждающие, когда ссоритесь…

Эш попятился, уставившись на ее пышную, маняще покачивающуюся грудь.

Дарий остолбенел.

Девушка игриво прильнула к мужчине всем телом, положив руку ему на поясной ремень, а второй рукой она поманила Эша.

— Ну же, мальчики, — проговорила Шеда, улыбаясь. — Просто маленькая дань созвездию сатира. Нам всем понравится, я обещаю…

Глава 17

Девушка манила Эша, обнажая в улыбке белые влажные зубки.

Ему мгновенно стало жарко.

Облизнув кончиком розового языка раскрасневшиеся мягкие губы, Шеда двинулась к юноше. От нее исходил терпкий запах желания. Нетерпеливой рукой девушка словно намазывала его на свое тело, спускаясь трепетными пальцами от дорожки промеж грудей к тому месту, где пряжка поясного ремня врезалась в нежную смуглую кожу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он сделал еще один шаг назад — и уперся в стену.

Бежать!

Спотыкаясь, Эш бросился к двери. Вылетев из комнаты, как ошпаренный, он сбежал по лестнице вниз и выскочил на улицу.

Бодрящая прохлада ночи дыхнула ему в разгоряченное, залитое пунцовым румянцем лицо.

— Да ну нахрен, — выпалил он, обращаясь к двери у себя за спиной.

Сгорбившись, Эш сунул руки в карманы и отправился прочь, подальше от дома.

— … Дань сатиру… — бурчал он себе под нос. — Придумала тоже… Очуметь можно…

Ветер растащил облака, и теперь в черном небе сияли россыпи звезд.

Город казался мирно спящим, будто и не было только что побоища на базарной площади. Молчаливые дома смотрели на пустынные улицы черными сонными окнами.

Где-то вдалеке подвывала собака.

На ветру влажная одежда мгновенно остыла, и теперь от нее становилось только холодней. Но не смотря на это в груди у Эша до сих пор все горело и жглось.

Серая кошка, сидевшая столбиком у дороги, мяукнула, глядя на проходящего мимо человека с таким презрением, точно подслушивала у Верры за дверью. И знала, как постыдно он шарахнулся от полуголой женщины и сбежал.

— Ну? Чего уставилась? — недружелюбно спросил Эш у кошки, остановившись.

Та мигнула зелеными глазами, размышляя, потом вдруг подхватилась и, выгнув спину, с угрожающим завыванием бросилась Эшу под ноги и тут же стремглав умчалась прочь.

— Вот дура, — выругался Эш, адресуя свою фразу то ли хвостатой твари, то ли не только ей одной.

В мертвенной тиши раздались лязгающие звуки подков — где-то неподалеку проезжали караульные.

Парень вздохнул. Встречаться со стражниками ему совсем не хотелось, возвращаться в дом — тоже. Задрав голову, Эш окинул взглядом крыши и тут же заприметил славную башенку с маленькой аркой, в которую, по всей видимости, когда-то вставлялся щиток с родовым гербом или часы. И эта арка с густой черной тенью будто была создана для того, чтобы кто-нибудь там скоротал эту ночь.

Прикинув, каким образом туда лучше добраться, Эш прошел немного вперед и, торопливо осмотревшись, ловко влез по рельефному фасаду наверх.

Выпрямившись, он взглянул на лежавшие внизу дома, на узкие тиски улицы, на соседние крыши и звезды над ними — и улыбнулся.

Здесь, у края небес, Эшу было хорошо.

Бесшумно карабкаясь по кровлям почти вплотную стоявших домов, парень добрался до нужной ему крыши. Потом ловко прошел по коньку к башне и собирался уже нырнуть в арку, как услышал недовольный хриплый голос:

— Куда прешь, недоделанный? Занято здесь!

Эш опешил.

Впрочем, а чего он ждал? Место было слишком соблазнительным, чтобы пустовать.

Но отступать Эш не собирался.

— Это же не ночной горшок, а крыша! Подвинешься.

Он шагнул вперед, и в следующее мгновение услышал приглушенные ругательства и скрежет скатившейся по наклонной кровле куска черепицы.

Бряц!

Черепица плюхнулась вниз, на мостовую, расколовшись на куски, а от башни к коньку метнулась бесформенная черная тень, обретая более четкие очертания.

В свете звезд и слегка подросшего месяца Эш увидел, как что-то непонятное, высотой с трехлетнего ребенка, заторопилось прочь. Существо странно переваливалось из стороны в сторону, волоча за собой то ли тяжелый шлейф, то ли хвост, как у слизня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Парень озадаченно вытаращился на силуэт, и тут же услышал хриплое ворчание:

— Притащился тут, понимаешь…

Создание юркнуло с крыши куда-то вниз, снова цепляя хвостом кусок черепицы.

— Эй, погоди! — неуверенно крикнул ему вслед Эш. — Я ничего тебе не сделаю!..