Ночь длинных ножей - Виктор Кузнецов

После сдачи экзамена на реферецдара в Юре летом 1931 г., в качестве получателя стипендии, которую выхлопотал для него профессор национальной экономики Йенс Петер Йессен, Олендорф поехал учиться в Италию в университет Павии. Пребывание в этой стране, которое должно было послужить для изучения общественно-политических наук и подготовки к карьере ученого, наложило заметный отпечаток на дальнейшую жизнь Олендорфа. Он превратился в убежденного противника итальянского фашизма. Его критика была направлена главным образом против авторитарно-автократических особенностей фашистского государственного строительства, а также корпоративности. В представлении Олендорфа во главе угла должна стоять, как он выражался, «народность», которая должна активно действовать при посредстве «носителей национального сознания». Он отвергал господство отдельных личностей, которое, в его представлении, впоследствии воплотилось в «государстве фюрера». Олендорф очень серьезно отнесся к идее национал-социализма, который он счел истинным мировоззрением и стал развивать свою собственную, в высшей степени индивидуализированную идеологию в области экономики. Тем самым он не только нередко вступал в конфликты со сторонниками официальной партийно-политической линии, но и подвергал их довольно смелой критике. Но такой критический настрой его ума вовсе не означал, что Олендорф не является убежденным национал-социалистом, который от всей души поддерживал такие существенные пункты национал-социалистического мировоззрения, как расизм[85].

Наряду с политическими исследованиями Олендорф предполагал использовать свое пребывание в Италии в целях создания базы для, как он выразился, «жизненного призвания». Под этим он, по-видимому, подразумевал быструю научную карьеру в одном из немецких вузов. Поэтому стипендия должна была помочь ему получить ученую степень. Кроме того, Олендорфа преследовала мысль подать заявление на конкурс на замещение должности преподавателя вуза. Ни одна, ни вторая идея не осуществились. Летом 1932 г., ничего не добившись, он вернулся в Германию и сначала продолжил юридическое образование. Оставив нелюбимую специальность, он принял предложение своего учителя Йессена, который осенью 1933 г. помог ему получить должность заместителя директора Института мировой экономики в Киле. Однако вскоре учитель и его ученик вступили в конфликт с местной парторганизацией и студенческим коллективом. Это противоборство обострилось настолько, что летом 1934 г. Йессену пришлось, в конце концов, оставить Киль. В конце 1934 г. следом за ним Олендорф уехал в Берлин, где получил должность руководителя отдела Института прикладных наук. Однако и в столице рейха Йессену и Олендорфу не удалось осуществить свои планы-создать национал-социалистический экономический вуз. Так же, как и в Киле им помешали не столько политические, сколько материальные причины. Эта неудача, по-видимому, означала для Олендорфа крах надежды на научную карьеру[86].

На данном отрезке времени ничто не указывало на то, что этот среднеодаренный, однако, честолюбивый интеллектуальный деятель Третьего рейха преуспеет. Его личные амбиции, пожалуй, указывали на то, что его столь же неконформистское, сколь и мечтательное упорство, с которым он отстаивал собственное «мировоззрение», помешает его успехам. В октябре 1936 г. Олендорф совершил поступок, оказавшийся решающим для его дальнейшей карьеры. В мае 1936 г. при посредстве профессора Йессена и активизировав свое почти пассивное членство в СС, он стал руководителем отдела 11/23 (экономика) службы безопасности. Его захватила перспектива, связанная с СД, — создать разведывательную службу, которая в условиях системы, где отсутствует общественное мнение, может служить корректирующим органом государственного руководства. У Олендорфа появилась единственная, по его мнению, возможность в тесном контакте с народом указывать на ошибки национал-социалистического мировоззрения и государственного руководства и тем самым своевременно реализовать свое давнее желание — влиять на процесс формирования национал-социалистического мировоззрения, которое он был поистине предназначен осуществлять благодаря изучению модели итальянского фашизма. В дальнейшем он как специалист участвовал в создании службы изучения мнений и достиг положения руководителя штаба всего центрального управления. Однако эту должность он занимал лишь в течение непродолжительного времени. Благодаря «бескомпромисснокритическим» докладам об угрозе среднему сословию, которую представляет собой четырехлетний план, и его враждебному отношению к Имперской продовольственной организации он вызвал неприязнь со стороны Лея и Дарре. Он практически «застыл» в СД. Однако, чтобы получить возможность осуществить свое представление о национал-социалистической политике относительно среднего сословия, Олендорф попытался получить возможность работать в области экономики и уволиться из СД. Однако Гейдрих не одобрил эту попытку, но затем согласился уменьшить объем его работы в СД и дать ему возможность заняться «достойной» деятельностью.

В июне 1938 г. Олендорф получил должность руководителя рейхсгруппы, занимающейся вопросами коммерции, и там создал новую платформу для своей «экономической идеологии», которая, по существу, противостояла официальной партийной линии, Немецкому трудовому фронту и Имперской продовольственной организации. Спустя непродолжительное время он завоевал расположение большинства сотрудников и членов партии и в ноябре 1939 г. был выдвинут на пост главного руководителя рейхсгруппы, занимающейся вопросами коммерции; Олендорф был обязан грядущей войне тем, что в июне 1939 г. Гейдрих вновь привлек его к работе в СД, вспомнив о его организаторском таланте. Он возложил на него ответственные задачи по реорганизации высшей бюрократии СС и в сентябре 1939 г. назначил его руководителем III управления (жизненно важные области Германии). При этом на Олендорфа была возложена ответственность за изучение общественного мнения в рейхе.

Возникает вопрос, почему Гейдрих назначил на эту должность именно Олендорфа, человека неудобного во многих отношениях? Наверняка это объяснялось недостатком экономистов среди членов СС. Должно быть, благодаря изучению общественно-политических наук и тесным контактам с известным специалистом по национальной экономике Йессеном, Олендорф приобрел репутацию специалиста. Этому, возможно, также способствовало изучение им экономической политики при работе в рейхсгруппе, занимавшейся вопросами коммерции и исследованием среднего класса Германии. В конце концов, среднее сословие было исключительно важной для НСДАП группой населения. Из него произошло большинство членов и сторонников партии, которые, должно быть, испытали разочарование в годы политики усиленного перевооружения. Из возвышенных обещаний, которые дал среднему сословию режим во время прихода к власти, зачастую возникала противоположная картина. Это вполне понятно для человека, который возлагал большие надежды на среднее сословие.

Следует отметить в этой связи, что, продолжая работать в рейхсгруппе, занимавшейся вопросами коммерции, деятельность в РСХА он сочетал с таковой в управлении экономикой. В известной степени он оказался востребованным благодаря своему нонконформизму. Поскольку отчеты, относящиеся к изучению общественного мнения, как следует из концепции безопасности, разработанной руководством СС, должны входить в систему раннего оповещения, их составление следовало доверить человеку, которые смел выражать неудобные вещи. При этом, как вскоре выяснилось, он оставался верным режиму. Когда миновала, самое позднее, тяжелая начальная фаза войны, критические интонации, казалось, не сочетались с победными настроениями, и вскоре самонадеянный идеолог Олендорф стал больше интересовать руководство в этой ипостаси, чем экономист и организатор. Короче говоря, у него снова появились затруднения. Прежде всего, все

больше стали ухудшаться его отношения с Гиммлером. Рейхсфюрера СС, который сам претендовал на звание первостатейного идеолога, не устраивало «сознание выполнения своей миссии» Олендорфом, которого он считал слишком дерзким. К этому следует добавить и личные антипатии. В глазах Гиммлера Олендорф казался «невыносимым, лишенным чувства юмора пруссаком», «пораженцем» и «пессимистом», хоть и, вследствие его идеологической твердости, «стражем национал-социализма». Но, во всяком случае, разногласия никогда не доходили до того, чтобы Олендорфу пришлось оставить службу в СС. Он сделал карьеру, постепенно поднимаясь по служебной лестнице, став группенфюрером СС и генерал-лейтенантом полиции.

В сознании широких слоев общественности имя Олендорфа связывалось не столько с деятельностью в области безопасности или экономики, сколько с разработкой им идеологической войны против СССР. С июня 1941 по июль 1942 г. он был начальником карательной группы D, орудовавшей в районе действий 11-й армии. Под его руководством было убито свыше 90 000 человек. По его словам, он противился этому назначению и по инициативе Гейдриха был отозван из группы. По-видимому, шеф РСХА намеревался этого «не по-солдатски мягкотелого интеллектуала, которому недоставало жесткости и политической ясности солдата» заставить соблюдать безусловную преданность национал-социализму, а также, в соответствии с «лозунгом», что все мы находимся в одной лодке», исключить оппозицию с его стороны и сделать послушным орудием РСХА, заставив Олендорфа участвовать в массовых расправах. Возможно, «далекий от реального мира» теоретик должен был сталкиваться и с более ужасными вещами, вроде грязной «практической работы». Судя по всему, при этом Гейдрих имел не только поддержку Гиммлера, но и санкцию со стороны руководителя партийной канцелярии Бормана, которому была не по душе склонность Олендорфа к антропософам.