Чужие свои - Вад Капустин

Шестиногие охотники с восторгом суетились вокруг пленника, наверняка, радуясь крупной добыче.

— И все равно вам меня не съесть, — объяснил Седов. — Силовое поле не одолеете. И так я буду висеть тут на стенке годами, пока не кончится энергия. И никто вас больше не спасет.

Ужасная мысль придала ему сил, и Валерий снова забился в паутине, еще больше запутываясь, но вновь и вновь громко повторяя по-андхарски:

— Авао суу! (Я друг!).

— «Я — друг»! — Седов одновременно пытался докричаться до рейси в эмофоне, надеясь, что пауки почувствуют, уловят хотя бы эмоции.

Но связанный сетью, подвешенный на тонкой нити паутины вниз головой на стене, Валерий не мог сосредоточиться. И эмофон охотников уловить не получалось — мешало защитное силовое поле.

— Я друг, — еще раз в отчаянии повторил он по-русски.

— Ми йаундао («Не понимаю»), — вдруг пропищал по-андхарски маленький паучок, напряженно уставившись пленнику в глаза.

— И йаундаи! («Ты понимаешь»)! — с восторгом взвыл Седов. — Йамайа — воу! («Позови старших»!).

— Воу хама! («Старшие идут»)! — звонко прощебетал малыш, счастливый от сознания, что сумел объясниться с загадочной добычей. Он что-то просвистел остальным, и нить, паутины, удерживавшая Седова в подвешенном состоянии, резко удлинилась. Кокон с пленником рухнул на каменный пол подземелья.

— Вот спасибо, ребята, удружили, — прохрипел по-русски посредник. — Хорошо, что головой со всего маху не приложился — силовое поле спасло. А то я бы с вами сейчас поговорил…

Паучки не ответили, хотя было заметно, что к словам пленника напряженно прислушиваются. Освобождать добычу тоже пока не стали: очевидно, дожидаясь пресловутых старших. Но, главное, начало положено! — утешил себя Валерий. — И кто-то из рейси знает андхарский. Да и лежать на полу все-таки лучше, чем висеть в паутине вниз головой.

— Авао суу, — зачем-то повторил Седов.

— Меххри говорили, что гуманоиды быстро размножаются, а потом всегда притесняют и преследуют пауков. Что трем расам сложно ужиться вместе. Сказали, что мы — самый развитый из трех народов, и нам пора выйти на галактическую арену. Обещали нам отдельную планету и добились нашего согласия. Добровольного, с подписанием контракта. А потом заманили сюда, на Голодную планету, и бросили. Вот так нас и обманули, — закончил печальный рассказ старый крупный рейси, которого привела ребятня.

Наверняка, старик был еще свидетелем и участником исхода с Раваны, — невольно подумал Седов, которого, наконец, освободили от сети и усадили на почетное место у искусственного светильника рядом с паучьим патриархом. Имя старика, поначалу показавшееся совершенно непроизносимым, с трудом удалось озвучить как Хсфоуг-ирсин.

Рыжая шерсть на головогруди рейси побелела от старости. Валерий даже не предполагал никогда, что паук тоже может поседеть. К счастью, Хсфоуг-ирсин прекрасно говорил по-андхарски и охотно делился с пришельцем воспоминаниями:

— Сначала очень многие погибли от голода и холода, потом мы спустились в подземелья и научились охотиться и довольствоваться малым. Но от двухмиллионного народа осталось едва ли четыреста тысяч.

— И все вы живете здесь? В этом подземелье? — спросил Валерий, которому больше всего хотелось как можно быстрее вывести выживших рейси на поверхность и вернуть на Равану.

— Да, — подтвердил старик. — Мы организовались, создали общину, избрали правительство, трех старших, триумвират, который решает все важные вопросы, учит молодежь, распределяет добычу. Я глава триумвирата и имею право решать.

— Отлично. Ты понял, зачем я пришел? — прямо спросил посредник.

— Дети сказали, что ты — друг и пришел помочь, — рейси с надеждой посмотрел на Валерия. — Голодная планета не слишком хороша для жизни, и мы будем рады переменам. Ты сможешь вернуть нас домой?

— Смогу, — пообещал Седов. — Но для этого нужно вывести рейси на поверхность. Всех, все четыреста тысяч. Там, на поверхности, пища, которую я привез. Перед перебросом вы сможете поесть. Сколько времени займет выход?

— Мы хорошо организовались, — повторил старик. — И наши дети послушны. Думаю, одного оборота планеты будет достаточно. Наверное, пауку я ни за что не доверился бы. Но ты похож на наших братьев-андхаров и говоришь на их языке. Тебе я поверю.

Подъем действительно прошел быстро и организованно. Рейси давно обнаружили какие-то пологие выходы из пещер, и колонны рыжих паучков, непрерывным потоком выползая на поверхность планеты, с любопытством осматривались, пытались ловить крупных бабочек, и с интересом исследовали контейнеры.

— Не суетитесь, ребята. Вам уже повезло. Я пришел вам помочь, — Седов щелкнул коммом, распечатывая контейнеры с тюбиками синтезированной питательной плазмы, содержащими строго рассчитанные флусками нормы суточного рациона.

— Не торопитесь с едой, — предупредил дипломат, заметив, как поспешно хватают молодые пауки огромные упаковки с тюбиками. Он вновь вспомнил, что насекомые, даже самые разумные, могут легко наесться до смерти, не имея внутренних ограничителей аппетита.

— Не беспокойся, — сказал незнакомый, побледневший почти до желтизны от бесконечных лишений, взрослый паук. Он стоял рядом с главой рейси и, по всей видимости, был вторым членом триумвирата. Третьей оказалась огромная самка, командовавшая целым выводком юных паучат. Имена остальных двоих стариков Валерий даже не стал пытаться запомнить, решив обозначать их порядковыми номерами. Хватит с него Хсфоуг-ирсина. Пусть будут Второй и Третья.

— За шестьдесят циклов мы научились сдерживаться. А это, — Второй указал лапой на суетливый молодняк, — просто распределители. Дети отбирают корм не для себя, а для раздачи.

— Это лишнее, — сказал Валерий. — Такие контейнеры разбросаны по всему периметру выхода, и сейчас они уже открыты для того, чтобы все рейси могли получить питание перед тем, как я переправлю вас домой, на Равану. Одного тюбика вполне достаточно, чтобы наесться. В каждом суточная норма рациона.

— Ты многое обещаешь, и, кажется, готов выполнить обещания. Кто ты? — спросил глава триумвирата Голодной планеты.

— Кто я? — вопрос оказался неожиданно сложным.

Кто он? Землянин? Альтаирский посол? Все это будет для рейси непонятно. Советник? Но галактической должностью хвастаться не хотелось, да и смысл работы посредника Координационного Совета Содружества пришлось бы объяснять паукам слишком долго, и Седов выбрал самое понятное из своих многочисленных званий:

— Я — Валерий Седов, Великий бог андхаров.