Газлайтер. Том 34 - Григорий Володин

Гепара вовремя хватает её за руку, удерживая от прыжка к дельфинам — Змейка уже начала принимать боевую форму, и кожаная портупея с треском лопнула на набухших выпуклостях её тела.

— Змеечка! Дельфинов есть нельзя.

— Не вкусно, фака? — не понимает хищница.

— Они «хорррошие, фака», — пытается объяснить Гепара на её языке.

— Ммм… — Змейка зависает, но дельфины уже остались позади, и поздно кидаться за ними.

До Хризантемы плыть три часа, потому на яхте предусмотрен обед. Спустя час пути мы собираемся в небольшой каюте-столовой. Повар выходит к нам бледный, виновато разводит руками, лицо вытянутое, сам едва держится на ногах:

— Простите, господин… Холодильник сломался еще на берегу. Все морепродукты испортились. Я не знаю, что подать на основное, — бедняга явно боится, что я его уволю.

Мы уже расселись вокруг японской плиты, встроенной в центр стола — тэппан. На ней жарят мясо, рыбу, овощи. Но жарить-то нечего.

Я задумчиво перевожу взгляд на нашего неубиваемого кровника:

— Грандбомж, может, тебя на тросе спустить? Наловишь нам лососей?

Но тут Змейка, так и не сбросившая боевой облик, вскакивает, хвост с пластинами ударил по полу.

— Мазака, рррыба будет! — рычит она и ныряет прямо сквозь палубу вниз, в воду.

Не проходит и нескольких секунд, как она выскакивает обратно, мокрая с головы до пят, и тащит в когтях огромную акулу. Та ещё живая, хвостом лупит по полу, но Змейка держит её железной хваткой и ухмыляется во все зубы:

— Ланч, мазафака!

Грандбомж оживляется, выпускает кровавые щупальца и в считанные мгновения разделывает тушу на аккуратные куски. Я быстренько вывожу токсины с помощью геномантии, а то акулье мясо пропитано аммиаком. Каждый берёт себе ломоть, кладёт на плиту в центре стола. Мясо шипит, сок брызжет, запах свежей рыбы и прожаривающегося мяса мгновенно наполняет каюту. А повар, заметно приободрившись, уже бегом несётся на кухню — подавать гарнир.

После сытного обеда я усаживаюсь на верхней палубе — там в углу сделан удобный закуток с мягкими кожаными сиденьями, широкими и глубокими, так что можно и развалиться, и вытянуть ноги. Спинка идёт полукругом, словно обнимает сидящих, а сбоку стоят низкие столики для кружек и блюд.

Рядом со мной устраивается Змейка. Она то и дело делает попытку вскочить, чтобы нырнуть за очередным дельфином или китом, что выскакивают из воды в брызгах, но ножки её не держат потяжелевшую Горгону. Она только высовывает язык вслед.

Чуть погодя, с лёгким шорохом падает рядом Лена. Она поправляет оби — широкий пояс на своём кимоно, чуть натягивает его плотнее и устраивается ближе.

— Спасибо, что взял меня, Даня, — вдруг говорит градоначальник Невинска. — Если честно, я думала, ты Свету выберешь.

Я пожимаю плечами, глядя в синеву горизонта:

— Светка ещё много где побывает. Она любит драки, а драки любят ее. А тебе не помешает отпуск после всей этой кабинетной работы, — тут я понимаю, что Лене нужна не сухая практичность, а что-то большее, не расчёт, а чувство. Девушки вообще эмоциональные амфибии: вроде и разум включают, но сердце всегда требует подтверждения. Поэтому добавляю: — Да и вообще ты моя первая жена, и всегда будешь занимать особое место в моём сердце, староста.

— Спасибо, Даня, — глаза у неё сразу блеснули, в них появилась та радость, которую никакая логика не подарит. Она кладёт голову мне на плечо, и мы сидим вместе, любуясь проносящимися пейзажами. Солнце играет бликами на воде, ветер несёт солёный запах, а сбоку слышно сытое урчание Змейки.

Через пару часов мы прибываем к храмовому причалу. Маленький островок — отрезанный от всего остального мира. Добраться сюда можно только двумя путями: либо на вертушке, либо по морю. Даже взлётной полосы нет.

Яхта швартуется, и дежурящие на пристани послушники ведут нас сперва в специальную гостиную. Там приходится переодеться в кимоно — храмовый дресс-код строгий, без вариантов. Даже Змейку ухитряемся затянуть в традиционное одеяние: правда, ткань на ней натянулась так, что выдающиеся формы всё равно выпирают. Боевой облик она менять отказалась, поэтому идёт в своём обтягоне.

Колян уже ждёт с арендованной машиной. Он везёт нас по серпантину метров на пятьсот в гору, где раскинулся храмовый комплекс. Дорога короткая, но успеваешь сесть –как уже на выход.

— Мать выводка, ты вместе с Грандбомжом подождёшь в машине, — велю я, прежде чем выйти. — Держи связь, скоро можешь понадобиться.

— Мазака, ессс! — Змейка серьёзно прикладывает верхнюю правую когтистую руку к голове, нижнюю правую — к груди.

Вместе с Гепарой и Леной прохожу сквозь каменную арку. Храм сразу поражает: резные колонны уходят вверх, словно бесконечные, в воздухе витает густой аромат благовоний, а где-то под расписными сводами тихо звенят колокольчики. И поверх этого накатывает ощутимый всплеск Астрала — словно невидимая волна прошла сквозь пространство и задела нервы. Я чувствую это мгновенно, и Гепара рядом напрягается. Жрецы замечают нашу реакцию и тут же начинают шептаться, переглядываться, суетиться. Даже без сканирования видно — телепатов среди них немало.

— Здравствуйте, паломники, — не успеваем дойти до стойки, как перед нами возникает лысый жрец в кимоно, усыпанном вышитыми золотыми хризантемами. Такой узор дозволено носить лишь самому настоятелю Вечерней Хризантемы. — Вы не обычные посетители, и потому позвольте избавить вас от дежурных процедур.

— Благодарю, настоятель. Король Данила, — произношу я свой истинный титул намеренно, подчёркнуто, отбрасывая «дайме» и прочие местные приставки. Хватит играть в чужие церемонии: я не подданный Японии и уж тем более не обязан соблюдать их феодальные условности, когда сам Император заинтересован в моей помощи. Разве что лёгкий кивок оставляю — дань уважения лично настоятелю. — А это моя жена, королева Елена, и моя избранница Гепара.

Обе девушки синхронно кланяются, как того требует этикет.

— Ваше присутствие — честь для нашего храма, Ваше Величество, — настоятель отвечает поклоном. — Ваш партнер по причащению уже ждёт вас.

— Как понимаю, нам понадобится услуга жреца?

— Верно. Я сам вас причащу, — спокойно кивает он. — Ваши спутницы могут подождать здесь?

— Да, — соглашаюсь я и бросаю взгляд на спутниц. Девушки послушно уходят в сторону центрального зала, направляясь к алтарю.

Тем временем настоятель ведёт меня в небольшую комнату. У противоположно стены водяной бассейн мерцает мягким светом, над поверхностью клубится лёгкий пар, словно сама вода дышит. На скамье уже ждёт Хаято. Завидев меня, он