Перед бегущей - Иван Мак

- А как вы оцениваете тот бой, который вы провели в космосе совсем недавно? — спросил командир.

Айвен рассказал вкратце о событиях в космосе, сказав, что знает о розыгрыше.

- Я надеюсь, вы не посадили в них людей? — спросил он в конце рассказа.

- Нет. Там никого не было. — сказал командир. Казалось, что этот ответ ему дался с трудом. — У нас не было другого выхода. — словно извиняясь, произнес он. Это было понятно.

- Я на вашем месте, наверное, тоже принял бы множество мер, чтобы проверить неизвестного пришельца. — сказал человеку Айвен.

- Мы получили подтверждение, что у вас есть сверхсветовое перемещение. — сказал человек, переходя на другую тему. Айвен даже не знал, что это за подтверждение, но он не собирался отрицать это. Раз они получили это подтверждение, то ему будет проще. Не нужно доказывать то, что они сами поняли.

- Я думаю, что вам это будет интересно. Насколько я знаю, у вас есть перемещение во времени. — ответил Айвен, показывая, что тоже немало знает о Такесаннах. Айвен сказал, что эти перемещения имеют связь, а затем объяснил, что скорее всего не сможет передать Такесаннам секрет перемещений в простарнстве из за войны, которую они вели.

- Возможно, за ними кто-то стоит. — сказал Мак после упоминания о машинах Дакатов. — Может быть, Дакаты не все уничтожены. И мы хотели бы это выяснить. Если это так, то война могла бы быть окончена. — Айвен хотел, чтобы человек понял его. Понял бы, что какими бы не были врагами Такесанны и Дакаты, все же они могли бы достичь мира.

- Нам ничего не известно о Дакатах. Их не видели уже несколько сотен лет. Машины скорее всего уничтожили их всех. — сказал человек, видимо не совсем поняв, что именно хотел сказать Мак.

- В любом случае надо найти подход к ним. — проговорил Мак о машинах. — Если не заставить покончить с войной, так уничтожить. И в этом мы могли бы вам помочь. Помочь установить контакт, если он вообще возможен.

- Я думаю, что этот контакт невозможен. — клонил в свою сторону человек.

- Но ведь мы смогли установить с вами контакт? — спросил Мак, словно упоминая о том, что его посчитали машиной. — Хотя, как я понимаю, у вас нет доверия к нам. Видимо, вас вынудила пойти на встречу демонстрация нашего оружия. Я не хотел бы, чтобы этот страх двигал вами. Вы не должны бояться. Мы не враги. — Мак не знал, как убедить человека. Демонстрация силы действительно могла выбить из колеи кого угодно. Но, в конце концов, это не он устроил эту демонстрацию.

- Ваше оружие действительно очень сильное. Мы даже не знаем, что это за оружие. — Пилокка хотел, чтобы Айвен рассказал об оружии.

- Я не могу говорить вам о нем. — сказал Мак. — Могу сказать лишь, что оно приводит к дезинтеграции химических связей в объекте атаки. Объект распадается на отдельные атомы, а после прекращения воздействия атомы соединяются обратно. И вероятность, что они вернутся в прежнее положение, просто нулевая.

- По-моему, все это глупо. — вдруг вступил в разговор доселе молчавший Пилс. — А откуда берется энергия на распад? Ваш луч, каким бы ни был мощным, не может воздействовать сразу на весь объект.

- Закон сохранения энергии в обычном его понимании здесь не действует. — начал объяснять Мак. — Так же, как не действует запрет на сверсветовые скорости для лучей, воздействующих на объект. Они просвечивают вещество так же, как свет проходит сквозь воздух.

- Все это не реально. — говорил Пилс. Он вдруг разошелся, говоря о том, что все, что он видит, всего лишь его видения. Пилс даже начал грозить убийствами всем вокруг, считая, что это ничего не изменит.

- Ты что, Пилс? — удивился командир.

Пилс разошелся вконец, сказав, что командир — это всего лишь картинка, а затем без всякого повода изменил себя, превратившись в сетвера, биовещество которого Айвен использовал для произведения мутации Пилса.

Командиру, похоже, стало плохо, и Мак, выключив стабилизацию поля, направил на него воздействие для поддержания в сознании, а на Пилса приказ вернуть человеческий вид.

Полевая связь оказалась включенной, и Мак услышал мысли Пилса и Пилокки.

«Чертова машина.» — думал Пилс. — «Плевать мне на твои розыгрыши. И ты знаешь, что я думаю о тебе, о том, что ты мне здесь показываешь.»

А мысль Пилокки коснулась того, что прибор чтения мыслей вдруг заработал. Мак аж усмехнулся про себя. Оказалось, что он, сам того не подозревая, лишил командира возможности проверить мысли пришельца и человека. Хотя мыли Айвена он все равно бы не понял.

- Вам лучше, командир? — спросил Мак. — Мне надо было предвидеть, что этот тип может выкинуть подобную штуку.

«Сам ты тип.» — думал про себя Пилс.

- Он изменил свой вид, командир. — продолжил Мак, улавливая одновременно мысленный вопрос Пилокки об этом. — Я понимаю, что это сложно воспринимать. Когда-то со мной было то же самое.

«Ну, давай, говори. Я все равно тебе не поверю.» — говорил про себя Пилс.

«Что же это такое? Как все это понимать? Может, я уже тоже перестаю воспринимать реальность?» — пришла мысль от Пилокки.

Айвен понял, что пора заканчивать разговор. Человек уже был на пределе.

- Командир, я думаю, что нам пора разойтись. — сказал Мак. — Вам надо все обдумать. Я вижу это.

«Машина видит, что мне надо подумать?» — слышался мысленный вопрос Пилокки. Это уже было странно. Похоже, Пилокка все еще считал Айвена машиной.

- Вы мне не верите. — сказал ему Мак.

- Хорошо. Я пойду. — произнес командир.

- Остановитесь, командир. Я хочу поговорить с вами. — произнес Пилс. Айвен был наготове, чтобы тот не выкинул бы еще что-нибудь.

- Поговорить? Конечно, Пилс. Что ты хочешь сказать?? — ответил командир, останавливаясь.

- Я хочу пойти с вами, командир.

- Это невозможно, Пилс. — возразил Айвен.

- Почему? — спросил Пилокка.

- Скажи, Пилс. — сказал Айвен. Он знал, что командир услышит его мысль. — Только честно, без обмана.

«Убить вас всех к чертовой матери.» — последовал мысленный ответ Пилса. Он был в ярости от бессилия что-либо сделать.

- Вот поэтому, командир. — сказал Мак.

«Но что поэтому? Ведь Пилс не сказал ни одного слова?» — думал Пилокка. Было похоже, что он вообще ничему не поверил. Ведь Мак уже говорил Такесаннам, что читает мысли.

- Вы слышали его мысль. Я это знаю так же, как знаю то, что вы думаете сейчас. — сказал Айвен, понимая, что командир не может воспринять его мысль.

Последующая мысль Пилокки была невнятной, а затем он совсем скрыл свое поле и повернувшись ушел, так ничего и не сказав. Было ясно одно. Пилокка плохо выдержал всю эту встречу. Наверняка она оказала на него сильное психическое воздействие, особенно из-за выходки Пилса. Мак уже жалел, что взял его с собой на встречу.