Ты снова станешь моей - Инна Стужева

бы уже потому, что до одури напоминает мне Занозу. И типажом, и чертами.

Или это из-за недотраха уже так кажется? И в каждой проходящей мимо блондинке мне тупо чудится Ви. Так и свихнуться, пожалуй, недолго.

В общем, девчонка зачетная и вполне могла бы скрасить нам вечер…

Но не успеваю и рта раскрыть, как из-за спины выскакивает братец, сонную одурь которого сдувает в момент, оттесняет меня от девчонки и сообщает громко, что я ненадолго заехал и уже собираюсь уходить.

Расшаркивается перед ней, словно она хрустальная ваза, предлагает не обращать на меня внимания и утягивает поскорее на кухню. Чтобы не сбежала должно быть. А может, чтобы на меня не запала.

Приходится рассматривать с расстояния.

И да, должен признать, есть отчего поволноваться. Девчонка развернется и сбежит того гляди. Хоть и идет за братом, но вздрагивает от каждого шороха, особенно напрягается, когда замечает, что я на нее пялюсь.

Но не пялиться я тоже не могу из-за этой странной похожести на Занозу.

Довольно весело наблюдать, впрочем, за всеми стараниями брата. Чтобы он вот так суетился вокруг девчонки, боясь напугать словом или жестом. Скрывая и стараясь изо всех сил притушить рвущуюся из него похоть. Это, бля, не каждый день такое увидишь. Я лично не видел еще ни разу.

В реале втрескался в нее или только до первого траха?

Гордей уводит девчонку на кухню, тут же возвращается и сейчас же накидывается на меня.

- Арина не такая, как все твои девки, - задвигает он мне. - Так что при ней бросай давай свои замашки.

- Красивая. Теперь я понимаю, почему ты на нее запал.

- Разберись сначала со своей красивой, потом уже пялься на других.

- Девчонку отбивать у брата последнее дело, так что не боись, - задвигаю, чтобы он расслабился слегка.

Я совсем что ли, по его мнению, без тормозов? Никогда между нами такого не водилось.

Чтобы успокоился окончательно выдвигаю свой план относительно Ви, ребенка и теста. Мысли о Занозе сразу же переключают меня в другой, далеко не благодушный, но зато не настолько бесящий брата режим.

И тут, словно в насмешку, едва думаю о ней, как слышу из-за двери ее голос.

Здесь, в квартире брата, ее, блядь, голос, заставляющий снова ее хотеть и ни о чем другом больше не думать.

Подаюсь к двери и понимаю, что это девка Гордея разговаривает с ней по телефону.

- Я сбежала от них к своему знакомому, - шелестит она на пониженных, - только не ругай меня, Ви, пожалуйста.

- Я бы отругала, - слышу, будто и сам стою рядом, - да вот сама, представь себе, сейчас сбегаю. Игорешин отец на днях объявился.

На этих словах дыхание мое перехватывает, и я замираю, едва дыша и весь обратившись в слух.

Но что так уверено сказала «отец», все же успел уловить и сделать определенные выводы.

- Как? – ахает девчонка.

Правильно, золотце, выспроси у этой сучки лживой как можно больше подробностей.

- А вот так. Приперся в нашу деревню и требует теперь тест ДНК. Очнулся. Если выяснится, точнее, когда выяснится, что ребенок от него, грозится его забрать. Я соврала, что отец не он. Ясно и отчетливо. Но нет, ему же вдруг нужны доказательства. Только тест, к сожалению, все подтвердит и тогда он точно захочет забрать Игорька.

Так значит все-таки мой.

Мой.

Без всякого, блядь, теста мой. Уже ясно, что мой. Прямо сейчас ясно.

По крайней мере сама она в этом уверена.

И теперь просто тянет время и врет мне прямо в глаза!

Злость, вперемешку с чем-то непонятным, но в чем некогда сейчас разбираться, затапливает.

Но я не даю эмоциям выхода, потому что дальше наступает самое главное.

- Перебираюсь к Лизе Самсоновой, помнишь ее? Обещала приютить ненадолго.

Я тоже помню эту девчонку, точнее ее локацию, как-то подвозил к ней Занозу и отложилось, потому что настроение было на максимуме и двор оказался темным и пустым. Нам вдруг дико приспичило. Трахнулись прямо в машине в том дворе. Ви тогда долго и мощно кончала.

И вот сейчас, словно в насмешку…

Но тут до меня доходит полный смысл вообще разговора.

Пока я тут зависаю и окунаюсь в воспоминания, в этот блядь, самый момент, Заноза сваливает и снова собирается оставить меня с носом.

Врываюсь в кухню, чтобы перехватить телефон из рук девчонки и высказать сучке пару ласковых, но вызов уже завершен, а Бельчонок пятится и взирает на меня своими большими испуганными глазищами.

Ну конечно, как же я сразу не допер.

- Дем, ты чего?

Брат тут же встревает и отгораживает меня от своей недотроги. Цепной пес, бля, не иначе.

- Конечно. Я сразу же должен был это понять, - озвучиваю свои мысли.

Потому что блядь, сестра это ее. Она, когда встречались, часто задвигала про младшую, все подарки ей какие-то покупала и пересылала.

Но я, бля, никак не мог подумать, что непорочная девственница Гордея окажется той самой «маленькой скромной любимой сестренкой».

Что, впрочем, на данный момент не самое важное из того, что я узнал.

Сбегает, блядь, сука.

И знала, главное, все это время, когда твердила, что от Макса, знала, что ребенок этот от меня, а не от него.

Мой.

Бля, это реально пиздец, как скручивает, когда уже нет никаких сомнений.

И пусть только попробует свинтить от меня сегодня. Пусть только попробует...

- Что понять? - не понимает меня Гордей.

- Все, - отрезаю я и пулей вылетаю из кухни.

(Эти же события, но глазами Арины можно прочитать в книге «Хочу твоим первым» гл 47 и 48)

…

К тому времени, как паркуюсь и вижу, что она выуживает ребенка из такси, я накрутил себя так, что зол, как сто чертей. ( Эти же события есть другими глазами в книге "Хочу твоим первым" конец гл 51).

Потому что, блядь, как лоха все это время разводила и сегодня снова собралась, в очередной уже раз.

Сука.

Подлетаю к ней и перекрываю им с ребенком проход. Дергается, хоть и знает, что это все равно, что против танка котенку переть.

И младенца снова от меня загораживает.

Моего, блядь. А ни от какого-то там Макса или другого. Хотя тест я все равно проведу.

- Думала, снова меня наебать, да? Думала, бля, не достану тебя здесь? Думала, получится скрыть, что ребенок мой? –вываливаю сразу все, что крутится на