Беспредельная Римская Империя. Пик расцвета и захват мира - Анджела Альберто

Для обеспечения безопасности передвижения с течением лет будут возведены полицейские пункты (stationes), с патрулями, следящими за порядком на дороге. Вдобавок в некоторых областях устанавливались контрольные посты с часовым, по одному на каждую милю.

Злоупотребления и использование служебного транспорта в личных целях

Но отнюдь не все путники могут воспользоваться услугами придорожных станций и постоялых дворов. Во всяком случае, не бесплатно.

Подобные точки обслуживания предназначены для тех, кто состоит на государственной службе, то есть разъезжает по заданию властей. Например, курьер-вестник: он должен каждый раз представлять специальное письмо (diploma), которое уполномочивает его менять лошадей и мыться в термах.

Эта сервисная система, так называемая cursus publicus, была изобретена Августом главным образом для рассылки государственной корреспонденции по территории империи. Курьеры (speculatores) могут быстро сменить лошадей и поспать, чтобы затем снова продолжить путь. Вполне удачное предприятие, если представить, что после этого почта ускорится лишь с изобретением локомотива.

Тот, кто путешествует по своим делам, может рассчитывать на подобные удобства только за плату. Разумеется, многим власть имущим хотелось бы обладать дипломом, однако требуется получить одобрение императора. Действительно, только он или же его уполномоченный представитель может подписать диплом. Многие даже оказывают давление, чтобы обзавестись разрешением. Другие в официальном порядке просят императора сделать для них исключение и подписать бумагу. Так случилось с Плинием Младшим, правителем Вифинии, провинции в Малой Азии, который в 111 году (то есть «совсем недавно» по отношению к изучаемой нами эпохе) обратился к самому Траяну со следующими словами: «Мой господин, я до сих пор не предоставил диплом никому… Между тем моя жена узнала, что умер ее дед, и, поскольку ей нужно было добраться до своей тетки, мне показалось жестоким отказывать ей в выдаче диплома…»

Конечно, злоупотреблений со стороны власть имущих было предостаточно, с фактами передачи и даже продажи дипломов (подобное преступление каралось смертной казнью).

Сегодня мы могли бы сравнить с императорским разрешением полномочия использовать в личных целях служебную машину с водителем и мигалкой…

Известны отдельные случаи с участием государственных чиновников, которые в обход правил пытались реквизировать у постоялых дворов имеющихся лошадей (там содержалось до сорока голов коней и мулов) либо старались устроить на ночлег в своих комнатах друзей и родственников.

Когда быстрая и легкая повозка с девушкой и рабом выезжает с постоялого двора и продолжает путь, навстречу ей галопом несется всадник. Он врывается во двор и на ходу соскакивает с коня. Это — императорский вестник (speculator). Управляющий догадывается о срочности дела по озабоченному выражению лица курьера. Он очень молод, весь в веснушках и красных пятнах от напряжения. Юноша достает диплом из кожаного футляра-тубуса, висящего наперевес, и подает управляющему с просьбой выдать самого быстрого скакуна. Мужчина немедленно приказывает запрячь коня и разворачивает документ ради формальности, даже не вчитываясь. Затем внимательно смотрит в глаза молодого человека: «Парень, все в порядке?» Тот жадно пьет из кувшина, и струйки воды стекают ему на грудь. Жена управляющего, принесшая юноше воды, просит пить не спеша. На лице женщины играет материнская улыбка. Она видит в нем одного из своих детей, взятых на службу в один из северных легионов, XXII легион Фортуны Перворожденной. Хозяева узнали о приграничных стычках от другого курьера, проезжавшего здесь несколько дней назад. Затем новости прекратились. Вестники не должны ничего сообщать посторонним, однако некоторые новости все же просачиваются. Такие, как весть о крупной победе над варварами. И юноша, слегка волнуясь, подтверждает, что грядут поощрения и повышения для всех. Его документ адресован как раз на север, в Могонтиакум, командующему легионом.

Управляющий улыбается, кладет руку на плечо юноше и вручает ему флягу доброго вина со словами: «Возьми и употреби с пользой, но только после скачки!» Молодой человек смущенно благодарит, а затем впивается зубами в лепешку с пресным сыром, приготовленную женой управляющего. Но завершить трапезу нет времени. Конь готов и запряжен. Одним махом юноша взлетает в седло, не нуждаясь в табуретке, подставленной конюхом. Потом оборачивается и, улыбаясь, прощается с хозяевами постоялого двора. Еще секунда, и он уже скрылся за воротами в облаке пыли…

Скорость римского курьера составляет в среднем 7 километров в час, с учетом остановок из-за перемены коня. Подобная цифра означает прохождение 70 километров в день (в отличие от 20–30 километров, проходимых пешеходом, и 35–45 километров у едущих в колеснице).

Лайонел Кэссон подсчитал, что, двигаясь таким образом, курьер, выехав из Рима, может прибыть в Бриндизи за семь дней, в Константинополь — за двадцать пять, в Антиохию (в Сирии) — за сорок, а в Александрию Египетскую — за пятьдесят пять дней.

На самом деле, когда приходится «жать на газ», вестникам удается увеличить скорость втрое и покрывать до 210 километров за одни сутки, с учетом ночной скачки. Здесь используется уже знакомая нам система с ездой без передышки или с краткими остановками, напоминающими пит-стоп в «Формуле-1».

Так произошло, например, с вестью о мятеже в рядах легионов в Могонтиакуме, в Германии (где находится «штаб» нашего XXII легиона Фортуны Перворожденной), в 69 году. Понадобилось всего восемь или девять дней, чтобы об этом узнали в Риме.

Во всех этих придорожных структурах простым путникам не запрещено есть и спать, но только тогда, когда имеются свободные места. И потом, придется платить за услуги из своего кармана, в то время как держатели диплома все получают бесплатно. Кроме того, если вы заняли комнату, но прибыла официальная делегация, а мест не оказалось, вас попросят освободить помещение без лишних церемоний.

Реджо-Эмилия

Античные анекдоты

Сцены одной свадьбы

После долгой дороги женщина провела ночь в одной из гостиниц Пьяченцы (Placentia), а затем вновь отправилась в путь, чтобы вовремя добраться до Фиденцы (Fidentia) и не опоздать на свадьбу лучшей подруги.

Состоялась превосходная церемония. Невеста была облачена в великолепную, шафранного цвета паллу, лицо полуприкрыто огненно-оранжевой фатой, столь яркой, что девушка казалась факелом (недаром эту фату называют «фламмеум»), голову украшал миртовый венец.

Жених сегодня, как ей показалось, стал еще соблазнительнее с момента их знакомства. Возможно, благодаря особенному дню или соседству подруги, воистину исключительной женщины. Она внимательнейшим образом следила за каждым этапом церемонии. Конечно, во время жертвоприношения быка ей пришлось зажмуриться, но жрец-предсказатель вдруг улыбнулся столь непринужденно, искренне обещая молодоженам счастливую жизнь, что все лишь подивились его оптимизму. Как правило, столь положительные заключения не часто услышишь… Но, хорошо зная новобрачных, все согласились, что они заслужили их сполна.

Роскошный пир со множеством приглашенных продолжался до вечера, невзирая на попытки ветра помешать гостям.

А затем наступил ее черед внести свою лепту.

Когда все поднялись и свадебный кортеж направился к дому жениха, именно она, лучшая подруга невесты, сопроводила ее на брачное ложе, где уже возлежал супруг, улыбаясь полной желания улыбкой. Он снял с новобрачной плащ и развязал тройной узел туники. Пока гости покидали дом, оставляя пару наедине, подруга, прежде чем уйти, бросила прощальный взгляд на страстно целующихся влюбленных. Она закрыла дверь с улыбкой, вздохнула и примкнула к остальным.

Пока все удаляются с факелами и лампадами, мы задержимся. Вечер свеж, звезды сияют, одаривая нас своим дрожащим светом. Мы возвращаемся, храня в памяти образ целующихся молодоженов… Что же, римляне целуются в точности как мы?