Мученик - The Author Accursedman

— Просто вытащи ее, это даже не ранение. — сказала безразлично А, слегка улыбаясь.

Ей явно было приятно наблюдать за моими страданиями. Ну или “небольшое” сражение её раззадорило, сложно понять.

Я потянул кусок ветки снова, но измазанные кровью пальцы подвели меня и, когда я вытащил ее наполовину, соскользнули, отломив один конец. Разумеется, я закричал. А хмыкнула себе что-то под нос.

— Я могу вытащить её, если тебе так тяжело. — продолжила А. Столько позитивных эмоций в ее голосе я не слышал даже, когда она разговаривала с Сестрами. — Хотя продолжай, давно я не слушала человеческих криков.

Пусть я и хотел бы принять её предложение, инстинкт самосохранения подсказал мне, что лучше сделать это самому. Я приложил последнее усилие пальцами и резким движением вырвал ветку из ладони, сопровождая действо плачущим стоном.

Какой позор. Я даже не участвовал в сражении, а оказался единственным, кто понес потери с нашей стороны. Волкам, конечно, повезло гораздо меньше, так что мне грех жаловаться. Второй рукой я попытался заткнуть кровоточащую дыру в кисти и в этот же момент произошло то, что даже А заставило открыть свои глаза. Мои ладони засветились. По рукам разливались свет и тепло, а затем… рана просто пропала. Исчезла, словно её никогда не было. С исчезновением причины, боль, как следствие, тоже мгновенно угасла, а место ранения лишь немного саднило, как если бы мышцы были перенапряжены после длительной тренировки. Это была гладкая, бледная, почти не искаженная трещинами и мозолями от тяжелого труда, ладонь, какой я привык её видеть. Как же это…

— Что ты сделал?! — размышления в моей голове были бесцеремонно прерваны до боли знакомой фразой.

В этом мире никто не уважает мои права на личное пространство. Вместе с головокружением от кончающегося в легких воздуха, я ощутил дежавю.

— Я не знаю. — честно ответил я, глядя в её ужасные открытые глаза.

— Зато я знаю! Знаю, что ты лжешь! Такой как ты! У нас, в Улье! Ты всё знал с самого начала, не так ли!?Ты думал, мы не поймем, кто ты?! — она яростно трясла меня в воздухе, словно тряпичную куклу, но у меня не было для нее ответа.

Понимая, что в этот раз А меня не отпустит, я ухватился руками за ее волосы, напоминающие жвалы и, от отчаяния, потянул. Как и ожидалось, это не дало результата, но А поняла, что мне немного некомфортно умирать от удушья. Никогда еще я не был так рад дышать свежим чистым воздухом на природе.

— Всё равно ты никуда теперь не денешься. Лучше будет, если твоя история про потерю памяти окажется правдой. — заявила она. — А я ведь действительно почти решила тебе довериться. Так и знала, что все люди одинаковые.

Пока я откашливался, А молча обходила поле боя с волками, небрежно перекидывая через плечо их останки. Прямо со всеми внутренностями и стекающей с них кровью, пачкая свое красивое одеяние. Впрочем, мне нет дела до ее красоты. Она уже дважды чуть не убила меня во время перепадов настроения.

— Сейчас мы пойдем обратно. Я потом решу, что с тобой делать. Никому не говори о том, что сегодня произошло. Вообще ни слова, ни о нашем разговоре про Рами, ни о том, что было сейчас. Если ты и вправду он, то у нас может быть не так много времени, прежде чем Мама поймёт, что к чему…

Дальнейшее бормотание А я не расслышал. Такое ощущение, что теперь она знает обо мне больше, чем я сам. Закончив собирать тела, А жестом сказала мне следовать за ней. Несмотря на то, что я сгорал от любопытства насчёт того, что же узнала А, мою голову заняли совсем другие мысли.

Вдобавок, по каким-то непонятным мне причинам, я начал постоянно чувствовать Фуву поблизости. Думаю я теперь о нём тоже гораздо чаще, чем хотелось бы. Он начал мерещиться мне на деревьях, в кустах, за спиной — повсюду, но когда я смотрел напрямую туда, где я его ощущал, я не обнаруживал ничего похожего на плюшевого убийцу. Хочу надеяться, что это просто паранойя. Я сразу же спросил А, не чувствует ли она, что кто-то следует за нами, но та заверила, что это невозможно.

— Мало кто может подкрасться ко мне так близко, чтобы остаться незамеченным. — гордо заявила она, но легче мне не стало. — Неожиданно. Похоже, Рами сегодня и вправду поймала что-то. Вместе с нашей добычей, мы втроем собрали достаточно пищи. Остальное добудут другие Сёстры-воины. Завтра попробуем охотиться группой, так что никакие выдуманные звери на тебя не нападут. Подумать только, глупый человек дал атаковать свой разум какому-то дикому животному! Если ты не можешь защититься от чего-то подобного, однажды просто умрешь от того, что тебе мысленно прикажут убить себя. До войны у меня были Сёстры которые могли такое делать… Хорошие были времена.

Да-да, жалкие люди причинили тебе так много зла и боли на страшной войне. Вот только я к этому не причастен и такого отношения явно не заслуживаю. Я мог бы придумать какое-то едкое замечание по этому поводу, но сил на спор не было. Если честно, хотелось даже попросить её вернуть мне оружие, чтобы я мог опереться на копьё, как на трость. Тем не менее, я не стал этого делать, потому что в ответ я бы наверняка услышал очередное оскорбление в сторону человечества.

Так, подождите, какая ещё охота завтра?! Ещё что, не всё?! Мне и завтра придется этим заниматься?!

Пытаясь прогнать плохие мысли, я выглянул вперед из-за спины А и увидел маленькую фигуру в знакомых одеждах. Рами стояла у входа в Улей и светила своими красными глазами в полумраке, явно ожидая нас. Рядом с ней на полу барахталось нечто, похожее на спортивную сумку, обернутую мерцающей серебряной нитью, как заматывают скотчем ручную кладь в поездах или самолётах.

— Сестрица, я смогла! — Рами буквально светилась от счастья. — Одна! Мне никто не помогал!

Не глядя на младшую сестру, А посмотрела на кокон и ответила:

— Да, отличная работа. С нетерпением жду новых успехов. — сухой ответ без эмоций в голосе. Словно начальник, который воспринимает успехи подчиненного как должное.

Возможно, для А это был не такой уж и значимый трофей. Возможно, она и вправду не поняла, насколько важно это было для её сестры. Тем не менее, Рами осталась довольна даже таким ответом.

— Поздравляю. — вклинился я. — Я вот, увы, ничего не поймал и чуть не помер.

— Судя по