Анти-Горбачев (СИ) - Тамбовский Сергей

— Ничего себе, — присвистнул Заваров, — это ж Волгу купить можно.

— По госцене да, — поправил его Романов, — но вы же сами знаете, что в свободной продаже их у нас не бывает — но конкретно для вас будет. Но я ещё не закончил… за каждый забитый мяч тому, кто забил, полагается ещё пять тысяч рублей, а вратарю и защитникам, если отстоят на ноль, выплатят те же самые пять тысяч. И если победа будет с разницей в три и больше мячей, то ещё по пять тысяч каждому. Бонусная программа, как это называется в странах капитала, — пояснил он.

— А тренеру что-то будет? — подал голос от стенки Малофеев.

— Обязательно, Эдуард Васильевич, — заверил его Романов, — об этом отдельно поговорим.

— Всё здорово, Григорий Васильевич, — только и нашёл, что ответить, Блохин, — мы очень постараемся. А ещё, — добавил он после секундного колебания, — хорошо бы распространить такую программу на все последующие матчи сборной.

— Мы подумаем над этим, — ответил Романов, вставая со стула, — а на предмет игры от обороны вы всё-таки подумайте — у датчан очень сильный состав.

И он вернулся в правительственную ложу, где Щербицкий с Патиашвили сидели каждый с бокалом чего-то светло-коричневого, обсуждая предстоящую встречу.

— Мне тоже налейте, — сказал Романов перед началом беседы — ему плеснули коньяка Двин.

— А теперь рассказывай, как там настроение у наших? — попросил Щербицкий.

— Настроение бодрое, готовы порвать соперников на тряпки, — пошутил Романов, — а если серьёзно, тренера там надо бы поменять — Малофеев не тянет.

— На кого? — немедленно среагировал Патиашвили. — Ахалкаци был бы хорошим кандидатом.

— Лучше Лобановского никого не найдёте, — возразил Щербицкий, — только он результат даёт.

— Надо подумать, — серьёзно отвечал Романов, — сейчас всё равно перерыв в отборе наступает до осени, вот осенью и примем решение.

А тем временем трибуны встретили футболистов рёвом и аплодисментами — полностью стадион, конечно, заполнен не был, но 70-75 тысяч точно сидело на своих местах.

— И хорошо бы разрешить продажу пива во время матчей, — добавил Романов, — только не в стеклянной посуде. Хороший дополнительный доход принесло бы.

А судья тем временем дал стартовый свисток, и датчане немедленно ринулись в атаку. У них, кроме упомянутых Лаудрупа с Элькьяером выделялись ещё братья-близнецы Ольсены и какой-то Серен Лербю. Они передвигались очень быстро, передавали мяч очень точно и постоянно прорывались в дыры нашей защиты. За первые 15 минут Романов насчитал десять ударов по нашим воротам, причем семь пришлись в створ — ладно, что Дасаев был в форме и выручал пока.

— Даааа, — выдал сентенцию Щербицкий, — судя по такому началу, будет за счастье, если ничью сгоняем.

— А всё потому что Кипиани с Гуцаевым по позвали, — гнул свою линию Патиашвили.

— Нет, — отвечал им Романов, — всё потому что Россия не футбольная страна, полгода снег лежит, тренироваться только в зале можно. А в Англии, например, в январе самая футбольная пора.

А наши футболисты тем временем оправились от стартового натиска датчан и мяч у них хотя бы начал задерживаться. Заваров с Черенковым разыграли коротенькую стеночку, после чего случился первый удар по воротам соперника. Притихшие было трибуны встретили его дружным вздохом.

— Может ставки поставим на исход? — неожиданно предложил Щербицкий.

— Я не против, — быстро отозвался Романов, — даю червонец на победу нашей сборной с разницей в 2 мяча.

— Я на ничью ставлю, — сказал Патиашвили, а Щербицкий в свою очередь поставил на наше поражение.

— И кстати про ставки, — вспомнил Романов, — надо бы официально это разрешить, спортивный тотализатор в смысле. Ничего же плохого в этом нет, если люди будут более азартно следить за исходом матчей… а миллионы на этом всё равно не сколотишь.

— Согласен, — буркнул Патиашвили, — у нас в Тбилиси всё равно же полно подпольных контор этим занимается — надо поставить их в правовые рамки, чтобы доход государству приносили.

А судья тем временем свистнул перерыв, команда ушли отдыхать, а Патиашвили продолжил свои умные мысли:

— И новые виды спорта хорошо бы у нас начать развивать…

— Закончите свою мысль, — предложил ему Романов, — а то не очень понятно, о чём вы.

— Ну как же, — отхлебнул из бокала грузинский лидер, — во всём мире кроме футбола с хоккеем популярно что?

— Что? — переспросил его Щербицкий.

— Автогонки и бокс, это 3 и 4 номера по популярности, — пояснил Патиашвили. — Формула-1 и профессиональный бокс, вот два названия, которые сейчас бьют рекорды по зрительской популярности.

— А ведь и верно, — отозвался Романов после хорошего глотка Двина, — и что бы нам не взять на себя один из этапов Формулы-1… кто уж там сейчас в лидерах идет?

— В прошлом году Ники Лауда на первом месте был, — проявил знания Щербицкий, — в этом пока лидирует Ален Прост, оба из команды Макларена.

— А хорошо бы, чтобы была ещё команда «Волга», ну или там «Жигули», — тут же вставил свои 5 копеек Романов, — и чтоб не на последних местах. И этап например в Сочи или в Одессе прекрасно вписался бы в программу соревнований. А и боксёры у нас ничуть не хуже, чем за рубежом — кто уж там сейчас на слуху?

— Майк Тайсон, — помог Романову Патиашвили.

— Вот-вот, наши Заев и Савченко вполне могли бы его положить в честном бою.

— Второй тайм начинается, — напомнил Щербицкий.

— Да, — согласился Романов, — давайте молча поболеем за наших парней.

Датчане, похоже, немного выдохлись в первой половине встречи, поэтому второй тайм они начали довольно осторожно. А наши ребята, напротив, активно играли в отборе и мяч у них начал задерживаться на продолжительное время.

— Пока что моя ставка бьёт ваши, — заметил Патиашвили.

— Ещё не вечер, Джумбер Ильич, — ответил ему Романов, — целых полчаса ещё играть.

И тут Заваров с Белановым разыграли очень красивую комбинацию, которую начал наш вратарь, точно выбросив мяч к центру поля. Два коротких паса, забегание Беланова справа, обыгрыш защитника и точный пас чуть назад. Заваров положил мяч в ближний верхний угол и запрыгал на поле от радости.

— А, — обрадовался Романов, — что я говорил…

Но датчане и не думали сдаваться — Элькяер бороздил переднюю линию, как небольшой трактор Кировец, Лаудруп со старшим Ольсеном умело подыгрывали ему. Короче говоря, чтобы сравнять счёт, им понадобилось меньше десяти минут.

— Однако скоро финальный свисток, — заметил Патиашвили. — Готовьте ваши денежки…

— Подождём свистка, — мрачно заметил Щербицкий, ему-то выигрыш не светил в любом случае.

Судья добавил к основному времени матча целых пять минут — но игра у наших ребят что-то не клеилась, а датчан, похоже, ничейный результат вполне устраивал. Время ползло быстро и неумолимо, вот и последняя минута пошла… и тут наконец проснулся бывший незаметным до этого Фёдор Черенков. Получил мяч на левом краю в центре, аккуратно обыгрался в стеночку с Гоцмановым, накрутил датского защитника и что есть мочи влупил с линии штрафной площадки. Такие мячи залетают в одном случае из тысячи — очень аккуратно он закрутился в дальнюю девятку. Вратарь Уле Квист прыгнул, конечно, как сумел, но достать такой высокий мяч было нереально. Стадион взорвался бурей аплодисментов.

— Феде надо будет двойную премию выписать, — сказал вполголоса Романов.

— Что? — не понял Патиашвили, — какую премию?

— Да это я так, иносказательно, — выкрутился тот, — гоните по червонцу, дорогие друзья.

Романов зашёл после игры в раздевалку нашей команды, но деньги, конечно, прямо там вручать не стал — сказал, что перечислят на расчетные счета в сберкассе.

— Вы молодцы, — заметил он, — такой трудный матч вытащили. А Фёдор так вообще фантастический гол соорудил — скажи прямо, если бы ещё десять раз пробил с той точки, сколько раз попал бы?

— Ни разу, Григорий Васильевич, — усмехнулся Черенков, — само собой как-то так вышло.