Древо жизни. Том 1 - Алексей Алнашев

– А что тогда есть уход со своего жизненного пути для набора силы? – продолжаю я.

– Давай, возьмем этот же пример, что Матушка и Батюшка не позволяют тебе познать эти ремесла да делать этими ремеслами вклад в семью, делать то, что считаешь для себя необходимым и полезным. Посмотри, это обстоятельство приводит тебя к нам. Ты прибегаешь к нам и познаешь эти ремесла. А, придя домой, применяешь их вопреки Матушке и Батюшке, да делаешь так, что одно заглядение. И как ты при этом чувствуешь себя?

– Шикарно. Я делаю свое дело, которое мне нравится и получаю от этого делания радость.

– Так. А радость что в тебе пробуждает?

– Желание одарить весь свет своей радостью и любовью.

– Вот так. Теперь тебе это ясно?

– Да, ясно. Но вот, как быть по поводу листьев?

– А что листья? Это события в жизни что дитя, что взрослого. Как раз они и создают возможность, чтобы из них выросли веточки, а затем ветви пошли на разброс силы или на сбор силы. Ясно?

– Да.

– Тогда что сидим? Идем косить траву. А то ишь, расселись здесь, как бояре за пирровым столом, – ворчит деда Коля.

И мы покорно встаем да идем: кто косить траву, кто – растрясать, а кто – собирать сухое сено.

Глава 14

КОГДА УХОДИТ ДЕТСТВО…

Однажды ранним утром я прихожу к бабе Гуле помочь заготовить сено на втором покосе. Мы косим траву, идя навстречу друг к другу, на разных рядках. Да как равняемся, бабуля останавливается и задает давно волнующий меня вопрос:

– Сынок, как ты видишь, что происходит с детьми, когда у них начинается половое созревание?

Я останавливаюсь и отвечаю так, как говорят взрослые об этом периоде ребенка:

– Ребенок становится неуправляемым.

– Отчего это так?

– Ну, не знаю. Взрослые так говорят, – проговариваю.

Бабуля предлагает мне присесть на скошенную траву. Мы садимся и баба Гуля продолжает разговор:

– А давай посмотрим, что происходит с детьми в этот период.

– Давай, – соглашаюсь я с бабулей.

– Вот у тебя в детстве была самостоятельность, когда ты жил с Матушкой и Батюшкой до начала полового созревания?

– Нет, – не задумываясь, отвечаю.

– А в это время ты сам изучал мир вокруг себя?

– Нет, бабуля. Как я мог изучить мир, когда мне самостоятельности не давали? Я делал только то, что хотелось родителям, да под большим давлением.

– А что они делали с тобой этим действием?

– Контролировали каждое мое действие. Многое что запрещали. Ограничивали меня в действиях. Диктовали, что мне делать и как мне делать. А так я сам по себе очень подвижный и любознательный.

– Да-а. Ты такой, – усмехается надо мной баба Гуля и продолжает: Та-ак… А как это действие Матушки и Батюшки можно назвать?

– Они своими запретами и полным контролем лишали меня детства. Мне от этого было тяжело и больно.

– Так, – подтверждает мои слова баба Гуля.

И спрашивает дальше:

– Сынок, а что такое детство?

Меня смущает этот вопрос бабули и я вновь вспоминаю то, что говорят мама, папа, учителя, воспитатели, да вообще взрослые о нем да проговариваю:

– Детство – это безрассудство, беззаботность, безответственность.

– Это ТЫ так видишь? – уточняет баба Гуля.

– Нет. Та к взрослые говорят в школе, в детском саду, мама и папа, по телевизору очень часто это слышу.

– А ты сам как видишь свое детство? И за что ты борешься с родителями да взрослыми?

– Я борюсь за частичку детства – за то, что позволяет мне самому познать то, что мне необходимо сейчас. А это – то, что мне самому необходимо увидеть и сделать. То, что я сам решаю, выбираю и определяюсь в своей жизни, в поступках. То, что я есть сам для себя. То, что я радуюсь живому. То, что я волен выражать свои чувства, радость и боль такой, какая она есть. То, что меня ведет по моему жизненному пути без оглядки. Это искренность. Это тот внутренний Огонь, который взрослые скрывают сами от себя и того мира, в котором они живут. То, что позволяет мне одаривать близких мне людей тем теплом и любовью, которые есть во мне. Это то, что позволяет мне летать в разных мирах, познавая себя и другие миры. Это то, что позволяет мне познать то, чем я владею изначально. Это то, что позволяет мне познать, что я могу и какие у меня возможности. Это я считаю для себя детством.

– Та-а-ак! Сильно! Очень сильно! – с удивлением проговаривает баба Гуля и продолжает выражать свою мысль: Именно этого детства взрослые с самого зачатия лишали тебя, отучали от самостоятельности, не давали возможность мыслить да не давали тебе возможность познать мир таким, какой он есть в действительности.

– Это как? – с удивлением спрашиваю я.

– А как ты можешь быть самостоятельным и познать мир, находясь в клетке?

– Никак. Но почему же я в клетке? Ведь я свободно перемещаюсь, а не сижу в клетке! – с возмущением проговариваю я.

– А когда за тебя мыслят и решают взрослые – разве это не клетка?

– Клетка, – с глубоким сожалением соглашаюсь я.

– И где же ты тогда находишься, когда за тебя решают: как тебе необходимо делать, а как нельзя? как посмотреть? как посидеть? как покушать? как покакать? как поспать? и какие необходимо сны смотреть, а какие нельзя! – с таким же возмущением говорит баба Гуля.

– В клетке или на коротком поводке, – виновато отвечаю я.

– А вот сейчас скажи: когда тебя выпускают из клетки, то, что с тобой происходит?

– О-о-о!!! Тогда я радуюсь, но одновременно и остерегаюсь. Но, бабуля, как понять, что я, дойдя до начала полового созревания, вдруг оказываюсь свободным? Тогда, когда условия жизни для меня не изменяются, а даже усугубляются?

– Вот именно свободным, а не вольным, сынок. Дитя, не пройдя обряд на определение кем ему стать в своей жизни: Хозяином или Хозяйкой, да не приняв дар Создателей – волю, становится безвольным, то есть рабом. Дитя перестает само решать и мыслить, а собирает образцы поведения, действия, да поступков окружающих, этим создавая условия, чтобы в нем закрепилось чужеродное, да чтобы его полностью увела тьма от своего жизненного пути, от своих знаний жизни, от прав на жизнь, от даров Создателей, от могу и возможностей, с которыми пришло на этот Белый Свет дитя… Да самое страшное – это то, что это приобретенное чужеродное в дитя создает подмену задачи и предназначения дитя на задачу и предназначение тьмы в обличии Матушки и Батюшки. Что и произошло с тобой. А так как ты ищешь образцы описания мира и уклада мира, а не раскрываешь свои, то Матушка и Батюшка тебе и навязывают свое мнение. Да постепенно это переходит в тотальный контроль над твоей жизнью. Вот так, сынок. Это по поводу того, как дитя сам для себя создает клетку, становясь безвольным… и борющимся за свободу, за расширение поля действия…

Закончив свою мысль, баба Гуля дает мне время для того, чтобы у меня сказанное бабулей уложилось.

Да продолжает свой рассказ:

– С зачатия до трех лет ты находился на жизненной силе своих Небесных Батюшки и Матушки, да на силе Батюшки Земного. Небесные Матушка и Батюшка одаривают тебя правом на самостоятельную жизнь в три года. Да направляют тебя идти по своему жизненному пути самостоятельно. А Батюшка Земной в три года передает эстафету Матушке. И дитя с трех лет до начала полового созревания остается – уже на жизненной силе Матушки. С началом половой зрелости природа отрезает тебя от поддержки жизненной силой Земных Матушки и Батюшки. Тогда ты на короткий промежуток времени возвращаешься к своему началу: природа возвращает тебе знания жизни, с которыми ты пришел на этот Белый Свет, право выбора и право на ошибку да напоминает тебе о первоначальной задаче и твоем предназначении, с которыми ты пришел на Матушку Землю. И с этого времени ты начинаешь жить в реальном мире уже со сложенным своим описанием мира, навязанным твоими Матушкой и Батюшкой. И что с тобой происходит тогда?

– Я не могу сделать ни одного шага по выполнению своей первоначальной задачи.

– А отчего так происходит? – ведет меня по развитию моей мысли баба Гуля.

– От того, что я не знаю, что мне делать дальше. Я свободен, но не знаю, как дальше жить. Я ничего не знаю, ничего не вижу и не слышу. Я, словно слепой котенок, только что родившийся.

– Так. По-другому говоря, ты не можешь увидеть мысль и ее развить, чтобы сделать какой-либо шаг к творению своей жизни, да выполнению своей же задачи и своего предназначения этого воплощения. У тебя уже к этому времени выработалась привычка, чтобы за тебя думали и решали. По сути – тебя уже сделали куклой, которую вводит в движение кукловод, через ниточки и дощечки. Ниточки – это образцы поведения, общепринятое описание мира, общепринятые действия и бездействия, общепринятые думания, что приводит к созданию привычек человека… А дощечки – это уклад жизни умирающего мира: правила, мораль, законы, общество… Та-ак. И что происходит с тобой дальше?