Дарк - Екатерина Орлова

не может с ним сделать. И этого подонка родители Одри решили сделать ее мужем. Циничные твари.

– Айви. Сладкая девочка. Ну привет. Сколько мы не виделись? С того приема, когда ты отказала в браке моему любимому дяде? – на распев произнес он, и мое лицо перекосило от ненависти. Он подошел ближе и, поставив палец мне под подбородок, приподнял лицо так, чтобы я смотрел на него. – Скучала по мне?

Кенвуд сделал шаг назад, достал телефон и сделал мое фото. Потом что-то напечатал и снова убрал в карман.

– Как твои дела? – спросил он, мерзко улыбаясь, и вытянул кляп у меня изо рта. Потом развязал руки и снова отошел немного.

– Пошел ты! Тварь! Животное! Мерзкая скотина! – выкрикнула я и тут же пожалела о своих словах, потому что он ударил меня наотмашь, и моя голова врезалась в бетонную стену. Боль пронзила виски, и я почувствовала, как лопнула губа и из нее тонкой струйкой по подбородку потекла кровь.

Дамиан отошел на два шага и снова внимательно посмотрел на меня.

– Странные вы, женщины, существа. К вашим ногам кладешь весь мир. Даришь вам драгоценности, шмотки, целые состояния, но вам все равно мало. А знаешь, почему? Потому что вы ненасытные алчные суки. Тебе плохо жилось у Дарка? Почему ты свалила?

– Не твое собачье дело, – рявкнула я, вытирая губу тыльной стороной ладони.

Айви! Заткнись! Не провоцируй! Но уже было поздно. Дамиан подскочил и пнул меня ногой в живот. Меня скрутило, и я хватала воздух широко раскрытым ртом. Боль пронзила все тело, я сжалась в комочек на холодном полу, пытаясь отдышаться. Меня еще никогда не били и это оказалось охренительно больно. До тошноты и головокружения больно.

Меня била мелкая дрожь от страха и болезненных ощущений, когда Дамиан вновь заговорил.

– Я обменяю тебя. – Я приподняла голову, чтобы посмотреть на этого безумца. – Твой папаша, Айви, оказался слабаком и придурком. Я уже давно говорил ему, что ты стала для Дарка любимой игрушкой. И он согласится забрать тебя в обмен на свой клуб.

– Дарку нет до меня никакого дела, – прохрипела я.

– Ошибаешься, малышка. По словам Стеллы, Дарк еще никогда так не привязывался к своей… как он там вас называет? Подстилке? Так вот Стелла говорит, что ты стала первой, из-за кого он не видит остальных женщин. Что же в тебе такого, Айви, что ты так покорила нашего непробиваемого Дарка? М? – Он подошел и силой усадил меня, привалив к стене спиной. У меня не было сил сопротивляться. Кенвуд внимательно осматривал мое лицо мутными глазами. Этот мудак был под кайфом. Безумный взгляд, который пугал не хуже действий, потому что в таких случаях никогда не знаешь, чего от человека ожидать. – Может, у тебя золотая киска? Я вот думал, что у моей невесты она золотая.

Он кивнул в сторону лежащего без движения тела, и я безучастно посмотрела туда же. А потом до меня внезапно дошло. Я дернулась, чтобы пробраться к ней, но Дамиан удержал меня на месте.

– Одри! – вскрикнула я. – Одри!

Она не двигалась и из моих глаз потекли слезы крупными каплями, щедро смачивающими щеки. Я задыхалась от рыданий и осознания того, что вот она я, в паре шагов от подруги, и, возможно, не смогу помочь ей выжить после этого кошмара.

– Успокойся. Она не сдохнет. Хотя такой вариант рассматривался мной. Но у ее родителей слишком длинные руки, чтобы допустить такую оплошность.

– Ты скотина! Мерзкая тварь! Они тебя в порошок сотрут!

– Не сотрут, не волнуйся, – спокойно ответил он, а я снова не сдержалась и плюнула ему в лицо, а потом начала царапать и бить, куда только могла достать, пока он не перехватил мои руки одной своей.

– Сука! – крикнул, и снова ударил по лицу. А потом еще раз и еще. И так, пока я не отключилась.

Когда я снова пришла в себя, мы с Одри были вдвоем в камере. Я едва подняла отекшие от ударов веки и посмотрела на подругу. Она лежала в той же позе на том же месте. Только теперь ее укрыли каким-то грязно-серым пледом. Я медленно поползла к ней, преодолевая тошноту и головокружение. Как только оказалась рядом, я убрала с лица слипшиеся волосы. В этом кровавом месиве вместо лица едва можно было узнать мою красавицу-подругу.

– Одри, – всхлипнула я. – Одри, открой глаза. Милая, это я, Айви. Пожалуйста, проснись, Одри.

Я уткнулась в ее грязные волосы и молилась. Чтобы она пришла в себя, чтобы выжила. Чтобы нас спасли. Хоть кто-нибудь.

Мы провели в подвале два дня. Меня едва кормили и практически не давали воды. Утром заходил охранник, слегка пинал Одри ногой, проверяя, не окочурилась ли она еще. Потом он положил тонкий серый матрас в углу комнаты и перетащил туда Одри. Я снова легла рядом с подругой, обняла ее, чтобы согреть теплом своего тела. На второй день ее начала бить мелкая дрожь, но в сознание она не пришла ни разу. Я молилась всем богам за нас двоих, мысленно взывала к Дарку, родителям, кому угодно, только бы нас спасли из лап этого чудовища.

Глава 21

Желание убивать заложено в самой сути человека. Так уж повелось, потому что мы все охотники. Начиналось все с охоты за пропитанием, а закончилось тем, чем закончилось. Мы кровожадны по своей природе, и жестоки. Даже самый добрый человек будет готов голыми руками разорвать свою жертву, если она перед этим надавит на его нужные кнопки. Кенвуд надавил на мои. На единственную кнопку, которая могла спровоцировать атомный взрыв в пределах одного небольшого, но знаменитого города в пустыне Мохаве – коварной и достаточно безжалостной местности. Под стать людям, которые здесь живут.

Два часа назад я узнал, куда делась Айви. Два часа ровно прошло с тех пор, как Дамиан-почти-труп-Кенвуд позвонил мне и предложил обменять документы на мой клуб на жизнь Айви. Моей маленькой куколки Айви, которая не заслуживала такого отношения. Она достойна того, чтобы с ней обращались, как с самым ценным сокровищем, а в итоге стала разменной монетой для двух