Командировка - Вадим Денисов

– И чёрт с ним, – согласился Сомов. – А вот здесь, смотрите! "Майкоп" – бывший аэропорт города Майкоп, Республика Адыгея. М-да… Слово "бывший" мне уже не нравится… Аэродром второго класса, был способен принимать самолёты Ту-134, Ан-12, Ил-18 и все более лёгкие типа, а также вертолёты всех типов… Недостатком данного аэродрома является грунтовая ВПП, в связи с чем аэродром может принимать турбореактивные самолёты только в период устойчивой сухой погоды… Гениально. То есть хрен там что работает, так? Грязь и рытвины.

– Так точно, – подтвердил мичман.

– Вот не надо метаться, – попросил я. – Запланировали – сделали. Если уж не получится, будем думать дальше.

– Нормально подкачка пашет, – доложил Кизим-старший, закончив последнюю проверку. – Проедете где угодно.

Всё, можно садиться.

Провожать группы к перекрёстку вышли обе семьи.

– Вы не волнуйтесь, – сказал Володя Кузмин. – Мы уже всё поняли, ситуацию представили, что нужно добывать, знаем. Так что натащим с запасом.

– Пулемёт бы нам в дорожку, – неожиданно размечтался Гоблин. – Эх, надо было никого не слушать и тащить сюда наш ПКМ… Может, где-то по пути добыть удастся?

– Везенье, как фактор, сбрасывать со счетов нельзя, – обнадёжил его мичман. – Напомню: на вояк не рассчитывай.

Признаюсь честно, предстоящий путь меня немного пугал. Нет, всё-таки не пугал – напрягал. Ехать, чувствую, придётся трудно и долго. И у местных походя об обстановке впереди не выспросишь, мне достаточно легко спрогнозировать поведение немногочисленных выживших, опыт уже имеется. С другой стороны, ведь именно безлюдье по пути предстоящих приключений и приветствуется! Двигатели в незнакомых краях красть – это вам не гербарий возле дома собирать. Разный народ может попасться на неведомой тропе, и народ этот может отреагировать по-разному, обнаружив под боком такой заманчивый куш, как новенькая "воровайка" на ходу. "Дикий Запал Апокалипсиса" тут пока ещё никто не отменил. И пулю подарят, и пику. Так что ПКМ действительно не помешал бы.

Оружие берём только своё, проверенное, весь трофей оставляем остающимся. Боекомплект пополнили существенно, патронов хватает. А вот связи не будет, через горы не пробьёт.

– Контрольный срок соблюдать жёстко! – я в последний раз вбивал нужные гвоздики. – У терминала будьте загодя, без спешки и суеты. Как только мы выйдем на перевал, сразу с вами свяжемся. Получиться может по-разному, не дай бог и так, что нам придётся морем возвращаться, так что слушайте и смотрите в оба. Конверт вскрываете за полчаса до срока, сразу проставляете точное время, Сотников на месте проверит.

Мужики послушно кивали головами, показывая, что впитывают, несмотря на то, что всё было оговорено уже раз пять. Женщины собрали домашнего производства припарки, да в таком объёме, что по пути можно будет всех голодных угощать.

Попрощались, обнялись, бабы, как положено, всплакнули.

Поехали!

Дагомыс мы проскочили быстро, территория знакомая.

За рулём сидел Гоблин, я – рядом, решил заняться делом. Пока всё вокруг спокойно, полистаю газетки да журнальчики, Леха в дорогу притащил увесистую пачку, перетянутую мохнатой бечевой – вдруг вызнаю что-то дополняющее? Ассортимент желтоватый, что закономерно. Много ли людей на закате цивилизации покупали серьёзные аналитические журналы? Если наберётся на весь Дагомыс пара тройка таких умников, то уже хорошо. Отвыкли люди читать, всё на ящики надеялись. А тут ба-бах! Ящики сдохли, и информационное поле мгновенно накрылось медным тазом.

После поворота трасса пошла наверх.

Захватывае дух! Смотришь вдаль – видеоряд перед глазами просто монументальный. Вдали высоченные горы Главного Кавказского хребта блестят серо-белыми шапками ледников, где-то там слышен мерный гул пенистых водопадов, который временами прерывается свирепым грохотом лавин и всесокрушающих селей, летящих по тесным ущельям горных речек. Стоит сейчас свернуть направо, и морской климат побережья быстро сменится горно-морским, из влажного Дагомыса мы попадаем в спокойные горные леса. Там нас будут ждать кипящие реки и красивейшие ущелья с реликтовыми растениями: вечнозеленым самшитом и ягодным тисом, рододендроном и различными видами лиан, всё то растительное разнообразие, что и называется колхидским лесом. После прибрежных субтропиков, давным-давно окультуренных пальмами, магнолиями и кипарисами, попасть в непроходимые заросли дикого колхидского леса – одно удовольствие. Наслушались мы про его прелести…

Кстати, в Южном Порту примерно так же всё выглядит. И контраст после волжской тайги аналогичный.

Съездить в горы было бы интересно. Конечно, по дороге к заповедным местам нас помотает и потрясёт. Выбравшись из кабины "Егеря", начнём приходить в себя и адаптироваться к горному климату. Появится лёгкая истома, желание застыть навечно в созерцании и слиянии… Некоторое время будет кружиться голова – кроме прочих факторов, ещё и чистейший горный воздух, смешанный с благотворными фитонцидами, опьянит вполне реально. А можно и чего-нибудь красненького добавить! Под свежий шашлычок!

Жаль, ребята, но нам не туда.

– Эх…

– Чё вздыхаешь?

– Размечтался что-то…

– Это да, пулемёт бы не помешал, – брякнул Гоблин.

Тьфу на тебя! Романтики в тебе столько же, сколько её в погружной бетонной свае.

Трасса М27 на этом участке красивая, ровная, зелёная – всё полотно прячется в тени деревьев. Непосредственно у обочин машин практически не видно, всё-таки те, кто уезжал, снимались организованно. А вот скинутых с трассы хватает, среди них на удивление много фур. Мешали проезду, наверное, вот вояки и сталкивали без разбора, было не до эвакуаторов.

Прекрасный день стоит, с самого утра ни одного метеорита!

Вот бы так все три дня! В по-прежнему пасмурном небе не видели ни одного трассера! Расслаблять это не должно: как, нам объяснили, наиболее страшны как раз те камушки, которых ты не видишь. Ни гула, ни трассера в небе. Просто подлетает небольшой булыжничек – хлоп! И ты на небесах.

Быстро проехали и раньше тихий посёлок Уч-Дере. Санаторий "Мосэнерго", а рядом "Пенаты" – узнаю, отличный пансионат, отдыхал в нём когда-то. Море в этом районе чистое, прозрачное, пляжи отменные. Там внизу "Ивушка"… Ещё дальше будет "Горный воздух", туда мы вечерами на танцы бегали. Эх, сколько же лет прошло?

И не одной живой души вокруг – в былые времена охреневшие от толчеи и суеты курортники о таком счастье могли только мечтать… Сейчас же эта пустота гнетёт.

Интересный факт: на родной Платформе бродим в самых адских дебрях, но никогда нас с Мишкой не напрягало безлюдье, его воспринимаешь, как должное, как неотъемлемую часть Сурового Дикого Места. Здесь же, в регионе, заточенном именно под людской отдых, мне не хватало легкого шумового фона обжитого места: весёлых человеческих голосов, музыки, шума торопливо проезжающей мимо техники. Постоянно ощущаю атмосферу заброшенности, катастрофы, огромной беды, согнавшей с места обитателей этих земель.

Запахов, кстати, тоже не хватает.

Сомов что-то напевал воющим голосом и поколачивал по баранке пальцами, похожими на купаты. Посмотрел за расходом топлива – нормалёк. Я поставил на "Егеря" простенький бортовой компьютер. Дизайн, конечно, никакой, место под него выбирал долго, но зато простой и надёжный. Мультитрониксы и прочие не хочу. БК сейчас показывает температуру двигателя и на улице – самые важные параметры. Можно глянуть время в пути и кое-что другое. Самое же главное: машинка помогает экономить топливо. Отслеживая мгновенный расход, сразу видишь, когда стоит переключиться, где нужно газануть, а где лучше железку отпустить. Гоблин, зараза, на него почти не смотрит, я покрикиваю.

Успокоенный размеренной ездой по тихой территории Сочинского национального парка, принялся перелистывать страницы газет и журналов. Однако недолго мне удалось наслаждался чтением прессы.

– Кастет, наблюдаем!

Отбросив журнал за спину, я быстро приблизил лицо к стеклу.

– Хренас-се…

Стоящий на берегу моря здоровенный комплекс "Аквалоо" был практически разрушен. Страшный удар космического чудовища буквально вбил центр главной ванны аквапарка в грунт. От огромной массы воды и следов не осталось, в тёмном провале виднеются глубокие каверны, переломанное свайное поле и бетонные обломки с торчащими кусками арматуры. Лишь на самом верху комплекса уцелел фрагмент причудливой жёлтой спирали, по которой так любили кататься отдыхающие. Ещё синеют части низких крыш с плоской кровлей, неприятно режут глаз разноцветные кишки трубчатых горок.

Гоблин остановил машину наверху, возле полосы поваленных ударной волной деревьев.

– Горело тут жёстко, – сказал он, принюхиваясь.

– Да вроде не видно следов пожара, – не согласился я с напарником, доставая камеру. – А вот запах действительно есть.