Потусторонний. Книга 4 - Юрий Александрович Погуляй

Или как там правильно?

— О том и хотел молить тебя, друг мой! Ты так прекрасно создаешь чудовищ… Быть может, Илья, ты нашёл бы толику драгоценного твоего времени и потратил его на помощь нам в сражениях? Смог бы ты творить для нас тренировочных монстров⁈ Разумеется, я обеспечу тебя достойным финансированием. Думается мне, что отлов монстров в зонах будет чрезмерно рискованным.

— Андрей, я ж в Твери… — посетовал я, хотя идея княжича пришлась по душе. Можно ведь и каналы качать, и пользу приносить, и делать это вполне себе официально, а не прятать следы потом ото всех. Тем более, что послужной список уже какой-никакой, а есть, и можно как-то отбрехаться от того, как я умудряюсь создавать подобное. Всё же не энергией заряжаю големов, а эссенциями. Так немногие могут. — Тверь это же далеко очень от Пушкинских Гор, Андрей!

— Логистику и транспортные расходы я возьму на себя, друг мой! — заторопился княжич. — Уже есть два колёсных изолятора двухсекционных! Четверых созданий за раз можно перевозить! Водители тоже будут!

Откуда изоляторы-то⁈ Может, мы зарабатывали сильно больше, чем говорил нам наш лидер? Нет, быть не может. Обухов не мог так поступить. Его бы честь разорвала как лягушку вставленный в задницу автомобильный компрессор.

— Всё настолько продумано, Андрей? Молодец. Вот только, разве нет поблизости свободных призывателей⁈ Запряги их… Мне не сложно, но не слишком ли затратно тебе будет туда-сюда караваны возить⁈

— Не доверяю никому кроме тебя, Илья. Прости меня за слабость эту. Финансирование я найду. Общался с графом Толстоноговым. Он был весьма воодушевлён перспективами. Он же и одарил меня изоляторами! Правда, его устремления были на отлов экзотики в сопряжениях, но я ведь имею право пустить такую технику на важные задачи?

Хм, и снова молодец. Да, Пушкинские Горы в надёжных руках.

— Вот с этим Толстоноговым и поговори, кстати, насчёт дежурства. Это ведь он председатель дворянского собрания, да?

Андрей торжественно подтвердил. Должно быть, княжич сиял от гордости. И, в целом, правильно делал, ибо имел право. С таким подходом к делам у него есть все шансы свой род с колен поднять. Графиню Воронцову он, судя по последним встречам, уже добился и вывел общение за пределы взаимных восторгов. Скоро и отца её умаслит, а там и породнится. Красавец! И я красавец, что раскачал парнишку!

Короче, мы все тут симпатичные.

— Ну, раз это такая большая шишка, то обязательно с ним поговори. Нечего Гордеева кормить, — вставил я. — Если не найдешь призывателей поближе, то, конечно, обращайся ко мне. Что смогу, то создам! С радостью. Отличная у тебя идея вышла, сам бы таким с удовольствием занялся!

— Граф Гордеев не оскорбится? — засомневался Андрей.

— Оскорбится, но разве это не его проблемы? — невинно поинтересовался я. — Пусть поищет другие источники дохода, а не за чужой счёт банкеты организовывает. А ты, Андрюша, смело дави свою идею. Потому что очень правильную вещь ты задумал! Не отступай и никого не слушай! За тобою будущее!

С пафосом не перебрал, не?

— Рад, очень рад, друг мой, что и тебе моя затея пришлась по душе, — вдохновлённо сообщил Андрей. — Всё, слышу зов времени, вынужден спешить. Доброй дороги тебе, Илья Артемьев. Пусть новое место будет ласковым к тебе!

Как трогательно.

— Покедова, — я отключил звонок. Ладно, идея с тренировочным лагерем уже занята, оставим её. Однако землю у Пскова всё равно продам! Нафиг она мне сдалась такая бесполезная.

Кампус Имперской Академии имени Милонова располагался вдоль реки Волги. Целый студенческий городок, отделённый от большого мира крепостной стеной из красного камня. До самой Твери отсюда надо было ехать минут пятнадцать на машине, ну или на одном из многочисленных речных трамвайчиков. Белые кораблики весело бороздили могучую реку с низкими берегами.

Мы ехали вдоль Волги почти час, и я никак не мог налюбоваться ею. Лиза всё фотографировала поля и деревни, пролетающие мимо, Василиса прилипла к окну и заворожённо глазела на великую реку. Рррупи смотрел ужастики. Ну, каждому своя крррасота.

Вскоре поля закончились, начались первые строения, перешедшие в кварталы, ничем не отличающиеся от туристических маршрутов. Дорога вывела нас на центральную площадь, по центру которой возвышалась статуя князя Милонова. Чародей в неизменных очках, с бородкой и плаще с поднятым воротником грозно смотрел куда-то вдаль, вдохновляя тысячи недорослей своим примером. Мол, я стал Верховным Магом и изменил культуру воспитания одарённых, и вы, мать вашу, сможете!

Мы оставили машину на стоянке, среди сотен автомобилей различной степени крутости, и покинули надоевший за время поездки салон. Пахнуло речкой, выпечкой и жареным мясом. Изумительно. Мне начинает тут нравиться!

Вокруг кампуса был вырыт натуральный ров, и проникнуть в город можно было только через разводные мосты. Средневековая крепость, бессмысленная в современных реалиях и беспощадная. Но, чего душой кривить: красивая. Могучие красные стены с зубьями сошли с картинок рыцарских романов, белые башни приплыли откуда-то из истории про эльфов! А как сверкали на солнце золотые шпили!

Богато живут местные студентики. Чувствуется размах и внимание сильных мира сего. Здесь же элита учится, если верить рекламе.

Мы с девочками углубились в лабиринты прикампусового квартала. Поступать в распорядительное распоряжение распорядительницы я не спешил. Успеется ещё. Очень хотелось побродить по петляющим улочкам студенческого рая, с широкими крышами вычурных домов, высокими деревянными ставнями, потрясающими запахами и льющейся отовсюду музыки! Впрочем, прогулка закончилась, едва я упёрся в пышечную. Живот восторженно пискнул, и я сразу забыл про карьеру путешественника и тут же затащил девчонок внутрь.

Здесь играла тихая приятная музыка, сквозь панорамное окно открывался прекрасный вид на мощёную улочку и небольшой фонтан чуть подальше. В здании напротив кафе, за очередной витриной, молодой парень раскладывал гигантские книги на полки, а чуть позади у кассы стояли студентки со стопками покупок.

Двое угрюмых телохранителя заслонили расслабляющий вид. Мрачные, осунувшиеся, с безжизненными лицами. Чуждые на праздники студенческого расслабона. Тьфу на вас. Я демонстративно отвернулся.

—