Города - Пол Филиппо

— Что ты там говорил насчет овец?

— Я говорил про овчарок. Я видел несколько любопытных экземпляров. Ясно, я восхищаюсь твоими колли — а кто бы на моем месте остался равнодушным? Я всегда смотрю судебные заседания по телику.

Абу Сайд вернулся домой, когда дела в Типтоне стали принимать скользкий оборот.

— Ты знал какую-нибудь, которая убивала бы овец? — Джерри поднял обе руки. Абу Сайд зачитан вслух цифры со своего «покета».

— Нет. Тебе всякий скажет, в хорошей овчарке немало от волка, но что-то в них есть, как и во многих людях, что просто не позволяет им этого делать. Так какой же это волк, монсиньор Корнелиус?

— Никуда не годный волк.

— Зато хорошая овчарка.

— Наверное, тебе попалась неудачная смесь, это часто бывает. Невозможно, чтобы они все были хороши от природы.

— Может быть. — Абу Сайд отступил от темы. — Тебе знаком Камю? Я сейчас перечитываю «Миф о Сизифе». Вечная борьба. Вечные разочарования. Вечная радость. Это всегда утешает в такие времена, как сейчас.

Джерри стало неуютно от столь явной сознательной уступчивости.

— Когда сильные мира сего выдумали этот прием: выставлять штатских на передний край? Экономит массу средств на военные расходы. — Джерри просунул указательный палец правой руки под шелковое кашне, которое ему посоветовал носить прежний портной. — Гладкое, как масло. И не поймешь, что такое.

— Да, как обычно, от шелковичных червей. — Портной указал на большие рулоны материи, разложенные вдоль трех стен мастерской, кроме той, где находился выход на улицу. — Остальное — нефть. Подумать только, что эта полупрозрачная, нежно-зеленая ткань родилась где-то в пустыне, под землей. — Его довольные карие глаза внимательно смотрели на Джерри. — Ты говорил о Рифе. По-моему, его звали Абдель Крим. Ведь он умер в Париже от туберкулеза? Так всегда и бывает. Тебя в Магрибе все еще зовут Вороном?

— Тебе вспомнился Техас. Сейчас другое время, потруднее, — ответил Джерри. — Когда меня назвали Красной Тенью, еще шло старое шоу.

— Рыцари труда и риска, знаем вас давно и близко, пред Бургундией склонитесь, за свободу, за свободу, за свободу поборитесь, — неуверенно пробормотал Абу Саид; он не мог обойтись без цветистых египетских афоризмов. — И почему вы так заинтересованы в этой маленькой дерьмовой стране? — Он тряхнул головой, достал пачку «Кэмела». — Куришь?

— Она делает нас лидером. — Джерри выудил из пачки мятую сигарету, осторожно поднес к губам, как будто намеревался лишь попробовать вкус бумаги и ощутил призрачное воспоминание. — Она делает нас счастливыми.

— «Ах, — сказал Христос, вытирая слезы окровавленными ладонями, — вы опять распнете меня?» — Абу Саид перевел дыхание, чтобы продолжить тираду, но вдруг насторожился и принюхался. — Ты тоже его чуешь? Это волк. Я думал, евреи их всех перебили.

Он торопливо поднялся, опрокинув манекен, открыл маленькую заднюю дверь, пересек комнату, схватил с вешалки длинную накладную косу и побежал к своему овечьему загону.

Джерри вышел вслед за ним. На фоне темного горизонта виднелся Вифлеем. Спавшие овцы начинали подниматься, моргая, когда им в глаза попадал луч фонарика Абу Саида.

Джерри понюхал воздух.

— Что-то готовится?

4

Блюз свиной аллеи

Ты вырос в мире, который говорит тебе, что ты ему чужой. Так создай себе такой, частью которого ты можешь быть. Но прийти к Селфриджу в костюме Боадицеи — это подействует на нервы.

Бой Джордж, радио Би-би-си, 16 января 2002

Капитан Марвел дает бой ОСИ ЗЛА!

«Приключения капитана Марвела», январь 1945 [42]

Ислам означает мир [43].

Джордж У. Буш, сентябрь 2001

— Ешьте свинину, гниды!

Трикси Браннер проводила время в галерее игровых автоматов. Там появились десятки классных игр. Трикси записалась на «Кошмар маргариток» и «Гонку с завязанными глазами». Тем временем она одной рукой управляла «Охотой Имана», а другой — «Американским террористом». Так она тренировала свое чувство равновесия. «Грм, грм, грм…»

Красные и синие блики освещали ее точеное лисье лицо. На ней были короткое красное платье и черные туфли на пятидюймовых шпильках. Бледная кожа и платиновый цвет волос делали ее похожей на блондинку с нацистской агитки. Ее мать, когда не находилась в очередном долгом трансе, утверждала, что Трикси носит фальшивые ягодицы. «Тебе это не идет», — сказала она. Это было исступленной попыткой вновь обрести влияние, и растроганная Трикси ничего не ответила. Героин, который она давала матери, приносил той успокоение.

Перед операцией почти все тело баронессы было поражено гангреной. Трикси воспользовалась своей собственной старой коляской, чтобы вывезти маму на еженедельную прогулку по галерее. От бинго [44] она отказалась. Ее мать требовала, чтобы все цифры на карточке были выигрышными. Она порой кричала «Бинго!» в разгаре игры. Партнеры возмущались.

— Мне так жаль… Она все-таки немножко динозавр, — извинилась Трикси перед Mo Кольером.

Mo поскреб свою щетину и согласно хмыкнул. Его возбудила мысль об искусственном женском заде. С неловкой галантностью он протянул Трикси одну из шоколадок «Марс», которые он взял у священника.

— Она не захочет пожевать?..

— Лучше не надо, — сказала Трикси. — Это выше ее сил.

— Ну, в общем-то, — подхватил Mo, — если ты хочешь… ну, понимаешь… развлечься…

— Я уже развлекаюсь, — прервала его Трикси. — Если речь о тебе, я лучше хлопну дверью, чем стану трахаться. Но я не возражала бы против двойной порции. Может, таблетка «Беру тебя»?

В Mo гордость боролась с похотью, но в конце концов он сдался.

— Сколько?

Трикси крикнула в ухо бормочущей невесть что матери:

— Мама, ты слышишь? Он учится.

Это Mo не понравилось. Он сбросил рюкзак с плеча и вставил яркую, чувствительную иглу в щель аппарата. Крошечные зонды погремели, потом, не обнаружив ничего органического, успокоились и принялись ждать. Срок их активной жизни составлял двадцать четыре часа.

Это действие заинтересовало Трикси.

— Какие у тебя планы на Рождество? — рассеянно поинтересовалась она, наклонившись, чтобы поправить шов на чулке. При этом обрисовались ее ягодицы. — Или ты приглашен куда-нибудь?

У Mo заиграла кровь.

5

На берегу

Фродо: [45] Хотел бы я, чтобы это не случилось.

Гэндальф: Так же думают и те, кто живет и видит эти времена, но решать не им. Нам остается решать лишь одно: как распорядиться временем, которое нам дано.

Реклама «Кино новой линии», декабрь 2001 г.

К разговорам о том, куда движется страна после 11 сентября, не готова одна прослойка, а именно — наши маркетологи.

«Уолл-стрит джорнал», 5 февраля 2002 г.

Эти надутые, самодовольные невежественные и агрессивные люди, чьи легенды поддерживаются лживым самообманом и себялюбием, нарушают соглашения с первых дней истории. У них вошло в обычай захватывать и заселять территории, отданные другим, и, в конечном счете, их обитателей вынуждают прибегать к насилию как к последнему средству. Это насилие, впоследствии квалифицированное как нецивилизованное и ничем не спровоцированное, проводилось на уровне геноцида. На языках Шейенны их называют Нарушителями Договоров, но сами себя они прозвали Избранным Народом, которому открыто предназначено овладеть землями, обещанными им Богом. Они используют свои священные книги для оправдания всех преступлений, совершенных ими против их собственных библейских заповедей.

Лобковитц, «Монотеисты: Тропа слез», 1952 г.

Епископ Бисли вновь облачился в свою богатую ризу и митру.

— Бостон? — Золотой епископский посох был перепачкан шоколадом. Бисли сладострастно облизал пальцы. — Вернуться к обычной рутине немалого стоит. Добродетельный кардинал. И, конечно, кардинал грешный. И мне по-прежнему недостает старого доброго Гоббса. — Бисли неохотно предложил Джерри конфету и почувствовал облегчение, когда тот отказался. Его понесло. — Дорогой коллега! — Он указал на стул.

Джерри подошел к книжному шкафу.

После того чудовищного дела в России Бисли был рад вернуться к своей работе. Он опустил иголку патефона на край пластинки.

— Джаз годится? Итало-американский? Я ведь втайне отчасти бунтовщик, как ты, несомненно, догадывался. Ты, наверное, не знаешь моего коронного приема. Он называется «Абиссинский топот». Знакомо?

— Однажды слышал в Риме. — Джерри вздохнул, когда клирик понес свой глупый вздор. — Здесь это никогда не действовало.