Пронзенное сердце - Сьюзен Кинг

— Ну, миледи, — серьезно заговорил Шип, — если уж вам угодно стрелять, возьмите оружие, более подходящее вашему росту. Это — самый маленький охотничий лук. Я не брал его в руки с детства. Хотел отдать Дерку, когда он подрастет.

Эмилин взяла лук — он оказался почти таким же большим, но гораздо легче, чем первый — и вложила стрелу с гусиным опереньем. Прицелилась, послушно выполняя то, что подсказывал стоящий рядом опытный стрелок.

— Поднимите немного — вот так. Теперь подведите вплотную к подбородку. Жаль, — добавил он, — стрела слишком длинна для ваших рук. Подтяните ее.

Он прижал кончик пальца к ее щеке, чуть пониже уха, и это прикосновение показалось Эмилин самым значительным на свете. Когда Шип убрал руку, она снова покраснела и решительно взялась за дело.

— Ну, теперь натягивайте — крепче! — не позволяйте ему качаться! Выпрямите левую руку! А локоть правой поднимите выше!

— Она же всем телом опирается на лук, — заметил Элрик.

— Да, действительно, — согласился Черный Шип. — Разверните плечи — так, как будто стоите у стены. И постарайтесь не опираться на изгиб лука. Эмилин снова почувствовала прикосновение его пальцев — он взял ее за плечи. Потом легко провел рукой по спине, на мгновение задержавшись на талии:

— Когда стреляете, старайтесь держаться прямо, но свободно. И не забывайте дышать! Вдохните, когда натягиваете тетиву, и выдохните, когда отпускаете ее.

Прикосновение Черного Шипа оказалось приятным и волнующим, но оно мешало сосредоточиться на его советах. Эмилин выпустила одну за другой четыре стрелы, целясь туда же, куда и раньше — в толстый ствол дуба. Четвертая стрела почти попала в цель — она легла совсем близко к дереву.

Раздались аплодисменты. Эмилин, крайне сосредоточенная, снова зарядила и подняла лук, стараясь в точности следовать инструкциям своего учителя. '

— Миледи! — Черный Шип встал за спиной девушки, когда она начала целиться. — Этот небольшой лук стреляет очень легко и мягко. Просто-напросто уберите пальцы с тетивы. Легко, как дыханье. А если дернете слишком резко, стрела улетит в сторону. Ну же, девочка! — почти пропел он, —

тихонько!

Сквозь тонкое шелковое платье Эмилин ощущала теплое прикосновение его пальцев. Дыхание его легко играло ее волосами. Девушка нервно взглянула на своего повелителя.

— Выдохните как можно резче, — прошептал он и отступил в сторону.

Она выдохнула и выпустила стрелу — тетива поддалась легко, как шелковая нить. Стрела воткнулась совсем рядом с целью.

Довольная, Эмилин обернулась, ожидая похвалы учителя. Он кивнул и улыбнулся своей характерной улыбкой — одним уголком губ.

— Она будет стрелком, эта малышка! — обратился он к Элрику. — Скоро у нас действительно появится к обеду дичь!

— Но еще не сегодня, сэр, — парировала Эмилин. — Пока я умею стрелять только по большим мишеням. Большим и неподвижным.

Черный Шип усмехнулся.

— Тихонько, девочка, осторожно и мягко! Подошла Мэйзри вместе с прилепившимся к ее юбке Элви.

— Мед сладок, а пчела кусается очень больно! — прошептала она. Эмилин удивленно раскрыла глаза, а Мэйзри ласково и хитро рассмеялась. — Нам пора, миледи! — проговорила она. — Еще ведь предстоят большие приготовления к завтрашнему дню!

— К завтрашнему дню? — не поняла Эмилин.

— Завтра первое мая! — радостно провозгласил Дерк. Отец подхватил его и посадил на плечо. — В деревне будут игры, праздничный пир, девчонки будут танцевать вокруг майского дерева. Не я, — серьезно уточнил он, — только девчонки!

Мальчик обеими руками схватил отца за волосы и сразу стал похож на отважного всадника верхом на лихом скакуне с огненно-рыжей гривой. Эмилин улыбнулась и помахала на прощание этой симпатичной паре. Обернувшись, она встретилась взглядом с Черным Шипом — тот стоял в расслабленно-изящной позе, опершись на лук, будто на прогулочную тросточку, и спокойно смотрел на девушку. Невозможно было понять, о чем он думает.

— Сэр! — почтительно обратилась Эмилин к своему учителю. — Вы говорите, что надо стрелять мягко и нежно. Покажите!

— Обязательно, миледи! Но прежде накиньте плащ с капюшоном.

— Зачем? Ведь сегодня такой приятный теплый денек!

— Так-то оно так, но ваши волосы слишком ярко сияют — будто огонь на маяке. Лучше бы вы не выходили из пещеры. Конечно, в лесу замечательно, но может оказаться слишком опасно.

С этими словами молодой человек нагнулся и достал из колчана стрелу.

— То есть, конечно, если вы все еще хотите прятаться, чтобы потом уехать в монастырь, — тихо добавил он.

Эмилин накинула поверх своего голубого шелкового платья зеленый плащ, застегнула пряжку и надвинула капюшон. Издалека она теперь была похожа на зеленое деревце. И хотя душа ее рвалась остаться с Черным Шипом здесь, в этом прекрасном весеннем лесу, она гордо подняла голову и с решительностью, которой на самом деле вовсе не ощущала, ответила:

— Разумеется, я собираюсь ехать в монастырь!

— Тогда я завтра же отвезу вас туда, — предложил благородный охотник. — Вы любите первоцвет?

Он неожиданно и стремительно развернулся, зарядил лук и выстрелил — все это одним быстрым и грациозным движением, напоминающим взмах ястребиного крыла. Эмилин не успела заметить, когда же он прицелился и натянул тетиву — стрела взлетела высоко в небо и, описав плавную дугу, исчезла.

— Куда она попала? — нетерпеливо поинтересовалась девушка.

— Туда, куда я ее направил. — Он указал рукой. Примерно в двух сотнях футов от того места, где они стояли, между двумя березами, среди желтого первоцвета трепетали серые гусиные перья на конце стрелы.

Эмилин засмеялась и, подобрав юбки, побежала вниз по склону — туда, где приземлилась стрела. Она слышала, что Черный Шип догоняет ее, и, смеясь и задыхаясь, старалась прибежать первой.

Их руки одновременно коснулись стрелы, качающейся среди цветов. Черный Шип выдернул ее из земли, и желтые лепестки дождем посыпались к ногам девушки. Она подняла взгляд и медленно убрала пальцы со стрелы, уступая ему.

Его глаза горели зеленым светом, подобным цвету молодой листвы, а волосы и борода были темны, как вороново крыло. В эту минуту Эмилин вспомнила, как вместе с Николасом Хоуквудом вынимала стрелу из его ноги. Тогда их пальцы так же соприкасались.

Несмотря на сходство этих мужчин, Эмилин постаралась отогнать все воспоминания. Этот чуткий и нежный человек не имел ничего общего со своим кровным братом. Взгляд его, внимательный и пронзающий насквозь, как будто остановил ее сердце, и где-то глубоко в душе оборвалась какая-то ниточка. Теперь дыхание сбивалось уже не от бега. Эмилин доверчиво приблизилась к своему другу.