Красная линия метро - Владимир Евменов

звезды Ленинградского шоссе не сложилось и на новом месте, а потому она медленно, но уверенно двинулась вниз по наклонной, в прямом и переносном смысле слова. Вот что-что, а находится в наклоненном положении своего стройного и красивого тела, было для молодой девицы намного привычнее, чем думать о чем-то головой.

И вот однажды, среди «трудовых будней» жриц любви, судьба свела Маняшу — а именно так она теперь любила представляться клиентам, — с неким молодым мужчиной по имени Александр. Познакомились они случайно, когда ее и еще троих «девочек» как-то раз доставили на закрытую мужскую вечеринку в один подмосковный загородный дом. Одним из гостей и оказался тот самый Зловещий Александр, как с тех пор она называла его про себя.

Это был разгульный мальчишник-сабантуй посвященный удачному завершению какого-то важного для хозяина дома дельца, как раз того самого, когда «человек из крематория» помог приятелям избавиться от трупов девушек, погибших в ДТП.

Александр в тот вечер был в фаворе, а потому, когда приятели предложили ему на выбор «ночную бабочку», он, не задумываясь, потащил за собой в спальню грудастую рыжеволосую хохлушку. Правда рыжина на поверку оказалась обманкой: по факту Маняша была крашеной хной брюнеткой. От жестокого садистского развлечения Лопатько это не спасло, но вот от похищения и убийства, скорее всего, да.

Об этом она, конечно, ничего не знала — да, впрочем, и не могла даже догадываться, — а потому впоследствии по первому зову смело выезжала на квартиру к Колкину оказывать интимные услуги.

Честно говоря, долговязый нарик, источающий странный запах, ей совершенно не нравился. Она его откровенно побаивалась. Да и от того, что он с ней вытворял, удовольствие было ниже среднего. Но, как говорится, деньги не пахнут, а потому скрипя зубами и превозмогая боль, Маняша терпела все его издевательства.

Вот поэтому, когда два часа назад он позвонил и сообщил, что желает встретить, она сразу же согласилась.

Без лишних вопросов помчавшись по вызову, проститутка ни на секунду не задумалась, почему на этот раз Зловещий Александр хочет забрать ее из парка рядом со станцией метро «Речной вокзал». Хотя это место было совершенно в другой стороне от его дома.

«А мне не пофиг?» — сделала единственный вывод Маняша и отправилась по указанному адресу.

* * *

Маняша торчала на парковой аллее уже с полчаса, а клиент так до сих пор и не объявился. В куцей шубейке из китайской собачки, наброшенной на полуголое тело, в тонюсеньких капроновых колготках и коротенькой юбочке-колокольчике она успела уже прилично замерзнуть. Да и зимние сапожки на тонкой, хлипкой подошве — а-ля настоящая Италия, — отнюдь не добавляли тепла и комфорта.

Она уже собиралась набраться наглости и перезвонить Александру, как в этот момент кто-то неизвестный с силой обхватил ее сзади за шею. Дернувшись, Маняша попыталась освободиться, но тут же ощутила, как что-то острое больно коснулось ее горла.

— Не дергайся, сучка, а то я тебе сейчас шею насквозь проткну, — угрожающе раздалось над самым ухом.

И в тоже мгновение волна знакомого запаха дорогой итальянской парфюмерии резко ударила в нос.

Маняша замерла, не зная, что делать: запах был знакомый, а вот голос — нет. Тем временем чуть заикающийся, возбужденный мужской голос продолжил сипеть ей в затылок:

— Попалась, рыжая бестия! Чувствуешь мой палец, упирающийся тебе в задницу?

И Маняша ощутила, как что-то твердое уперлось ей промеж ягодиц, неприятно вдавив туда юбочную складку.

— Я сейчас закричу! — вместо ответа громко пискнула проститутка, предприняв еще одну робкую попытку освободиться от захвата.

В ответ раздался безудержный гомерический хохот. От этого гогота Маняшу аж передернуло: в нем она отчетливо различила нотки безумия. То, что это был не Зловещий Александр, теперь ей было понятно и так. Но вот что задумал этот псих сегодня, и почему вместо себя подослал еще какого-то сумасшедшего, вызывало у нее не дюжий страх.

В своей обширной интимной практике ей не раз приходилось встречаться с разными клиентами, но именно таких — психически ненормальных типов — она боялась больше всего. Одна только мысль, что она никогда не может знать, что у таких чудиков на уме, вызывало у нее приступ паники. Да и что те могли откаблучить во время полового акта, предугадать было крайне сложно, а потому привычное оказание интимных услуг превращалось в танцы на минном поле.

А мужчина все что-то рассказывал и рассказывал — проститутка его слушала вполуха, — и, наконец, разразился новым раскатом гомерическим хохотом. Сквозь жуткий смех она разобрала лишь концовку старого бородатого анекдота, что любил травить по-пьяни ее папаша:

— А руки-то, вот они!..

Незнакомец слегка подвигал кистями, отчего что-то острое вновь кольнуло ее в шею. Маняша жалобно ойкнула, но дергаться побоялась.

— А сейчас, дочь Венеры, я немного тебя подстригу… — хихикнул нападавший, и она услышала, как около ее уха несколько раз щелкнули ножницы.

— А потом… — в воздухе повисла зловещая тишина. Ей даже показалось, что насильник забыл, что он должен с ней сделать потом, до того эта фраза резко обрывалась.

— А потом… если ты не будешь меня слушаться… — от избытка чувств мужчина шумно засопел носом.

Заикаясь и продираясь сквозь собственные мысли, как через терновый куст, он отрывисто произнес: — А п-потом… я… от-т-трежу т-тебе… ухо.

Эта фраза стала последней каплей разрушившей дамбу, сдерживающую безотчетный страх молодой девицы. Испугавшись оказаться покалеченной, Лопатько бесстрашно схватилась голыми руками за оружие нападавшего. К немалому удивлению вместо лезвия ножа она ощутила какой-то до боли знакомый вытянутый предмет, очень сильно напоминающий режущие части портняжных ножниц.

Обрадовавшись, что это не нож, Маняша еще сильнее сжала пальцы, отводя острый конец как можно дальше от шеи. Как только это у нее получилось, она перешла в наступление. Нацелясь острым каблучком в тыл стопы насильника, она вложила в этот удар весь вес своего тела, все как когда-то учили в школе на занятиях по ОБЖ.

Нападавший вскрикнул и моментально ослабил захват. Ощутив свободу, Маняша извернулась угрем и ловко выкрутилась из мужских объятий. Она сделала шаг в сторону и, взмахнув ногой, сильно и точно приложилась носком стопы в пах противника.

Взвыв от боли, мужчина рефлекторно попытался схватить ее за ногу, но в результате лишь порвал колготки на голени. Не в силах стерпеть боль, он согнулся пополам и снопом повалился на землю.

Насильник замер в позе эмбриона, перестал стонать и моментально затих, словно умер.

Маняша была настолько поражена увиденным, что вначале не поверила собственным глазам. Первый раз в жизни она видела, как здоровенный мужик валиться