Красная линия метро - Владимир Евменов

Владимир Евменов

Красная линия метро

Пролог

— Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи, — привычно раздалось из громкоговорителя вагона метро.

От этого стандартного сообщения всё внутри неё сжалось в комок. За доли секунды она ощутила, как по спине побежали мурашки, а вмиг заледеневшие ладони сильно вспотели. Но это было только начало. Следом закружилась голова, сердце застучало в бешеном ритме, а глаза стала застилать мутная пелена. Окружающий мир быстро терял свои очертания. Замерцав тысячами крохотных белесых точек, он слился в одно большое световое пятно, больше ничем не напоминая привычную картинку из повседневной реальности.

Но к ее величайшему ужасу на этом все не закончилось. Внезапно заложило уши. Войдя в резонанс с несущимся в туннеле поездом, в глубине слуховых проходов появился нарастающий гул, который, едва достигнув своего пика, как по щелчку исчез, оставив после себя гнетущее давление на барабанные перепонки. Казалось, что звуки потеряли привычное звучание: став неестественно сглаженными, они потеряли объем. Создавалось впечатление, будто невидимый проказник вставил ей в уши мягкие беруши. Что это за приспособление, она отлично знала. Как-то в детстве она их нашла в прикроватной тумбочке бабушки, в свое время работавшей на ткацкой фабрике.

При воспоминании о детстве во рту мгновенно пересохло. И эта сухость напугала ничуть не меньше, чем изменения, произошедшие с организмом ранее. Тщетные попытки сглотнуть слюну ни к чему не приводили: она попросту исчезла, словно ее никогда там и не было. Язык, казался, намертво прилипшим к небу.

Эти странные ощущения придали иррациональному страху совершенно новый оттенок.

«Я становлюсь похожа на выжженную пустыню», — именно такая ассоциация показалась ей сейчас наиболее точной.

Однако уже в следующее мгновение восприятие мира вновь изменилось: в нос разом ударили десятки, сотни — нет, не верно! — тысячи разнообразных запахов. Это было так невероятно и удивительно, что она на миг забыла о страхе. Даже больше, она этому… обрадовалась.

Несчастная знала, что в такие минуты, когда все вокруг менялось до неузнаваемости, только запахи и оставались неизменны. Разве что ощущались они в разы сильнее, чем обычно.

В голове молодой женщины проскользнула шальная мысль, что она отлично понимает охотничьих собак. Едва почуяв след зверя и порой даже не видя добычу, они уверенно преследуют его, несясь сквозь лесные заросли.

И действительно, в этот миг панического, безотчетного ужаса другая часть ее сознания бесстрастно констатировала, что запах, один только запах, способен создавать в воображении поистине фантастические картины.

Но… только не этот запах! Только не он!!!

Она вновь ощутила его. Этот запах нес в себе нечто иное, нечто настолько зловещее и пугающее, что, казалось, мог легко довести ее до безумия одним лишь напоминанием о своем хозяине. Жуткий флер, сотканный из тошнотворных миазм, стал незримым мостиком, что вопреки ее воле соединил с этим чудовищем.

Это был запах… маньяка. Да не просто маньяка, а психически больного человека, одержимого в непреклонном намерении подчинить себе ее волю. И одновременно он был настолько неизбежный, настолько неотвратимый, как… как сама смерть.

Это был запах ее преследователя — дьявола в человеческом обличье по имени Александр.

В течение последних недель кошмар в метро повторялся раз за разом, как только она подъезжала к станции «Сокольники», расположенной на Красной линии Московского метрополитена. Ее вновь и вновь накрывала с головой жутчайшая паническая атака и не отпускала до тех пор, пока она не оказывалась в своей комнате в гостинице-общежитии.

Сейчас она знала твердо лишь одно: ей требуется собрать в кулак все мужество, всю волю и, пересилив себя, встать и выйти из вагона. А затем, поднявшись наверх, пересечь Сокольническую площадь и как можно скорее попасть на автобусную остановку.

Но это еще не все.

Проехав с десяток остановок, она должна выйти около шестнадцатиэтажной «свечки» гостиницы-общежития, располагающегося на границе лесопарковой зоны Сокольнического парка, и как можно скорее — да хоть бегом! — попасть внутрь здания.

Все, после этого можно будет, наконец, спокойно выдохнуть и позволить себе, немного расслабиться.

Но как всегда именно последний отрезок пути давался ей труднее всего. Он был поистине самым страшным испытанием за весь дневной маршрут. Она безумно его боялась, а потому лишь от одной мысли, что ей предстоит сейчас совершить, молодую женщину бросало в дрожь.

«Нет, только не он! Господи, только не этот запах! Откуда ему здесь взяться?!» — запаниковала она.

Среди многообразия запахов, витавших в воздухе подземки, по какой-то неведомой ей причине, именно его она ощущала сильнее всего. То была смесь чесночного перегара, едва различимого едкого запаха гари, кисловато-сладкого до приторности запаха мужского пота и, столь неподходящей для такой компании, изысканно-дорогой вуали брендовой парфюмерии.

И вот это неудобоваримое мерзкое амбре буквально мгновение назад вновь появилось в воздухе вагона. Ей казалось, что еще секунда, и оно заполнит собой каждую клеточку ее молодого тела, а затем, проникнув в душу и навсегда там останется, заставляя почернеть от ужаса, что пришлось недавно пережить.

Но она не желала этого помнить! Не-же-ла-ла!!!

«Нет, только не это! Я не выдержу!.. Как он смог здесь очутиться, в том же самом вагоне, что и я?! Как ему вообще удалось найти меня в метро?.. Это просто невероятно!!!» — вопросы, не находящие ответов, вытесняли из сознания последние отголоски критического мышления.

Метро… А ведь недавно это место под землёй казалось ей и крепостью, и защитой, и последней надеждой. Только здесь, в подземке, она по-настоящему чувствовала себя в безопасности. Вокруг были люди, толпы, миллионы людей. Пусть незнакомые, пусть даже отстраненные друг от друга и находящиеся в своих мирках, но это были такие понятные, такие абсолютно реальные люди со своими радостями и проблемами. А не тот монстр, с которым она познакомилась месяц тому назад. В конце концов, здесь были сотрудники метрополитена, здесь была милиция… А там, наверху.… Нет, не следует об этом даже думать!

Едва живая от страха пассажирка московского метро принялась нервно крутить головой.

«Где же он? Где он мог притаиться? И почему я его не вижу?.. — металась молодая женщина, совершенно не зная, что же ей предпринять дальше.

Не заметив как, она стала совершать короткие, прерывистые движения головой. Очень скоро она поняла, что