Закон сохранения кота - Андрей Валентинович Жвалевский

– Значит, так, – сказал Себастьен. – Новую программу удалить. Без следов. Восстановить стандартную. И пусть это останется между нами.

Норик посмотрел на гостя жалобно.

– А можно, я себе скопирую? Интересно же…

– Нет.

Техник набрал несколько команд. На экране вспыхнула надпись: «Удалить без возможности восстановления?» Норик в последний раз посмотрел на Себастьена.

А тот вдруг вспомнил, как маленький Ант учился кататься на велосипеде. Он все время падал. Себастьен не выдерживал, хватался за руль. А сын кричал: «Нет! Я сам! Отойди!» И когда наконец он доехал до границы двора, то хохотал как сумасшедший, хотя из разбитых коленок текла кровь.

Потом он учился плавать. Тогда Себастьен чуть не поседел, потому что Ант никак не мог удержаться на поверхности, то и дело погружался в воду. Но когда папа вытаскивал его оттуда, Ант снова повторял: «Я сам! Я смогу!» И смог. И позапрошлым летом обогнал отца, когда они переплывали реку у бабушкиного дома.

И совсем недавно, когда Себастьен разбирался с дракой в парке. Анатоль уже не говорил «Я сам», но в глазах его была такая тоска. «Папа опять со всем разобрался».

– Погоди, – сказал Себастьен технику.

Анатоль и Элина сидели и смотрели на минутную стрелку. Элина то и дело пыталась грызть ногти, а Анатоль ловил ее за руку.

– А вдруг не сработает? – в сотый раз сказала Элина. – Я же ни разу не протестировала! Хотя бы на себе…

Анатоль понял, что в сотый раз повторять «Ты гений, все ты правильно сделала» – не вариант. Он за плечи повернул Элину к себе и сказал:

– Все получится. Знаешь почему? Потому что мы вместе.

Элина поморщилась и снова хотела отвернуться к часам, но Анатоль поймал ее за подбородок и заставил смотреть на себя.

– Когда мы рядом, мы вообще все можем. Помнишь, как я выступил на экзамене? А почему? Ты была в зале!

– Вообще-то, – сказала Элина, – я пришла, чтобы тебя выбесить…

– Неважно! Ты там была, и у меня словно крылья выросли! А ты? Все свои открытия ты когда сделала?

– Да не открытия это, просто догадки…

– Когда я был рядом, – не сдавался Анатоль. – А потом уехала, и что?

– И ничего, – вздохнула Элина.

– Вот! – продолжил Анатоль. – А сейчас мы где? Рядом! Значит, через… две минуты все магики страны станут нормальными! Даже не сомневайся!

Элина слабо улыбнулась и уткнулась Анатолю в плечо. Но не успел он перевести дух, как Элина вскинулась:

– Я дура!

– Послушай…

– Нет, я кретинка! – Элина чуть не плакала. – Четное количество итераций! Четное!!!

– И что? – Анатоль понял, что обязан задать этот идиотский вопрос.

– Минус на минус дает плюс! Там полярность противоположная получается! Вместо угнетения – стимуляция!

Анатоль похолодел:

– Может, позвонить на телецентр? Предупредить, чтобы не включали? Это же опасно?!

– Это… – Элина наморщила лоб. – Это… Слушай, мы же так всех магиками сделаем…

Она снова потянула палец с полуобгрызенным ногтем ко рту. Анатоль перехватил руку.

– Так это же… хорошо? – предположил он. – Ты же мечтала об этом?

Элина медленно кивнула. На глазах у нее появились слезы.

– Что опять не так?

– А может, – сказала она, – я это заметила? Про четное количество итераций? Мне кажется, я вставила защиту… Или нет?

Анатоль изо всех сил прижал ее к себе.

– Вот бы все стали магиками, – прошептала Элина.

«Вот бы все стали магиками!» – подумал Анатоль.

И ему вдруг представился прекрасный новый мир, в котором за магиками не охотятся. И магики ни с кем не воюют. Потому что все вокруг – магики и магички. И никаких болезней. Никакой несправедливости. Сплошное счастье.

«Вот бы так и было!» – хором подумали Анатоль и Элина.

В наступившей тишине щелкнула минутная стрелка. Анатоль и Элина разом посмотрели на настенные часы.

– Шесть, – прошептала Элина. – И ничего…

– Не сработало, – сказал Анатоль. – Вот и отлично. В следующий раз…

И тут за окном завопила сирена гражданской обороны: «Магическая опасность! Это не учебная тревога! Всем оставаться на своих местах!»

Через неделю Себастьен наконец побрился. И даже стал похож на прежнего себя. Только похудевшего.

Анатоль и Элина сидели за столом напротив и смотрели, как он доедает третью тарелку макарон. Даже Чёрт не охотился за едой, а чинно наблюдал за тем, как она исчезает во рту у человека.

– Аэропорт заработал, – сказала Элина.

Все это время она не вылезала из ленты новостей и тоже выглядела не очень свежей.

– Да, вчера все чипы перепрошили, – сказал Себастьен, – правда, до сих пор непонятно, все поменяли полярность или только избранные.

Элина уткнулась носом в новостную ленту.

– Лучшие программисты страны неделю писали код, – сказал Себастьен, – хорошо, что у нас была одна программка… Не знаю, кто написал… Явно какой-то гений. Юный.

– Ой, пишут, что с завтрашнего дня вузы открываются, – прочитала очередную новость Элина. – Интересно, а школы когда откроют?

– Началки уже открыли, – мрачно сказал Себастьен, – а с подростками вообще непонятно что делать…

– А что? – невинно спросила Элина.

– А то! – сорвался Себастьен. – Десятки магиков в одном помещении! Как ты это себе представляла? Они же неуправляемые! Они же злые! Они же безжалостные! Как к ним учителям входить? Как обеспечить безопасность?

– Я об этом не подумала, – тихо сказала Элина. – Я правильно понимаю, что вы уже всё знаете?

– Ты не только об этом не подумала, – фырк-нул Себастьен. – И да, конечно, я все знаю.

На кухне повисла напряженная тишина, даже Чёрт, который незаметно переместился на стол, постарался чавкать потише.

– Меня посадят? – буднично спросил Анатоль.

– Не был бы ты моим сыном, – вздохнул Себастьен, – посадили бы.

– Спасибо, – выдавил из себя Анатоль, – а я, в принципе, готов. И даже вещи собрал. И спал все время в спортивном костюме, боялся, что за мной среди ночи придут.

Себастьен посмотрел на сына с жалостью.

– А можно чисто технический вопрос? – спросила Элина. – Я без проверки все запустила, и мне ужасно интересно, что именно сработало. Там у меня было два контура, в одном…

Себастьен уронил голову на руки и неприлично выругался.

– Ой, – сказала Элина, – нельзя, да?

Себастьен взвыл и театрально воздел руки к потолку.

– Господи! Ладно этот, – он кивнул на сына, – э-э-э… актер! Но ты же гений! Мои программисты неделю пытались хотя бы понять, что ты там намутила. Неделю отдел работал! Про повторить речи нет – хотя бы понять! И как можно быть такой умной и такой глупой одновременно! Как?

– Что я сделала не так? – В