Великий фетиш - де Камп Лайон Спрэг

Сейчас эта куча опилок совершала удивительные вещи. Она кружилась в водовороте в форме облака, словно ураган обрушился на её вершину. Облако росло, и когда на земле не осталось опилок, а облако достигло размеров дома, оно заметалось туда-сюда. Облако скрывало рабочих друг от друга и впивалось им в лица. Они не стали смелее, когда один из них заметил, что, пока облако перерождается в миниатюрное торнадо, деревья рядом стоят, не сгибаясь, совершенно неподвижно. Рабочие в панике бросились на лесопилку. Механик, услышав шум и крики, предусмотрительно выключил двигатель, и снова бригада осознала, что обрезные, торцовочные и тангенциальные пилы замолчали. Все остальные молчать не собирались. Прингл, вытаскивая опилки из своих налитых кровью глаз, вообще не мог заставить рабочих прислушаться к его словам.

Облако совершило несколько пробных атак на лесопилку. Но сил Асерии было, очевидно, недостаточно, чтобы загнать облако во множество дверей и окон сразу. Облако парило, качалось и угрожающе свистело во дворе.

Многие не любили Дэна Прингла, но все признавали — он добивается того, чего хочет. Он отвёл чихающих и чертыхающихся Ларошеля и Фасслера в сторону и дал им поручение. Они побежали к машине Фасслера. Облако устремилось за ними, но они запрыгнули в машину и подняли стёкла. Они спаслись.

Вернувшись, они принесли две коробки, наполненные цветными солнечными очками с маленькими металлическими заслонками, из них получились недурные защитные очки. Фасслер сказал:

— Это всё, что было поблизости. Мы доехали до Олд Форджа и вычистили магазины. Моя машина встала как раз перед нашим возвращением. Опилки в карбюраторе.

Прингл закричал, чтобы привлечь внимание. Он надел защитные очки, повязал носовой платок вокруг нижней части лица, поднял воротник рубашки, нахлобучил шляпу на уши и сказал:

— Теперь, ребята, если у вас достаточно мужества, вы сделаете как я: пойдёте туда и вернётесь к работе. Опилки вам не навредят. Я ухожу, даже если мне придётся одному грузить чёртовы вагоны. Кто со мной? Плата в полуторном размере, пока это облако здесь.

Все помолчали минуту. Затем Эдвард Гэлливан пробормотал что-то и надел защитные очки. Большая часть последовала его примеру. В конце концов, они были сильными и очень выносливыми, а вид их толстого и старого босса, готовящегося в одиночку встретиться лицом к лицу с облаком, мог устыдить любого.

Так, в масках и очках, они спустились обратно на пути, хватаясь за штабели, так как вихрь наносил по ним удары, а опилки жалили каждый дюйм открытой кожи. Прингл улыбался, прикрываясь платком; он видел, как они медленно приступают к работе, в то время как облако Асерии воет им в уши. Так древесное привидение всё ещё думает, что сможет превзойти его? Если это был её последний фокус — он победил, чёрт возьми. Или, по крайней мере, это ничья.

Но он видел не последний фокус Асерии. Облако взлетало выше и выше, пока не стало похоже на шар. Все думали, что оно улетает навсегда, хотя и продолжали нервно поглядывать в небо.

Затем облако начало возвращаться. Когда оно подлетело ближе, люди увидели, что оно стало намного меньше и темнее, чем перед взлётом. Когда облако приблизилось, оно обернулось чем-то, что могло оказаться фантазией палеонтолога, страдающего белой горячкой. Оно немного напоминало птеродактиля, немного — осьминога и немного дракона Фафнира из «Зигфрида».

У него были огромные крылья, как у летучей мыши, и шесть длинных конечностей, похожих на щупальца, с руками на концах.

Крики, которые раздавались во дворе в предыдущих случаях, казались просто чириканьем канарейки по сравнению с криками, которые раздались сейчас. Когда штуковина скользнула над двором, рабочие, мастер, контролёры — все бросились бежать. Они бежали во все стороны — как растекаются шарики ртути, когда капля падает на поверхность стола, только гораздо быстрее. Они перепрыгивали через заборы и переходили вброд реку Мус по шею в воде. Оставшиеся внутри фабрики, выглядывали наружу, чтобы посмотреть, что случилось. Они всё видели — и тоже бежали.

Прингл приплясывал на рельсах:

— Вернитесь! — кричал он. — Он не навредит вам. Это просто опилки! Посмотрите!

Чудовище подскакивало перед ним вверх и вниз, двигая своими ужасными жёлтыми челюстями. Он шагнул к нему и ударил кулаком. Он прошел сквозь опилки, которые маленькими струйками обвились вокруг его запястья. Дыра, проделанная его кулаком, сомкнулась, как только он вытащил руку. Это было, по его предположению, то же самое облако оживших опилок, но каким-то образом сжатое и сформированное в эту пугающую форму.

— Посмотрите! Оно ведь не настоящее! Вернитесь! — он просунул руку прямо сквозь одну из извивающихся конечностей, но тварь немедленно обрела прежнюю форму.

Но не осталось никого, кто мог бы оценить такое проявление мужества. На другом берегу реки Прингл разглядел спины маленьких фигурок в тускло-коричневой рабочей одежде, которые становились всё меньше и меньше с каждой минутой. Он заметил, как люди скрывались в лесу. Огромный силуэт низко опустился над тем местом, где раньше лежала куча опилок, и рассыпался. Опилки лежали на прежнем месте, а Прингл остался один.

Возможно, сильнее всего Прингла раздражало то, что на сей раз механик убежал, не выключив двигатели, и поэтому все пилы работали на пустом заводе. Принглу пришлось идти вниз и самому поворачивать рычаг.

Почти стемнело, когда Прингл и Ларошель появились на лесопилке. Они выглядели странно. Прингл, кроме остальных вещей, надел маску и защитный нагрудник. Ларошель натянул старую футбольную каску, несколько свитеров и тяжёлый кожаный фартук работника лесопилки. Прингл нес фонарь; Ларошель — пятигалоннуто канистру с керосином и бензиновую паяльную лампу.

— Что вы собираетесь сделать, мистер Прингл? — спросила Асерия. Она сидела на № 1040.

Ларошель отбежал, чтобы запустить водный насос и размотать пожарный шланг.

— Собираюсь развести огонь.

— Вы хотите сжечь мой дом?

— Может быть…

— Почему бы вам не спалить всю лесопилку?

— Мы не допустим этого. Сначала мы собираемся намочить соседние штабели. Это рискованно, но какого чёрта!?

— Почему вы так хотите уничтожить мой дом?

— Потому что, чёрт побери, — Прингл повысил голос, — я возьму из этого бизнеса всё, что могу получить! Пусть это обойдётся мне в сотни раз дороже стоимости этих досок, но я не уступлю их тебе, поняла? Ты не даёшь мне загрузить доски. И это вредит мне. Тогда я могу поджечь их и покончить с этой ерундой. И ты меня не остановишь. Твои доски привязаны, поэтому ты не можешь забраться в них и оживить. Мы с Джо защищены, поэтому ты не сможешь нам навредить. А у твоих опилочных чудовищ нет шансов против паяльной лампы.

Асерия молчала. Единственными звуками были жужжание насекомых, звуки ударов по щекам, когда Прингл убивал назойливых москитов, шум автомобилей на шоссе и далёкие шаги Джо Ларошеля.

Затем Асерия сказала:

— Не думаю, что вы сожжете мой дом, мистер Прингл.

— А кто меня остановит?

— Я. Вы очень умно и храбро справились с моей магией, не так ли? И теперь вы говорите: «Хо-хо-хо, я теперь знаю все трюки Асерии».

— Да, — Прингл складывал обрезки и кору в кучу в стороне от штабеля. Из темноты послышался громкий свист — это означало, что Джо начал поливать водой соседние дрова. — Ну, Джо! — крикнул Прингл. — Лови конец этой веревки. Мы накинем веревку на штабель, как только вытянем пару досок, чтобы остальные не освободились.

— Хорошо, мистер Прингл. Идите сюда, — в полутьме раздались шаги, когда двое мужчин ходили вокруг штабеля, чтобы убедиться, что их смелое предприятие не пострадает ни от распространения огня, ни от неожиданной активности части досок.

— Очень умно, — продолжила Асерия. — Но я ещё раньше должна была вспомнить, что самая сложная магия не всегда самая эффективная.