Позолоченный ключик - Наталья Александрова

Рудольф Андреевич с сожалением проводил взглядом свои проигранные шахматы, а Лёня направился прямиком к Марку Клеверу, чтобы отдать ему набор Педро Руиса и подарить еще один, в благодарность за науку.

Вениамин дождался, когда уйдет директриса Инна Романовна, и заглянул в приемную.

— Вы что-то хотели, Вениамин Александрович? — спросила Ляля, перебирая бумаги. — Инны Романовны сейчас нет, но, может, я могу чем-то помочь?

— Да-да… — Вениамин топтался на пороге. — Лариса, я хотел бы вас попросить…

Ляля подняла глаза от бумаг и оглядела Вениамина. Ни тени недовольства, ни тени неприязни, только спокойная доброжелательность. Хотя, конечно, не всякая на ее месте удержалась бы от презрительной ухмылки.

Вениамин был жалок — в этой своей заношенной несвежей одежде, в стоптанных старомодных ботинках и с затравленным выражением на лице.

— Не стесняйтесь, Вениамин Александрович, — улыбнулась она приветливо. — Так о чем вы хотели попросить? И зовите меня Лялей, мы же договорились.

— Да-да… — Он вздохнул. — Ну тогда и вы зовите меня просто Вениамином, без отчества.

Ляля поскорее опустила вспыхнувшие глаза. Вот как, это хороший знак! Только не нужно показывать ему свою радость. Это преждевременно и может его отпугнуть.

— Вы не могли бы… — тянул Вениамин, так что Ляле захотелось встать и встряхнуть его хорошенько, чтобы не мямлил, а сказал наконец внятно, чего он от нее хочет.

Но торопиться ей было некуда, вечером мама пригласила в гости Лялиного потенциального жениха и вызвалась даже сама все приготовить для стола. Чего там готовить-то, если этот, с позволения сказать, жених ест только тщательно протертую пищу… Блендер ему подарить на день рождения, что ли…

— Ну, что делать? Говорите уж быстрее! — Ляля подпустила в голос немного строгости.

— Поехать со мной по магазинам, чтобы купить одежду! — послушно отрапортовал Вениамин.

Ляля не стала спрашивать, куда делись все дорогие костюмы и рубашки с чужого плеча. А также кашемировое пальто, которое сидело на Венике как на корове кавалерийское седло. И ботинки, которые были явно велики, вату он в носки запихивал, что ли… И даже часы «Лонжин» куда-то пропали.

Вместо этого Ляля задала несколько вопросов по существу: что Вениамин хотел бы купить и какой суммой он располагает. Сумма не впечатляла — это был аванс, выданный сегодня. Уж Ляля-то знала, сколько получают преподаватели техникума, чуть больше ее самой.

Вениамин, утомленный свалившимися на него проблемами, с облегчением отдался в Лялины руки. Она оделась, подкрасила губы и тщательно заперла приемную, после чего дала подробные указания водителю, куда ехать.

Они приехали в торговый центр, Ляля сказала, что магазины в нем вполне приличные, но не очень дорогие. И правда, продавцы там не суетились вокруг с преувеличенной радостью, но и не делали вид, что покупатели их абсолютно не интересуют.

Ляля придирчиво перебрала на стойках все костюмы и джемпера и осталась недовольна. После чего девушка в зале уверилась в ее серьезных намерениях и принесла из подсобки костюм, который подошел Вениамину сразу же.

Они управились довольно быстро — Ляля сумела организовать работу продавцов. В результате Вениамин оказался обладателем необходимой одежды. Все было удобно, продавщица даже сделала Ляле комплимент — дескать, у вашего мужа фигура неплохая, живота нет совсем. Вениамин, услышав это, поскорее скрылся в примерочной кабине, Ляля и бровью не повела.

Осталось немного денег, и Вениамин догадался пригласить Лялю в кафе. Очень хотелось есть, а дома, он знал, было у него хоть шаром покати. За месяц своей богатой жизни он совершенно отвык от бытовых забот и магазинов.

Кафе нашлось тут же, в торговом центре. Ляля сказала, что там чисто и недорого. Она сама сделала заказ, и все было вкусно и сытно, Вениамин не справился бы лучше.

В кафе стоял полумрак, и Лялиной плоской фигуры не было видно. Локонов она давно уже не носила, а убирала волосы в пучок на затылке. Когда читала меню, Ляля надела очки, которые ей, как ни странно, шли. Из-под очков глаза ее казались не такими круглыми.

Вениамин допил кофе и тяжко вздохнул, поймав себя на мысли, как ему неохота возвращаться в пустой, неуютный, испоганенный Кариной дом. Водитель Валентин смотрит косо — Вениамин задерживает ему жалованье уже на несколько дней. А что делать? Денег-то нет. Надо бы позвонить в банк, но сейчас уже поздно, все закрыто.

— Что так невесело смотрите, Вениамин? — Ляля подпустила в голос нотку участия. — Еще какие-то проблемы?

— Да. — Вениамин понурил голову. — Проблемы есть всегда. Вопрос только в масштабах…

— Ну, нет такой проблемы, которую нельзя было бы решить! — рассмеялась Ляля. — В той или иной степени… Так что там с вашей проблемой?

Вениамин хотел сказать, что проблем у него не одна, а целый воз. Где взять денег на содержание дома? Как разобраться с банком и со всеми этими мудреными бумагами? И наконец, где найти хотя бы временную уборщицу?

— Вы не могли бы посоветовать мне женщину для уборки? — выпалил он. — Понимаете, экономка уволилась, а в агентстве очередь на постоянную прислугу, и временных они не предоставляют.

— Понимаю вас, — кивнула Ляля. — Если просто по объявлению в газете брать, то можно на такую нарваться…

Вениамин энергично закивал, хотя мысль поискать уборщицу в рекламной газете просто не приходила ему в голову.

— Не сочтите меня навязчивой, Вениамин, — Ляля твердо поглядела ему в глаза, — но для того, чтобы найти вам подходящую уборщицу, мне нужно побывать у вас в доме, чтобы оценить, так сказать, фронт работ. Иначе как же я могу рекомендовать вас?

— Так поедем прямо сейчас! — Вениамин обрадованно замахал официантке, чтобы принесла счет.

Ляля поскорее опустила глаза, чтобы он не заметил вспыхнувшей в них радости.

Он сам не ожидал, что испытает самый настоящий стыд, увидев дом ее глазами. Безобразно замусоренный и захламленный, все окна закрыты, оттого душно и пахнет противно. И этот огромный неуютный холл, похожий на опустевший слоновник.

Когда был жив дядя, все было не так. Холл не казался таким большим, возможно, потому, что на стенах висели картины, на полу — дорогой красивый ковер. Картины дядя оставил другим наследникам, ковер эта стерва Карина залила липким ликером, его пришлось убрать.

Ляля чуть прищурила глаза, оглядывая холл, но ничего не сказала. Она ловко перепрыгнула через валявшиеся коробки от пиццы и поднялась по лестнице наверх. Увидев загаженную спальню, она тоже промолчала, только выразительно подняла брови. А уж при виде изрезанной на мелкие куски одежды покойного дяди Ляля не удержалась и фыркнула. Хорошо, что Вениамин не слышал, ему как раз в это время позвонил финансовый консультант.

— Все сделано в точности, как вы просили, — холодно отчитался он. — Акции проданы, и сумма… — он сказал какая, — перечислена на ваш текущий счет.

— Какая?! — закричал Вениамин. — Только и всего? Но это же ничтожно мало!

— Я же предупреждал, — напомнил консультант, — сейчас не самое подходящее время. И вообще…

— Вы жулик! — выпалил Вениамин. — Я этого так не оставлю!

— Как вам будет угодно, — сухо сказал консультант и повесил трубку.

До Вениамина с трудом дошло, что денег у него больше не будет. Неоткуда им взяться. А расходы предстоят большие, он только что принес кучу счетов, которые передал ему охранник при въезде в коттеджный поселок.

— Что делать, что делать? — Он схватился за голову и замер так, в немой скорби.

Здесь, в кабинете, его и застала Ляля через некоторое время. Она молча взяла его за руку и повела вниз, в столовую, где сервировала чай. В холле не валялись никакие бебехи, пол был чисто выметен, из раскрытого окна в комнату лился свежий мартовский воздух.

Нашлись к чаю и печенье, и коробка конфет. Ляля сказала, что в кладовой полно запасов, а он и не знал.

Вениамин жадно пил чай, а Ляля думала, что изорванные костюмы и изгвазданный дом говорят о том, что со своей бывшей он рассорился вдрызг. Вряд ли он простит ей разбитый «Лонжин». Все это, несомненно, льет воду на ее, Лялину, мельницу. Теперь надо ненавязчиво подвести его к мысли, что без нее Венечка просто пропадет. Впрочем, так оно и будет, главное — чтобы он сам это понял.

Вениамин съел полкоробки конфет, и отчаяние его не то чтобы уменьшилось, но отступило на время. Вкусный чай, чистый дом, тишина… Теперь бы еще выспаться на свежих простынях… Он утомленно откинулся на подушки дивана и незаметно для себя задремал.

Разбудил его голос Ляли:

— Вениамин, если у вас все в порядке, я хотела бы уйти.

Она очень рисковала — а вдруг он поблагодарит рассеянно и велит водителю отвезти ее домой? Но нет, что-то подсказывало Ляле, что ничего не кончится просто так.