Городская готика - Брайан Кин

- Нет. Я - Скаг. Хавьер - это тот парень, что был с ремнем? Теперь ремень у меня. И ты тоже. Ты будешь моей новой одеждой.

Закричав, Хизер вскочила на ноги и побежала. Смех преследователя раздавался у нее за спиной, следуя за ней по пятам. Ремень снова просвистел в воздухе и ударился о стену. Вздрогнув, Хизер ускорилась. В темноте она не заметила, как туннель развился и пошел в разные стороны.

* * *

Керри бежала в темноте, не обращая внимания на бесформенные формы, настигающие ее со всех сторон. Хизер исчезла перед ней, поглощенная тенями. Бретт закричал позади нее, но когда она повернулась, чтобы посмотреть, что происходит, к ней, раскачиваясь из стороны в сторону, направился высокий долговязый уродец. Это был не Нойгель - нападавший был слишком худым, чтобы быть тем гигантом. Когда он приблизился, она заметила в его руке ржавую ножовку. Керри повернулась и побежала, забыв о Бретте. Она проскочила мимо двух фигур и столкнулась с третьей. И Керри, и существо упали на пол. Она снова вскочила на ноги, пнула упавшего мутанта в то, что, по ее мнению, было его лицом, и продолжила путь. Все это время ей удавалось удерживать свою палку, но она забыла о ней. Теперь же взмахнула ею, когда очередной уродец бросился на нее. Доска завибрировала от удара, и гвоздь на ее конце глубоко вонзился в череп существа. Керри попыталась вытащить свое оружие, но оно крепко застряло в голове трупа. Девушка отпустила палку и побежала.

Что-то пискнуло слева от нее, и крошечные детские пальчики вцепились в ее бедро, пытаясь ухватить за джинсы. Она отдернула руку, ударила по ней и услышала, как тварь хрюкнула. Пальцы соскользнули с ее джинсов, и она снова побежала. Девушка бросилась вправо, затем влево, бесцельно бежала вперед, лавируя между тенями, стараясь только не попасться. Позади нее раздавалось множество шагов, сопровождаемых хором ворчания, вздохов, воя и смеха. Что-то просвистело в воздухе и сильно ударило ее в спину. Керри вскрикнула, но не замедлила шаг. Она услышала, как предмет, возможно, камень, грохнулся на пол. Еще два пронеслись мимо в темноте, настолько близко, что она почувствовала вибрации воздуха у своего лица.

Керри снова свернула, меняя направление. Она споткнулась, но, задыхаясь, удержала равновесие. Раскинув руки, девушка пыталась найти опору, но потерялась в пространстве. Она услышала крик боли, но не могла понять, с какого направления тот исходил и кто его издал. Бретт? Хизер? Хавьер? Кто-то из тварей? Она побежала дальше, вытянув руки перед собой, натыкаясь на стены, отталкиваясь от них, кружась, спотыкаясь, в панике не понимая куда бежит. Ее нога угодила в лужу чего-то холодного и мокрого. Она услышала всплеск, а затем ее кроссовка намокла. Носки хлюпали в обуви при каждом шаге.

Дыхание сбилось, и Керри почувствовала, что на глаза навернулись слезы. Это было слишком. Все это. Как они могли вляпаться в такое дерьмо?! Как все это произошло? Сегодня утром она думала о колледже и отношениях с Тайлером. Теперь Тайлер был мертв, а колледж...

...колледж - это то, до чего она, наверное, уже не доживет.

Задыхаясь, девушка замедлила шаг, но не остановилась. Образы Тайлера и Стеф снова возникли перед ней, как всегда, стоило ей только вспомнить о них. Она могла спрятаться от своих преследователей в темноте, но когда дело дошло до ее собственных воспоминаний, ей некуда было бежать, негде было спрятаться. Керри отогнала мысли о Тайлере и Стефани прочь, и подумала о своей семье. В четыре года она уронила и разбила стакан, и девушка до сих пор помнила то разочарованное выражение на лице своего отца. Он шлепнул ее по руке, но это было ничто по сравнению с выражением неодобрения на его лице. Он был замечательным человеком, нежным, теплым и любящим, но никогда не прощал глупости или невежества. Ей было интересно, как бы он отреагировал на ситуацию, в которой она оказалась сейчас. Наверняка сказал бы, что она сама виновата, что ей следовало прислушаться к нему, когда он снова и снова повторял, что Тайлер ей не пара и что он втянет ее в неприятности? Конечно, папа наверняка думал о том, что она может забеременеть или попасть в автокатастрофу, а может, даже в тюрьму. Она была уверена, что даже ее практичный и неглупый отец не мог представить, что ее отношения с плохим мальчиком из Восточного Петербурга приведут к тому, что его дочь окажется в ловушке на бойне в центре города, и за ней, как за кроликом, будет охотиться кучка мутировавших уродов.

Керри оторвалась от своих размышлений, когда кончиками пальцев коснулись стены. Она остановилась и прислушалась, нет ли шума преследования, но здесь было жутко тихо. Может быть, нападавшие все еще где-то там, прячутся в темноте, выжидают? Эти ублюдки могли играть с ними, как кот с мышью, устроив себе развлечение. Заставляют их думать, что у них есть шанс на спасение, прежде чем выскочить и убить их, как тот урод убил Тайлера и Стеф. Керри вытерла слезы и зажмурилась. У нее болели ноги и горели легкие. Она была истощена как физически, так и эмоционально. Ей вдруг стало все равно, найдут ли ее. Ей нужно было отдохнуть.

Девушка прислонилась к стене. Влажная глина пропитала ее грязные джинсы. Несмотря на опасность ситуации, Керри была заинтригована. Она исследовала стену руками, проводя ими по ней, ожидая ощутить под ладонями каменные блоки. Именно из них были выстроены стены подвала. Она заметила это, когда они только спустились вниз. Вместо этого в этой части подземной норы стены были сложены из неотесанных деревянных досок. Из широких щелей между досками густой жижей вытекала размякшая глина. Доски пахли гнилью и от этого запаха саднило горло. Керри постаралась подавить кашель, чтобы не выдать свое местонахождение, и немного сдвинулась вправо, обеими ногами вступив в другую лужу. Эта была шире и глубже предыдущей, и девушка обхватила себя руками за плечи, задрожав, когда холодная вода пропитала кроссовки. От этого ощущения стало еще хуже.

- Черт.

Ее голос был очень тихим, она едва слышала себя, но кто-то еще услышал ее. Один из их преследователей завыл неподалеку. Девушка слышала, как он принюхивается, как собака. Керри опустилась на колени и поползла по мокрой глине. Та растекалась между пальцами, когда она опускала ладони на пол. Это уже был не пол подвала с его каменными плитами.