Игры третьего рода - Борис Долинго

– Что вы все, как неучёные: фары! У нас приборы ночного виденья есть! Для водителя сразу ставить не стали, а командирский на всякий случай поставили на место, когда машину готовили к экспедиции, даже инфракрасный прожектор подключили. Как в воду глядели. А двигатели всё равно придётся запустить, чтобы аккумуляторы не сажать – тут напряжение нужно.

Подсвечивая фонариком, Гончаров повозился с прибором и наконец включил его. Припав к окуляру, он присвистнул, после чего стал поворачивать перископ туда-сюда. Даже за фырчанием двигателей было слышно, как слегка поскрипывает двигающийся вместе с объективами инфракрасный прожектор.

– Ну, что там? – первым не выдержал Домашников.

Майор оторвался от окуляра и несколько озадаченно в свете приборной доски посмотрел на экипаж.

– Ничего не понимаю, но что мы не дома – сто процентов!

– Как же так – не дома? – удивился Исмагилов. – А где же мы?

– Да чёрт его знает! Хотя и влаги много в воздухе, но видно вполне прилично… Не Земля это. Давайте всё-таки включим фары, полагаю, что ничего страшного пока нет.

Фёдор щёлкнул переключателем, и после темноты люди зажмурились. Машина стояла на какой-то сине-бирюзовой, мшистой, но, судя по тому, что никуда не проваливалась, твёрдой поверхности. Местность оказалась сравнительно ровной, не считая небольших кочек. Кое-где среди бугорков блестели лужицы со слабо пузырящейся жидкостью, вероятно – водой. Влаги вокруг наблюдалось в избытке: даже лёгкий туман висел в воздухе.

На дальнем конце поляны на поверхности мха виднелось несколько очень ровных, почти правильных кругов разного диаметра – где-то от метра до двух. Их цвет заметно отличался от цвета мха, а поверхность выглядела более гладкой.

За поляной начинались заросли толстых деревьев. Насколько можно было рассмотреть, стволы толщиной у основания метра два покрывала сине-зелёная, ворсистая кора, усыпанная красноватыми шишечками. Ветви и листья в зоне освещения совершенно отсутствовали, но угадывалось, что деревья высокие. Стояли они очень плотно – расстояние между ними на глаз не намного превышало толщину стволов.

– Может, как-то осмотримся по сторонам? – предложил Пётр.

– Да, стоит, – согласился майор. – Выходим осторожно, оружие – наготове: мало ли какая гадость тут может водиться. Фёдор, – остаёшься на месте водителя.

Гончаров открыл командирский люк и включил поворотный прожектор, а Пётр с автоматом наготове высунулся через передний люк десанта. Внутрь машины проник сырой, но совсем не холодный воздух. Несло какими-то болотными газами, однако доминантной составляющей являлось нечто напоминающее запах грибов, и поэтому общее впечатление было не совсем противным.

Люди скинули плотные куртки – термометр показывал плюс восемнадцать по Цельсию, а радиация на сей раз оставалась в норме.

Было уже понятно, что, выкатившись из Арки, БТР стоял на поляне среди плотного леса. Поворачивая прожектор в разные стороны, Александр осмотрелся. В лёгких слоистых волнах проплывающего тумана взгляду представилась несколько сюрреалистическая картина. Высота странных, толстых внизу, но гротескно быстро сужающихся вверх деревьев доходила метров до пятнадцати-двадцати: во всяком случае, растения были никак не ниже стандартной пятиэтажки. На самом верху каждого ствола проглядывалось шарообразное утолщение с ворсистыми наростами. Свет фар и прожектора рассеивался на плавающих испарениях и на бирюзовом мхе поляны, создавая странное феерическое освещение, словно на сцене в спектакле талантливого, но, мягко говоря, с нестандартным виденьем мира режиссёра.

Семён Ефимович, бодренько сжимая в руках автомат, тоже выглядывал из заднего люка. Он встретился глазами с Домашниковым и покачал головой:

– И что вы об этом, Петя, думаете? Я вот вам могу одно сказать: я согласен с товарищем майором. Мы не к себе домой попали.

Гончаров фыркнул:

– Тонкое наблюдение, Семён Ефимович. Вот только как же мы здесь оказались, хотел бы я знать?

Домашников грустно усмехнулся:

– Вот это проще простого: через Переход.

– Но мы же должны были вернуться к себе домой!

Пётр пожал плечами и задумался, поглядывая по сторонам и водя пальцем по уже подёрнутой оседающей влагой броне. Наконец он сказал:

– Интересно, а что если всё совсем иначе…

– Что ты имеешь в виду? – уставился на него майор.

– А вот что. Мне сейчас пришла в голову вот такая мысль: почему мы, собственно, решили, что это двусторонние переходы?

Гончаров подудел губами.

– Тум-тум-тум, – сказал он. – То есть ты имеешь в виду, что, входя в данную Арку, назад через ту же дверь не вернёшься?

– Странно и нелогично, но, исходя из нашего нынешнего опыта, видимо, так.

– Как это? – спросил Фёдор, который не мог удержаться и тоже высунулся из люка водителя.

– Ну, представь себе… м-м-м… метро. Например, в нашем городе до Катастрофы ты сел на станции «Динамо» и выходил на «Уральской». Если ты снова сядешь в поезд того же направления на той же «Уральской», не переходя на другую платформу, то попадёшь же не назад на «Динамо», а дальше – на «Машиностроителей». Чтобы вернуться на «Динамо», тебе придётся перейти на поезд другой ветки. Понял? Возможно, что Арки, расположенные в разных местах одной Зоны, как бы поезда разных линий.

Фёдор ошарашенно смотрел на Домашникова.

– Выходит, мы теперь домой вообще не попадём?! Чем же ты раньше думал?! Ты же инженер, как-никак! – Он даже выругался.

Пётр пожал плечами:

– Я что – ясновидящий?! Или я эти Переходы поставил?!

– Но ты же теории всякие строил! Что же теперь?…

– Всем успокоиться! – приказал майор, поднимая руку.

– Но что же делать? – не унимался Фёдор.

– Будем думать, будем проверять разные возможности. Пока у нас есть и горючее, и боеприпасы – всё не так плохо!

Фёдор замолчал и засопел от досады.

– В общем, психозами не поможешь, будем думать, что делать, – повторил Гончаров. – Жаль, конечно, что ты, Пётр, не высказал такое предположение ранее – болтал-то ты много по самым разным поводам, а тут… Мы же сейчас даже не надели противогазы, а что бы было, если бы воздух оказался ядовитым?

– Ё-моё! – всплеснул руками Домашников. – Вы все теперь меня во всём обвинять будете? Что, если бы я это высказал раньше, вы бы никуда не поехали?

– Да никто никого не обвиняет! Будем выход искать. Слушай, значит, по твоей новой логике, – при этом майор невесело усмехнулся, – получается, если выйти из Перехода и сразу же снова войти в него, то попадёшь ещё дальше, в какой-то совсем другой мир?

Домашников развёл руками и умоляюще сказал:

– Ну откуда я знаю?! Покажите мне того, кто знает! Проверим это мы только тогда, когда снова воспользуемся этой штукой. – Он кивнул на Арку, возвышающуюся позади БТРа. – Ну-ка, проверю её, кстати, да и датчик надо установить – вдруг включится.

Чувствовалось, что Петру хочется какими-то действиями отвлечь от своей невольной промашки. Он спрыгнул с брони на местную почву, которая слегка пружинила под ногами, и потрогал одну из опор.

Переход уже выключился – вибрации не чувствовалось. Таким образом, наблюдения самоучки Сысоева были верны на сто процентов: время действия Переходов за каждый цикл включения, судя по всему, составляло в среднем максимум минут пятнадцать.

Подсвечивая фонариком, Пётр укрепил датчик и увидел, что на Арке имелись узоры знакомой схематичной карты местности. Уже закончив срисовывать расположение местных Арок, Домашников вдруг вспомнил то, про что они в первый момент после перемещения в новый мир, естественно, забыли.

Он направил фонарик под ноги, но при таком освещении искать что-то, разумеется, было сложно.

– Слушай, – крикнул он майору, – а те люди, следы которых мы видели в предыдущем мире, как они? Куда делись? Чёрт побери, сейчас ничего не увидишь, никаких следов…

– Рассветёт – поищем следы, – пообещал Гончаров.

Он почесал затылок и вдруг сказал:

– Знаешь, а у меня тут тоже гипотеза родилась, и совсем уже малоприятная, между прочим.

Домашников посмотрел снизу вверх на Гончарова.

– Что если этот Переход пересылает тебя каждый раз вообще в другое место. А?

– Так оно и есть, как видишь, – вздохнул инженер.

– Да нет, нет, – мотнул головой Александр, – я имею в виду, что это делается совсем произвольно! В метро-то, как ты говорил, станции расписаны, а вдруг тут…

Домашников присвистнул:

– М-да… Это страшное дело, если произвольно: вообще, получается – пойди туда, не знаю куда. В общем, на фиг иди! Но ты сам сказал, что сейчас гадать бесполезно.

– А нам теперь всё равно ничего иного не остаётся, как проверять, что каждый раз за Аркой находится, – вставил Альтшуллер.

– Или ездить к другим и смотреть, что там, – добавил Домашников.

Майор хмыкнул:

– Так у нас горючее скоро закончится. Выхода нет: будем ездить на «метро» по одной ветке – каждый раз снова в ту же самую Арку нырять.