Фатальная ошибка опера Федотова - Мария Зайцева

И я твердо отвечаю:

— Уверен.

Потому что, может, и ей это не надо. А вот мне — необходимо. Мазохист, да, чего только о себе не узнаешь к тридцатнику. Но и похер.

— А она к тебе что-то… Ну… — Свен, похоже, затрудняется сформулировать вопрос. Не умеют такие суровые мужики говорить про всякое розовое поняшечье.

— Да, — и в этом я тоже уверен.

Потому что глаза ее помню. И голос надломленный. И губы жадные. И дыхание сбитое.

Испытывает. Она. Ко мне. Точно.

— Тогда нехер разговоры разговаривать, — припечатывает Свен, — надо ее тупо забрать и увезти, понятно? Ты, судя по всему, редкая размазня с бабами, а они хотят определенности, понял?

Я слушаю, и очень сильно тянет щипнуть себя за руку, чтоб понять, что не сплю.

Свен мне раздает советы по общению с бабами.

Заебись.

Кому расскажи, не поверят же!

— Но ладно, это все лирика… — Свен сползает с кресла и топает к столу, — конечно, плохо, что без экзаменов, но нарисую тебе, как практику… Выпускное задание, так сказать, как в шпионском фильме…

Я не понимаю нихера, встаю тоже с дивана, потому как неофициальная часть, судя по ощущениям, закончилась, и иду к столу, где Свен уже что-то подписывает, а затем перекидывает мне бумагу:

— Ознакомься. Запомни все. И действуй согласно инструкции. Ее ты, естественно, оставишь здесь. Распишись, что все запомнил и понял.

Я читаю и охереваю.

Первое задание у меня, блять! В родном городе!

— Фигурантов изучи, — звучит голос Свена фоном, — ты многих знаешь… Там работает наш специалист, но недавно она затребовала себе прикрытие. Очень толковая девочка, перспективная. Думаю, вы найдете общий язык. Будешь у нее в подчинении.

— Баба? — хмурюсь я.

— Девушка, — поправляет меня Свен, — и не беспокойся, она поумнее тебя раз в пять будет. И поопытней. Ценный сотрудник. Твоя задача — страховать. Она влезла в самое гнездо, скоро планируем брать всех фигруантов, но пока доказательства неполные. Она над этим работает. Ты прикрываешь. Ну и, заодно, решишь вопрос со своей женщиной. Только без отрыва от работы, понял?

— Да, — киваю я, — понял…

— Вернешься, вот по этому номеру, что внизу, наберешь, договоритесь о встрече. Она знает, что должен сотрудник ей на помощь прибыть, она ждет.

— А как зовут ее?

— Вот на встрече и узнаешь. Задание понятно?

— Да.

— Вопросы?

— Нет пока.

— Ну и отлично. Пиздуй. И на будущее: с бабой своей надо разбираться сразу, чтоб она потом вот таких палок в колеса не ставила. Планирование и стратегия, понял?

— Так точно.

— Ничего вы, мелкие щенята, не помните и не понимаете… — разочарованно машет рукой Свен, — учишь вас, учишь… Вали.

Я выхожу, ошарашенный случившимся.

И думаю только о том, что, наверно, все же что-то хорошее я сделал в этой жизни, или в прошлой, если, несмотря на все косяки и явно недружелюбный расклад, в итоге постоянно умудряюсь вывернуться.

Может, и с Захаровой так же подфартит, а?

Довочки, смотрим скидки на моей странице, от 30 до 45%!

Глава 30

По номеру я не набираю, а, согласно инструкции, пишу смс со служебного, специально для этих целей выданного номера.

Получаю ответ с адресом и временем встречи, прикидываю: это у меня имеется вечер еще и ночь целая.

Самое время заняться личной жизнью.

В город я прилетел час назад, и ни минуты из этого часа не было потеряно.

Мишка, встретивший в аэропорту, хмуро осматривает мою горящую нездоровым энтузиазмом рожу, кривится:

— Немой заговорил?

— Настоящий друг, — скалюсь я с вызовом, — в отличие от родной крови.

— Дурак, — комментирует Мишка непонятно, кого, то ли меня, идиота, сорвавшегося с учебы ради бабы, то ли Немого, на удивление, не сумевшего удержать язык за зубами.

Я не решаю не отвечать, а Мишка решает не  распространять свою мысль.

Так и доезжаем до города,  в молчании. И я  этому дико рад, потому что распыляться сейчас на разговоры с братом, явно не одобрявшим моего решения,  вообще не в тему.

Мне злость надо копить здоровую и решимость, а не вот это вот все.

И, к тому же, я уже взрослый мальчик, сам разберусь со своей личной жизнью. Даже если она летит в задницу.

— Родители вечером тебя ждут, — уже высаживая меня возле дома, в котором находится моя холостятская берлога, радует Мишка.

— А раньше сказать? — злобно рявкаю я, — у меня дела вечером!

— Знаю я твои дела, — холодно парирует брат, — и этим делам на тебя насрать. Брал бы пример, кстати.  И вообще, где твои мозги и гордость? — а вот это его уже прорывает, кипит все же по трубам, видно, — поедешь у ее дверей торчать и у ног валяться? Совсем дурак?

— Не твое дело, — я с чувством захлопываю дверцу машины, сплевываю на снег и топаю к дому.

В голове  холодно и пусто, а еще ощущается знакомое с детства упрямое “похер на все, пляшем”. Это я еще со школы иногда так закусывался, в критические моменты.

Когда понимаешь, что плохо все, что неправильно… Но назад никак. Просто никак. А значит, надо вперед. И похер на все. Пляшем.

Дома я первым делом раскочегариваю электрокамин, потому что квартира выстудилась до зубовного стука, принимаю душ и пялюсь на себя в запотевшее зеркало. Вздрагиваю от дикого даже для меня взгляда, отворачиваюсь.

Затем кофе, рабочий момент, потому что, если завалю дело, то лучше сразу отправляться на север, зеков пасти, больше мне ничего в системе светить не будет.

И вот теперь, одевшись, смотрю на себя в большое напольное зеркало в прихожке и ощущаю непривычную дрожь в пальцах.

Спешно ищу утерянный за бытовыми вопросами запал, на котором преодолел путь в родной город в рекордные сроки.

Мне бы сейчас очень это пригодилось…

Потому что плана у меня нихера, в голове — пустота,