Дракон цвета любви - Галина Дмитриевна Гончарова

простить смерть сородичей, то для драконов это… невозможно. Если мы откажемся с ним разбираться, они сделают все на свой страх и риск. И втянут в эту войну драконариев.

– Замечательно. – Судя по тону короля, лучше б ему клизму сделали. Без наркоза. – А если будут втянуты драконарии, то это и Равен.

– Ваше величество, подозреваю, что Равен так или иначе в эту войну уже втянут, – вздохнула я. – Не просто же так заболели в прошлом году драконы? И именно тогда, когда на территории академии был его высочество Баязет.

На меня тоже посмотрели без особой радости.

– Эсса, объявить войну легко. А вот что с этим делать дальше?

– К примеру, поддержать другого претендента на трон. Того же принца Селима. – Я невинно похлопала глазами. – И получить благодарного нам тора?

Инициативу оценили по достоинству – гневным королевским взглядом.

– Идите, эсса! Эсы, я извещу вас о принятом мной решении. Эс Малавия знает, где вы остановились?

– Да, ваше величество, – поклонился Орландо.

С тем мы и пошли на фиг. А как еще можно это трактовать? Ясно же – политика…

Только вот Баязет – это не политика. Это уже личная проблема всех драконов разом. И удержать мы их не сможем.

* * *

Военный совет состоялся аккурат по дороге в гостиницу. А что? В экипаже нас точно никто не подслушает, какие уж тут лишние уши в трясущемся тарантасе! Тут и кучеру-то не до нас. На улице шум, гам, не сиди мы так близко друг к другу, и не услышали бы ничего.

– Идея летающих эсс раздражения не вызвала, – первой начала я. – Это хорошо.

– А вот вмешиваться в политику Санторина его величество не хочет.

– А он может и не вмешиваться. – Хавьер вздохнул. – Драконов мы не удержим. При всем желании. Они полетят туда, нравится это королю или не нравится.

– Пока на драконах сидят эсы Равена – получается, что Равен объявляет войну Санторину. – Эс Перез нахмурился.

– Ничего, что Санторин первый начал? – Я сверкнула глазами. – Этот гад пытался отравить драконов, он организовал нападения на заставы – чего еще? Ждать, пока он нападет, собственно, на академию?

– Такого не может быть! – Эс Перез даже не засомневался.

– Не может? – Тьяго Ледесма прищурился. С моей подачи математик отлично знал теорию вероятности. Расширенную и дополненную. – Единственная сила в этом мире, способная остановить химер, – драконы. И вы всерьез считаете, что Баязет оставит нас в покое?

Эс Перез сердито засопел.

– Я понимаю, но одно дело – выманивать химер в Санторине. А здесь? Это просто нереально!

– Почему? – Раэн Ледесма выглядел абсолютно невинным. – Мы же не патрулируем ВСЮ территорию на день пути от академии? Кто мешает Баязету сделать все, что он пожелает?

Я кивнула:

Ну да. Похищать эсс ему ничего не мешает, пакостничать – тоже, а тут вдруг совесть проснется? Али рассказал, как все это было организовано. Так вот! Для умелых палачей много времени не надо. И территории тоже. Найдут какую-нибудь пещеру и там будут мучить людей.

Драконы силу Аласты не ощущают, то есть рядом с ними можно мучить человека. Если он НЕ драконарий – их это не затронет. Может, почувствуют дискомфорт, но и только.

Если никто не будет шуметь, орать в голос, лезть под самый драконий нос…

А Баязет достаточно умен, чтобы все это организовать правильно. И придет к нам полярный лис.

Драконов и так не слишком много, потеря даже половины популяции будет невосполнима. И все присутствующие это отлично понимают.

Только вот…

Если король не скажет своего слова, его скажу я. Или Хавьер. Потому что я твердо уверена, мы с ним сейчас думаем об одном и том же. Неприятном таком.

Бить надо быстрее. Не ждать, пока враг укрепится и пустит корни, а бить и бить! И не тянуть!

Пока еще мы можем справиться. А через месяц у нас может и не быть шансов.

* * *

– Полетаем?

Отказаться было выше моих сил.

Я кивнула, прикрыла дверь за Хавьером и начала переодеваться.

Кожаная одежда, теплое белье, куртка, на голову – балаклава. Буквально пять минут, и я готова.

Драконы будут ждать нас за городом, я знаю. Сама с Виолой договаривалась.

– Как ты думаешь, получится у нас что-то?

– Не знаю. Я поговорил с Орландо, тот уверен, что король предоставит нам еще одну аудиенцию в течение трех дней.

– Он выглядит умным. Король.

– Христиан Четвертый действительно мудрый и сильный правитель. Я давно его знаю, и поверь, откладывать неприятные решения не в его характере.

– Верю. У него есть наследники?

Как-то не интересовала меня раньше королевская семья. Вот не задумывалась я.

Хотя это из прошлого. Меня и в родном-то мире все эти звезды, принцы и прочая шантрапень не волновали. Есть они и есть. И отлично. Пусть живут и радуются!

А чего их обсуждать-то?

Допустим, певец работает, поет, новые песни сочиняет, концерты дает, актер в фильмах играет – это важно. Обсудить фильм, в котором сыграл актер, его роль и успех – пожалуйста. А обсудить, с кем он спит и что ест? А зачем? От этого фильм будет лучше?

Вот и я думаю, что нет. Пусть уж живут, как им захочется.

– Есть. Два принца, принцесса. Старший наследник, его высочество Виктор, весьма приятный и умный молодой человек.

– Из него получится хороший правитель?

– Я думаю, да. Он уже женат, у него есть ребенок, более того, Виктор серьезно помогает отцу. Армия на нем. Младший пока не женат, его высочество Франко. Неглуп, но вспыльчив, пока еще не нашел себя в чем-то одном, вроде бы тяготеет к морскому делу. Но тоже не скучные перевозки, а вот пиратов погонять, торговые пути почистить – ему нравится.

Откуда такие познания? Вроде бы Хавьер из академии не особенно выезжал?

Эс поймал мой удивленный взгляд и пояснил:

– Сам я сплетни не люблю, но не забывай, сколько знати у меня в подчинении. Поневоле наслушаешься.

Я кивнула:

– Понятно.

А потом была ночь.

И полет. И звезды надо мной, и облака под крылом, и ледяной воздух, который свистит в ушах, бьется в крыльях дракона, разрывается на части, и счастье, которое пронизывает каждую твою клеточку.

Не только мое счастье, нет.

Это мы делим с драконом.

Виола наслаждается полетом – и я с ней.

Я счастлива в небе – и Виола со мной.

Ненадолго, но я выкинула из головы все нехорошие мысли. Пусть час, пусть два, но здесь и сейчас этот полет и это счастье – мои! И я